Последний хит сезона - Ирина Комарова

— Пожалуй, так и надо сделать, — согласился шеф. — Рита, ты до шести свободна? Поедешь с Гошей?

— Конечно! — вскочила я.

— Тогда отправляйтесь. Смотри только, в «Хит сезона» не опоздай.

Начать разговор оказалось неожиданно трудно. Что мне, просто так, ни с того ни с сего спросить: «Гоша, скажи, как Кириллов ко мне относится?» Нелепость какая.

Гошка бросил на меня короткий взгляд, нахмурился и снова уставился на дорогу. Ох. Мой толстокожий, сто очков африканскому носорогу даст, напарник иногда проявляет просто невероятную чуткость! Неужели и сейчас он догадывается, что я хочу… Я на секунду зажмурилась, сделала глубокий вдох и спросила:

— Гоша, а как Кириллов ко мне относится?

— Никак, — быстро ответил он. — Не знаю. Меня это не касается. И тебя тоже.

— Касается! Именно меня это касается! Гоша, я слышала, что ты Нине говорил.

Напарник отчетливо скрипнул зубами.

— Черт! Ты же в это время со своим интервью ковырялась!

— А все равно слышала! Гоша… Гоша, скажи, он действительно… я действительно ему нравлюсь?

— Нравишься? — Он снова бросил на меня взгляд, на этот раз откровенно мрачный. — Ты сейчас кому голову морочишь, мне или себе?

— Гошка, прекрати! — Я тоже разозлилась. Можно подумать, мне так легко было начать этот разговор! — Я тебе задала вопрос и вправе рассчитывать на прямой и честный ответ! И если ты сейчас скажешь, чтобы я спросила у самого Кириллова…

— Вот уж этого я ни в коем случае не скажу! — перебил он. — Не хватало еще, чтобы ты к нему с такими вопросиками полезла!

— А что тогда будет? — окончательно завелась я. — Он тоже мне нахамит, как ты?

— Нахамит или изнасилует, откуда я знаю? Ритка, ты же не идиотка и понимаешь, что о простом «нравишься» тут речь не идет, все гораздо серьезнее. Я с Витькой сто лет знаком, но никогда его таким не видел.

— Ой. — Весь мой запал мгновенно пропал. Это что мне Гошка сейчас сказал? Это он так сказал, что Кириллов меня любит?

— А я бы покрепче выразился! Ритка, неужели ты не можешь от него подальше держаться? Витька из тех мужиков, с которыми играть никак нельзя, он игры не понимает. Он таких дров наломать может — и тебе и себе жизнь испортит!

— А почему ты считаешь, что я с ним играю? — почти шепотом спросила я.

— Тогда еще хуже. — Злость из его голоса ушла, осталась только печаль. — Вы с Витькой настолько разные, что ты этого просто не представляешь. Как те параллельные прямые… нет, они, говорят, все равно где-то пересекаются. А вы просто из разных миров. Полная несовместимость, понимаешь? И ничего хорошего из этого не выйдет. Я даже думать ни о чем таком не хочу!

— Гошка, ты за кого переживаешь, за меня или за него? — Не уверена, что мой смешок получился достаточно естественным.

— За обоих, — кисло ответил он. — И за себя тоже. Ритка, ты же знаешь, ты мне как сестра. Ты больше, чем сестра, ты мой напарник! А с Витькой мы столько всего… если какому писателю рассказать, на десять книжек хватит. И я не хочу, чтобы он из-за тебя мучился. И чтобы ты из-за него мучилась, тоже не хочу. Поэтому и прошу: не морочь голову, ни ему, ни себе!

Я промолчала. А что тут можно было сказать? Морочить голову Кириллову я и не собиралась, а себе… как это было сказано: «Не думай про белого быка», да? И мне теперь что, тоже твердить все время, что я не буду думать про Витьку? Так я этим уже почти два года занимаюсь.

Гоша резко повернул руль и остановил машину.

— Все, закрываем тему. Тем более что мы уже к этой клятой «Короне» приехали, работать пора.

Должна признаться, что работать в супермаркете «Корона» начал один Гошка, а я бродила за напарником бледной тенью, не в силах заставить себя сосредоточиться на деле. Гошка же взялся за дело очень активно, даже напористо: нашел управляющего, быстро, виртуозно смешав в необходимой пропорции лесть с угрозами, добился от него согласия на полноценное сотрудничество, еще быстрее выяснил, какая кассирша обслуживала интересующего нас клиента…

— А как же, конечно, я их запомнила! — Пожилая кассирша Валентина Николаевна была рада отвлечься от работы и поговорить. — У меня вчера только они на такую сумму набрали. Такая пара симпатичная: молодые оба, веселые.

— А расплачивался мужчина?

— Конечно, карточка же на него была.

— Вы уверены, что на него?

— А вы что, думаете, он эту карточку украл где? — Женщина нахмурилась. — Не похож он был на такого. Мы, конечно, иногда проверяем документы, чтобы фамилия совпадала, если покупатель подозрительно выглядит. Но этот мужчина солидный такой был, хотя и молодой. Карточку из бумажника привычно достал и код набрал на память, без ошибок: все, как положено.

Мы с Гошей переглянулись. Что ж, ход вполне разумный. Неизвестная нам пока женщина, завладев карточкой Солодцева, сняла деньги в банкоматах, а в магазин пришла с сообщником — солидным, не вызывающим подозрений.

— И потом, когда мне документы проверять? — продолжала Валентина Николаевна. — У меня очередь. А эти ребята такие симпатичные были, радостные… Я еще подумала, что он ей предложение сделал, и теперь они праздновать собираются. Шампанское взяли, «Асти», итальянское, «Наполеона» бутылку, икры красной большую банку, ананасов свежих.

— Как они выглядели, эти двое? — спросил Гоша.

— Мужчина, тот посолиднее, в костюме и в галстуке. Он все морепродукты выбирал, осьминогов взял две банки, и морской коктейль, и устрицы копченые. А девушка, что с ним была, конечно, жидковата. Ему бы что-то пошикарнее, а она что — девчонка! На вид только-только школу закончила. Бегала по магазину, все никак остановиться не могла. Я уже пробивать начала, а она за конфетами побежала, потом еще про торт вспомнила. Я же говорю, молоденькая совсем. И видно, что к хорошим магазинам непривычная.

— Посмотрите, пожалуйста, эти фотографии, — попросила я. — Есть здесь эта девушка?

Кассирша добросовестно вгляделась в разложенные на столе карточки и покачала головой.

— Разве тут что поймешь? Я же говорю, молоденькая такая девчонка, худенькая, как цыпленок. А здесь что, спины да плечи. — Валентина Николаевна снова разворошила фотографии и вдруг замерла. — Ой! Подождите, подождите…

Я посмотрела на снимок, который с таким интересом разглядывала кассирша, и перевела вопросительный взгляд на Гошу. Напарник пожал плечами.

— Вот, видите, она здесь, наверное, уже уходить собирается, поворачивается уже и платок поправляет! — Женщина азартно ткнула пальцем в изображение. — А внизу, видите, часть руки видно! И колечко!

Действительно, над нижним краем фотографии можно было разглядеть тонкие пальцы и кольцо с непропорционально большим камнем.

— Видно колечко, — согласилась я. — А что, у той девушки похожее было?