Мораторий на крови - Марк Фурман

Едва Лаврик прошел в отведенный ему кабинет местного отделения ФСБ, как по спецсвязи его соединили с Москвой.

— Не напрасно мы тебя, Юрий Романович, заслали в этот Тригорск, — он узнал чуть с картавинкой голос генерала Корчагина. — Чем дальше в лес, тем больше дров. Ведь не случайно взорвали автобус с Дамзаевым, как считаешь?

— Вполне с вами солидарен, товарищ генерал, — согласился Лаврик. — Похоже, операция по его устранению была спланирована и продумана боевиками до деталей.

— Вот ею и займись, — распорядился Корчагин. — Наверняка за терактом по устранению своего же боевика что-то скрывается. И коль Дамзаев благодаря мораторию избежал высшей меры, его попросту решили убрать.

— Надо бы его по полной допросить, но теперь он уже в пути. С час прошло, как спецвагон на Вологду отправился.

— Его разработкой займутся на месте. А тебе надлежит собрать всю возможную информацию по Тригорску. По нашим агентурным данным, у тамошнего начальника централа рыльце в пушку. Открой электронную почту на свой пароль и ознакомься с нашей информацией.

И, учитывая, что Корчагин был осведомлен обо всех последних событиях в Тригорске, включая публикации в прессе и студенческую демонстрацию, Лаврик решился спросить генерала о возможности извещения родственников погибших относительно применения к Милославскому смертной казни.

— Шила, Юра, в мешке не утаишь, — ответствовал Корчагин, постоянно употреблявший в разговорах народные пословицы и поговорки. — Уже и президент в курсе происходящего. А посему распорядись, чтобы в централе составили краткий официальный текст о применении к Милославскому высшей меры. Ознакомься с ним, после твоей редакции пусть разошлют родным потерпевших на места. Не забудь упомянуть о соболезновании, думаю, это будет верным шагом в сложившейся ситуации.

В информации спецотдела ФСБ, полученной Лавриком под грифом «Совершенно секретно», сообщалось следующее: «На основании анализа мобильной связи и электронной почты между начальником централа полковником внутренней службы Папушей Федором Ильичом и жителем города Москвы Левитиным Виктором Семеновичем установлено, что в течение длительного времени руководитель режимного учреждения УИНа передавал указанному Левитину дневники и записи осужденных за тяжкие уголовные преступления. После их получения и соответствующей обработки Левитин В.С., член Союза писателей РФ, использовал записи осужденных как основу для своих литературных произведений, выходивших массовыми тиражами в России, странах СНГ и государствах дальнего зарубежья. Часть последних дневниковых записей с иллюстрациями, исполненными приговоренным к высшей мере серийным убийцей Георгием Милославским, была передана Левитину около двух недель назад. В настоящее время за ним ведется оперативное наблюдение, подготовлено постановление о возбуждении уголовного дела и его задержании.

Краткая справка: Левитин Виктор Семенович, родился в Санкт-Петербурге, после окончания Литературного института проживает в Москве по адресу: Четвертый Малоярославский переулок, д. 6, кв. 31. Автор ряда книг: «Откровения неизвестного», «Киллер по заказу», «Тюремные истории», «Город страха», «Дневник палача», «Тихая ночь», «В лунном сиянии» и др. По сюжетам двух его произведений сняты многосерийные художественные телефильмы «Город страха» и «Тюремные истории».

После ознакомления с данным сообщением подполковнику Лаврику Ю.Р. надлежит связаться с подполковником Тригорского следственного управления ФСБ Горским Алексеем Васильевичем, ведущим расследование по Папуше — Левитину, для получения необходимой информации. Впредь до этого никаких действий не предпринимать».

После разговора с Корчагиным, ознакомившись с электронным сообщением из Москвы, Лаврик позвонил Папуше. Мысленно он одобрил себя за сугубо служебные взаимоотношения с начальником централа. Ведь Папуша не раз предлагал ему весьма соблазнительные мероприятия: отужинать в ресторане, проветриться на природе, попариться в загородной русской баньке. И поскольку в отношении вымазанного в дерьме начальника централа следовало ждать дальнейших указаний их ведомства, Лаврик дружелюбно произнес:

— В сложившейся ситуации наше руководство, Федор Ильич, решило сообщить родным погибших об исполнении высшей меры по отношению к Милославскому. Поднимите его документы, приговор суда и поручите спецчасти составить краткие сообщения. Часика через два я подъеду, подправим и разошлем по адресам. Там ведь, кроме Тригорска и области, фигурируют Комарово под Санкт-Петербургом, Ярославль, Кострома.

— Резонно, Юрий Романович, — одобрил предложение Папуша. — Ваше ведомство как в воду глядело. Мне ведь Фальковский уже дважды звонил, настырный журналист настаивает на подобной бумаге.

— Вот и ладненько, удовлетворим его просьбу, — подыграл Лаврик. — Насколько мне известно, у маньяка насчитывается 16 жертв.