Знакомьтесь – Тигр! - Лесли Чартерис

— Он притворился мертвым. Я отложила пистолет, он схватил меня, у него был нож…

— Что он сделал?

Мисс Гиртон ответила не сразу. Наконец она указала на рощу в дальнем углу поля.

— Он забрал пистолет и убежал вон туда, там есть дорога.

— Я иду за ним! — не думая о последствиях, выпалила Патрисия, но Агата Гиртон схватила ее за руку.

— Не глупи! Ты умрешь там. Я потеряла голову… Он сказал: «Больше так не делай!»

Руки тети были в крови, и Патрисия отвела ее в дом и помогла подняться по лестнице в комнату.

Налив в раковину воды, мисс Гиртон умылась. Вода угрожающе покраснела. Мисс Гиртон повернулась к Патрисии — и та едва сдержала крик: лоб тети был порезан до кости в форме буквы Т.

Глава 14

Капитан Патрисия

— Он пометил меня! Т — это Тигр! — истерически воскликнула Агата Гиртон. — Боже…

Ее лицо всегда имело решительное и мрачное выражение, но сейчас, залитое кровью от бровей до подбородка, оно казалось лицом дьявола.

— Однажды он за это заплатит… он приползет ко мне… Каленое железо — это будет еще слишком милосердно…

— Тетя…

У Патрисии было много вопросов, и сейчас настал самый подходящий момент, чтобы задать хотя бы некоторые. Однако мисс Гиртон прянула к ней, словно дикий зверь, и Патрисия невольно отступила — такая ярость плескалась в ее глазах.

— Уходи!

— Кто тот мужчина, который тебя шантажирует?

— Уходи!

— Он и есть Тигр?

Мисс Гиртон шагнула вперед и указала на дверь.

— Оставь меня! — жутким голосом приказала она. — Возвращайся к своему Святому… Если ты сейчас не уйдешь, я сама вышвырну тебя вон!

В том, что так и будет, Патрисия не сомневалась. Никогда еще она не видела, чтобы женское лицо так искажалось от гнева.

— Хорошо, я уйду. Надеюсь, ты не пожалеешь об этом.

— Вот и уходи.

Вскинув голову и чеканя шаг, Патрисия направилась к двери.

Вернуться к Саймону? Так она и поступит. Вряд ли у нее возникнут неприятности по пути к Бункеру. Оттягивающий карман пистолет внушал ей уверенность, в которой она нуждалась. Святой не ждет ее, однако вряд ли станет возражать, учитывая новости, которые она ему принесет. Этот день оказался богат на события — даже слишком богат. Патрисия такого не ждала, и раз уж она больше не сможет ничего выяснить самостоятельно, необходимо сообщить все Саймону.

Время пролетело быстро. Патрисия вышла из дома в шесть сорок, а через пятнадцать минут, когда почти стемнело, вдали показался Бункер.

Морская гладь приглушенно сияла, словно старое серебро, отражая последние лучи закатного солнца. С вершины скалы Патрисия попыталась разглядеть корабль, который они обнаружили сегодня утром. Ей показалось, что на горизонте чернеет какая-то точка. Корабль, который Саймон, Орас и она собирались захватить втроем. Какой дерзкий план! При этой мысли Патрисия улыбнулась. План был такой невероятный, что попытка воплотить его в жизнь ничуть ее не беспокоила — он принадлежал к числу тех безрассудных авантюрных поступков, которые люди совершали в книгах и фильмах, и лишь вовремя представившийся счастливый случай обеспечивал благоприятный исход. В настоящей жизни она не знала прецедента подобному событию, поэтому единственным образцом, на который она могла равняться, стал художественный вымысел — и согласно ему их план обречен на успех. Интересно, хватило бы у кого-либо, за исключением Святого — ее Святого, воображения придумать этот план, храбрости принять его всерьез, героической бесшабашности попробовать воплотить его в жизнь и силы духа, чтобы возглавить эту авантюру? Она и Орас — всего лишь верные помощники Святого: весь риск ложился на его широкие плечи.

Улыбнувшись (Саймон просто обожал ее отважную улыбку), Патрисия поспешила к Бункеру. В окне горел свет — она уже знала, что там располагается помещение, служащее одновременно столовой, гостиной и комнатой для курения. Однако сейчас там находился лишь Орас, который накрывал стол к ужину. Патрисия вошла, и он резко обернулся на звук ее шагов. Лицо слуги озарилось радостью, но тут же помрачнело, когда он ее узнал.

— Где мистер Темплар? — спросила Патрисия.

— Должен вернуться в семь тридцать, — проворчал Орас.

Забрав поднос, он направился в кухню. Девушка озадаченно смотрела ему вслед. Орас, хоть и солдафон, был по-настоящему груб только с Тигрятами и детективами: под маской жестокости ей удалось разглядеть его доброту и гуманизм. Когда Орас провожал ее домой, то обращался с ней почти по-отечески, ведь друзья Темплара — его друзья. Сейчас ее глазам предстал Орас встревоженный.

Она последовала за ним в кухню.

— Могу я чем-нибудь помочь?

— Не думаю, мисс, — угрюмо ответил он. — Спасибо, я привык справляться сам.

— Тогда скажи мне, куда ушел мистер Темплар? Я пойду и встречу его.

Орас с излишним усердием вонзил острие консервного ножа в банку с лососем.

— Ничего об этом не знаю. Да не волнуйтесь, мисс. Он самый пунктуальный человек на свете и войдет в дверь, когда часы пробьют половину восьмого. Так что вам не о чем тревожиться.

К концу своей речи Орас уже говорил спокойней, однако Патрисия видела, что он расстроен.

— Почему… Что-то случилось, из-за чего мне следует тревожиться? Он собирался сделать что-то особенное сегодня?

— Не-а, — с наигранной жизнерадостностью заявил Орас, продолжая вскрывать банку.

Патрисия вернулась в гостиную и села в кресло. Недалеко от ее локтя лежал портсигар Святого; она взяла сигарету и задумчиво закурила.

Следует ей беспокоиться или нет — это дело десятое, зато Орас, без сомнения, чем-то взволнован. На ее наручных часах уже было семь двадцать, и Патрисия задалась вопросом, окажется ли Саймон таким пунктуальным, как сказал Орас. И если он не появится в семь тридцать пять, стоит ли им признать, что с Саймоном что-то случилось? Куда он ушел? В это время на корабле Тигра еще нечего делать. Может, он собрался заранее изучить остров, посмотреть на него поближе? Или он решил снова выступить против Биттла или Блюма — в бессмысленной браваде, которая приятно щекочет нервы мужчинам, подобным Саймону?

Вошел Орас и поставил на стол прибор для гостьи. Затем вытащил из кармана брюк огромные серебряные часы-луковицу.

— Через минуту-другую.

Он ободряюще кивнул ей и вышел. Патрисия догадалась, что Орас стоит снаружи и хочет увидеть Саймона, еще когда тот начнет спускаться с горы.

Саймон не появился и в семь тридцать пять.

Патрисия принялась беспокойно ходить по комнате. Внезапно ей взгрустнулось. Святой куда-то пропал, не сказав никому ни слова, и подорвал свою репутацию пунктуального человека. Он