Хуже не будет - Владимир Колычев

Инга нагнала его, когда он шел через сквер.

– Ну и как успехи на английском фронте? – громко, с истеричными нотками в голосе спросила она.

– Спасибо, ничего.

– И как Анжела препо…дает?

– Нормально. Я даже знаю, что такое «hemp». Hemp – это конопля.

– И как, вставляет?

– Не пробовал.

– Я видела, как ты ее обнимал!

– Кого, коноплю?

– Анжелу!

– Поверь, это дружеские объятия.

– Ах да, извини! Я совсем забыла, что ты со всеми дружишь. С Викой дружил, со мной дружил, теперь с Анжелой дружишь.

– Да, вот такой я дружелюбный.

– Ага, дружелюбвеобильный!

– А ты что, ревнуешь?

– Кого, тебя? К этой очкастой?!

– Не знаю. Ей очки очень идут. Очень даже сексуально.

– Заткнись!

Инга резко остановилась, схватила Кирилла за плечо, с необычной для девушки силой развернула к себе лицом и, ладонями сжав его щеки, приблизила губы к лицу. Он поймал их, дал волю языку…

Инга слабела в его объятиях. Еще бы немного, и она повисла бы у него на руках, не в силах стоять на ногах. Возможно, она сама почувствовала этот момент, поэтому отстранилась от него.

– Если ты целовался с Анжелой, я ее убью, – прикрыв ладонью глаза, изнеможенно пробормотала она.

– Боюсь, мне придется проводить тебя домой. А то в таком состоянии ты опасна для общества, – пошутил он.

– Проводи…

Инга молчала всю дорогу, мысленно переваривая случившееся. И заговорила только возле своего подъезда.

– У меня есть самоучитель. По английскому… Я бы могла взять над тобой шефство.

– Ты хочешь, чтобы я изменил Анжеле?

– Я хочу, чтобы ты никогда не называл при мне это имя, – вроде бы в шутку, но, скорее всего, всерьез сказала она.

– А если я заведу кошку и назову ее Анжелой?

– Тогда я дам ей второе имя. Му-му. Со всем отсюда вытекающим.

– Ты жестокая.

– Да. И жадная…

Они зашли в кабину лифта, и она припала к его губам, как жаждущий путник к фляжке с водой. Но как она ни старалась, до дна Кирилла выпить не смогла. Он мог сравнить себя с волшебным кувшином, из которого сколько ни пей, все равно не убудет… Ему вообще хотелось волшебства.

Оторвалась она от Кирилла только для того, чтобы завести его к себе в квартиру. И едва закрыв за ним дверь, снова увязла в поцелуях. Плащ с шелестом сполз к ее ногам, когда зазвонил телефон, и ей пришлось взять трубку.

– Да… Ты?.. Да, занята… Неважно…

Хватило всего нескольких коротких фраз, чтобы трубка легла на рычаги.

– Костя звонил, – недовольно сказала она.

– И чем ты занята?

– И чем, и кем…

Она шагнула к Кириллу, чтобы снова повиснуть на нем. Но не дошла, замерла в нерешительности. Похоже, звонок испортил ей настроение.

– Give me coffe! – сказал он.

– Дать тебе кофе?.. Ты делаешь успехи, – ободрительно улыбнулась она.

– Ты знаешь, что общего между английским и поцелуем? И там языковая практика, и там… Ты, кстати, отлично владеешь языком. Мне нравится твой самоучитель. Может, еще позанимаемся?

Он попытался ее обнять, но Инга, уклонившись, повела его на кухню. Налила воду в медную турку, поставила ее на плиту.

– Совсем забыла, мне на тренировку надо, – опустив глаза, сказала она.

– Хочешь быть как Шарапова?

– При чем здесь Шарапова? – поморщилась она.

– На подачах красиво стонет.

– Поверь, я этим не занимаюсь…

Ингу будто подменили. Куда только делась ее былая страсть? И на Кирилла смотрит глазами судьи, выносящей приговор по обвинению в пошлости. Видно, перед Костей свою вину почувствовала. Вот, значит, почему она игнорировала его всю неделю… Что ж, ее совесть должна остаться чистой.

– Да, совсем забыл, мне домой срочно нужно, – ее же тоном сказал он.

– А кофе?

– Как-нибудь в другой раз… Дверь мне откроешь?

– Да, конечно…

Она открыла дверь, позволила ему переступить порог, но у самого лифта нагнала, будто ураган закрутила в своих объятиях, смерчем втянула в дом, заперлась с ним в своей комнате… А дальше началось волшебство, и Кирилл не смог устоять перед ним.