Свеча для трупа - Энн Грэнджер

Луиза Брайс и сержант Прескотт вели ленивый, прерывавшийся длинными паузами разговор, какой можно услышать в понедельник утром во всех офисах мира. Когда суперинтендент Алан Маркби ворвался в приоткрытую дверь, они затихли, словно школьники при появлении учителя, и настороженно посмотрели на него. Они успели заметить только, что на нем темный костюм и черный галстук, а потом он набросился на них:

— Доброе утро! Я вижу, у вас сегодня есть время стоять и болтать друг с другом. Мы вышли на Сьюзан Оутс Темпест или Дженифер Юровиц? Если нет — почему?

— Я был у католического священника, — поспешил ответить Прескотт. — Отец Дули просматривает журнал записи браков.

— Тогда позвоните ему и попросите поторопиться! Лаборатория увеличила фотографию? — спросил Маркби у Брайс. — Рекламную, для «Патитайм».

— Да, сэр!

Брайс бросилась к столу и стала шуршать бумагами.

— Принесите ко мне в кабинет!

Маркби пронесся мимо подчиненных и исчез в другой двери. Его личное убежище было дальше по коридору.

— Ну и ну! — пробормотал Прескотт. — Похоже, босс сегодня на тропе войны.

— Позвони в Уэльс, — сурово сказала Брайс, — и узнай, нашли ли они Сьюзан Темпест. Не забудь, что если она развелась с Темпестом, то могла опять взять фамилию Оутс. И скажи им, путь поторопятся!

— Да, мэм! — кротко ответил Прескотт.

Брайс положила на стол Маркби две фотографии, присланные из лаборатории. Одна была просто большего масштаба, а на второй был показан увеличенный участок с висящим на стене дипломом в рамке, которым так заинтересовался Маркби.

Суперинтендент открыл верхний ящик стола и стал раздраженно в нем копаться.

— Лупа! Где-то тут была лупа. Даже Шерлок Холмс пользовался увеличительным стеклом. Мы думаем, что если у нас есть компьютер, то такие простые и полезные предметы нам больше… А, вот она!

Он склонился над снимками. Брайс терпеливо ждала. Маркби выпрямился и вручил ей лупу:

— Взгляните. И скажите, что вы видите. Она стала разглядывать фотографию.

— «Королевская музыкальная школа…» — прочла она. — Седьмой класс. Не могу понять. Награждается Ларри? Люк? Неразборчиво написано. Фамилия Холлен.

— Ларс! — сказал Маркби. — Ларс Холден.

Она посмотрела на него:

— Я откуда-то знаю это имя. Не могу вспомнить откуда.

— Он член парламента от нашего округа! — сказал Маркби.

— Ой!

Брайс вложила в это междометие целый веер значений.

— Вот именно. Думаю, мне не обязательно вам указывать на то, что любые беседы с семьей Холден — если они будут иметь место — должны проводиться с максимальным тактом и деликатностью. — Он положил обе руки на стол ладонями вниз и вздохнул. — Хотя, вероятнее всего, когда до этого дойдет, я буду опрашивать их сам. Только не подумайте, что я не доверяю вашим способностям или методам. Уверен, Ларс с большей охотой поговорил бы с человеком его возраста, чем со старым сухарем вроде меня.

Брайс, которой было известно, что Маркби сорок три года, спрятала улыбку.

— Однако я уже знаком с семейством Холден, — продолжал он, — и надеюсь, что, если допрос буду вести я, они воспримут эту процедуру менее болезненно.

— Даже если они и нанимали «Патитайм-Кейтерес» двенадцать лет назад, это абсолютно ничего не значит! — сказала она, повторяя слова Мередит. — Когда такие люди устраивают большие вечеринки, они часто приглашают помощников и обращаются в специализированные фирмы.

— Я это понимаю. Но политики очень трепетно относятся к своей репутации. Если к Ларсу придет полиция, чтобы допросить его в связи с убийством, да еще и убийством молодой беременной женщины, Общество защиты Ларса Холдена тут же начнет точить ножи. Все, начиная с окружного председателя и заканчивая его матерью. В самом худшем случае свое слово захотят сказать и его коллеги из парламента и кабинета министров. Да, его невеста, с которой я в субботу имел честь познакомиться, тоже устроит нам сладкую жизнь. — Его пальцы выбили быструю дробь. — Поэтому я сам этим займусь, и, если что-нибудь пойдет не так, пускай собак вешают на меня.

— А когда, как вы думаете, вы сможете?..

Он взглянул на часы:

— Сегодня, совсем скоро, я иду на похороны.

— А, так вот почему на вас черный галстук!

Она улыбнулась, совсем по-детски, и эта улыбка мгновенно разрушила чопорную деловую атмосферу, царившую в кабинете Маркби.

Он не смог не улыбнуться в ответ.

— Да. Пойду проводить Юнис Грешам, старушку, которая упокоилась бы в могиле родителей, если бы братья Лоу не выкопали оттуда останки Кимберли Оутс. Теперь ее предадут земле на новом кладбище. Кстати, на церемонию должна прийти миссис Холден, мать Ларса. А может быть, и сам Ларс. Возможно, мне удастся договориться с Маргарет о встрече. Что касается Ларса, думаю, лучше поговорить с ним без ведома матери. Буду импровизировать. — Маркби вдруг улыбнулся и постучал по фотографии. — Королевская музыкальная школа, — объяснил он. — Импровизировать!

— Да, сэр, — с готовностью подхватила Брайс. — Я поняла.

— Правда? Боюсь, нельзя ожидать от человека отменной шутки в понедельник с утра пораньше!

— А кстати, сколько ему лет? Ларсу Холдену? — спросила Брайс. — Судя по его фотографиям в рекламных буклетах, он довольно молод. Двенадцать лет назад, когда была сделана эта фотография, он, скорее всего, был еще студентом.

— По моим подсчетам, — Маркби прищурился, — Ларсу тогда было лет девятнадцать, не больше. Что может натолкнуть на интересные размышления. Кимберли, если верить Саймону Френчу, флиртовала с клиентами в надежде, что какой-нибудь богатый мужчина подпадет под ее чары и заберет ее из того неприглядного мира, в котором она жила.