Амплуа девственницы - Татьяна Полякова

— Я хотела узнать у него об одном человеке. Его уже несколькодней нет дома. Звоню, никто не отвечает, мобильный отключен. Я беспокоюсь, воти решила узнать у Василия. Проезжала мимо…

— Что-то я тебя раньше не видела, — с сомнениемзаявила девица, правда, без враждебности. — И кого ищешь?

— Арсения, — ответила я с печалью. Рыжаянахмурилась и взглянула на меня с недоверием.

— А ты ему кто?

— Знакомая, — отрезала я, начиная злиться, ужочень много вопросов она задает, а на мои отвечать и не думает.

— Спишь с ним, что ли? — еще больше нахмуриласьона.

— Вам-то что? — разозлилась я по-настоящему и вответ услышала:

— Так он же «голубой».

Двадцать секунд ушло на то, чтобы вернуть на место челюсть,еще столько же, чтобы восстановить дыхание, затем я вновь обрела дар речи.

— Арсений?

— Ну.., ты извини, может, я чего лишнего сказала.Просто он всегда с Козловым болтается, а тот «голубой». Вот я и решила…

— Козлов погиб, — сообщила я. Теперь девицалишилась дара речи и даже способности держаться на ногах, она рухнула набанкетку, повращала глазами и сказала с сомнением:

— Иди ты… — Я повернулась к двери, а онавскочила. — Я не в том смысле. Ты точно знаешь, что он погиб?

— Конечно. Я была у него сегодня, и мне сосед сказал,что он упал с балкона.

— Как это?

— Сосед намекнул, что не сам упал, а помогли.

— Кто помог? — Она вновь рухнула на банкетку, нодержала меня за руку, точно опасаясь, что сбегу.

— Сосед не знает. Просто у него подозрение…

— Мама моя, — прошептала рыжая. — Козлов сбалкона свалился, Васька пропал, и Арсений твой…

Это что же получается?

— У меня ничего, — на всякий случай предупредилая.

— Васька исчез, — начала она плаксиво. — Ядумала, запил, а теперь ты со своими рассказами…

— Может, действительно запил? — попыталась яуспокоить ее. — Вместе с Арсением.

— Арсений не пьет. Ты что, не знаешь?

— При мне пил. Немного, но пил.

— Немного не считается. Вот что, поехали к Ромке.Может, он в курсе, где их искать.

— А кто это?

— Дружок Васькин. Чтоб им всем пусто было.

Наворотили дел, ведь чуяло мое сердце…

— Каких дел? — заинтересовалась я. Рыжая взглянулана меня растерянно, но пояснить не пожелала.

— Поехали, — повторила она настойчиво.

— Хорошо, — согласилась я.

— Где-то должен быть адрес. — Рыжая пошарила вящике тумбочки, чертыхнулась и пошла в комнату, а я, повинуясь порыву, схватилаоткрытку и сунула ее в карман. Воровать нехорошо, но мне ключ пришел по почте…Вдруг здесь что-то интересное, а если нет, я брошу открытку в почтовый ящик. Неочень красиво так себя вести, но что поделать, если сопротивляться соблазну нетсил.

Рыжая вернулась, бормоча себе под нос:

— Еле нашла.

Я боялась, что она обратит внимание на отсутствие открытки,но она даже не взглянула на тумбочку.

Мы торопливо покинули квартиру и под пристальными взглядамистарушек сели в мою машину.

— Хорошая тачка, — заметила рыжая и посмотрела наменя повнимательнее, после чего спросила:

— Как тебя угораздило связаться с этим Арсением?

— Чем он так плох? — нахмурилась я.

— Так ведь жулик. И вор. Можешь мне поверить.

А у тебя на физиономии написано высшее образование и хорошаяработа.

— Спасибо, — подумав, сказала я, решив расценитьслова рыжей как комплимент. — Но Арсений вовсе не… — договорить я неуспела.

— Сворачивай, — скомандовала рыжая. Я свернула,потом еще раз и вскоре уже тормозила возле обшарпанного строения с табличкой нафасаде «Общежитие № 3». — Пошли, — позвала девица.

— Может, я лучше…

— Пошли, — повторила она, и мы направились кобщежитию.

Внутреннее убранство этого заведения не радовало. Коридор,выкрашенный зеленой краской, был пуст, кто-то бренчал на гитаре, злобного видастарушенция замерла у окна на стуле, под одну из ножек которого подложиликирпич. На нас старушенция внимания не обратила. Дойдя до третьей двери, рыжаягрохнула в нее кулаком. Дверь распахнулась, но комната оказалась пуста. Настоле стояли бутылка водки, две чашки и валялись три куска колбасы, облепленныемухами. Вонь стояла невыносимая, я попятилась, и рыжая тоже, зажав нос левойрукой.

— Хоть бы форточку открыл, придурок, — недовольнопробормотала она, оказавшись в коридоре.

— Пойдем отсюда, — поторопила я.

— Надо его найти. Если дверь открыта, он где-то здесь.

Пришлось подчиниться. Рыжая уверенно подошла к следующейдвери и постучала. Открыл ей рослый парень в тельняшке, он щурился со сна иявно был недоволен, что его побеспокоили, но рыжей было на это наплевать.

— Где Ромка? — спросила она.

— Какой? — скривился парень.

— Кремнев, — пояснила рыжая и кивнула на соседнююдверь с цифрой 13.

— Откуда мне знать? — ответил парень.

— Давно его видел?

— Дня три назад.

— Он один был?

— Нет.

— С Васькой?

— Не знаю. Разговор слышал, а с кем болтал, не видел.

Тут за его спиной возник еще один молодой человек, впрочем,определить его возраст было затруднительно.

— Ромку ищете? — подал он голос. — Дома неночевал, это точно. Ни вчера, ни сегодня. Я у него денег хотел занять, заходилраз двадцать, он как сквозь землю провалился. Как ушел тогда, так и нет.

Рыжая собралась удалиться, но у меня пробудился интерес кбеседе, и я спросила:

— Когда он ушел?

— Ну… — парень задумался. — Сегодня какой деньнедели?

— Среда, — подсказала я.