Искатель, 1998 №3 - Игорь Христофоров

— Пусть смотрит, — успокоил его майор. — Все равно мозгов не хватит додуматься…

— А если хватит?

— Без толку. К тому же мы их слышим, а они нас нет.

Майор милиции Лучников, начальник перевальненского отделения, напоминал запорожского казака, во всяком случае, такого, какими их рисовал Илья Репин. Не хватало только оселедца на макушке, хотя, впрочем, его и без того некуда было бы приделывать. В том месте, где ему полагалось расти, лаковой полировкой блестела лысина. Зато таких усов не было ни у одного героя Репина. Создавалось ощущение, что все волосы, потерянные им на макушке, проросли между носом и верхней губой.

— Не наш герой, не местный, — с трудом вытягивая воздух из комнаты сквозь густые усищи, проговорил Лучников. — И не приморский. Я тех героев тоже всех знаю…

— Разрешите, товарищ майор? — неслышно вошел в комнату пожилой мужчина.

— A-а, химик-алхимик, ну что там у тебя? — обрадовался его приходу Лучников.

— Отпечатки почти совпадают. В смысле, подозреваемого и те, что остались на подоконнике дома и досках забора. Хотя и много проблем. На отпечатках, что на подоконнике и досках, след сильно смазан…

— А кровь?

— Рано еще! — густо покраснел мужчина, и от этого седина на его висках проступила еще четче. — К вечеру будут результаты.

— У тебя все, химик-алхимик?

— Скорее всего, паспорт у него поддельный. Но это, товарищ майор, лишь подозрение. Надо в город паспорт отослать. У них аппаратура лучше.

— В городе все лучше. Иди, химик-алхимик.

Санька проводил взглядом маленького, похожего по внешнему виду на колхозного счетовода, мужичка и хотел уж спросить, долго ли тот работает экспертом и можно ли ему доверять, как в фильме на стекле-экране после паузы, вызванной замешательством следователя, раздался интересный вопрос:

— Скажите, где вы находились в ночь с понедельника на вторник?

Именно в эту ночь пропал Эразм.

— Не помню, — вяло огрызнулся парень. — А какое это имеет значение?

— Сейчас все имеет значение, — пофилософствовал следователь.

— В какую-такую ночь?

— С понедельника на вторник.

— A-а, это легко проверить! У меня алиби!

Парень оттолкнулся затылком от стены, и его худощавое, с четко прочерченными линиями скул лицо стало на экране чуть крупнее. Судя по глазам, спокойствие давалось ему все труднее и труднее.

— Я был в лагере альпинистов. На высоте двух двести над уровнем моря. Можете запросить ребят. Они там до их пор.

— Хорошо. Мы вызовем их на допрос, — пообещал следователь.

У него были такие уши, что любой его вопрос вызывал улыбку. Но никто не улыбался. Ни по ту сторону стены, ни по эту. Иногда из комиков получаются неплохие трагики.

— А где вы были прошлой ночью? — старательно вычитал с бумажки следователь.

Ворот его рубашки посерел от пота.

— Башлыков, — впервые назвал Саньку по фамилии Лучников, — ты мне объясни, как ты его вычислил?

— Он стоял у дома Букахи, когда я был у него.

— А-а, значит, по физиономии!

— Нет, было далеко. Я не мог разглядеть черты лица.

— А как же тогда?

— По зонту.

Усы Лучникова медленно подвигались влево-вправо, замерли и просвистели вырвавшимся из ноздрей потоком. Судя по звуку, майор милиции мог за раз вогнать в себя весь воздух комнаты. Тогда бы Саньке только и осталось, что потерять сознание. А возможно так и было, раз надсадно гудело что-то в ушах.

— Зонт же обычный, черный, — все-таки выпустил сомнение из-под усищ Лучников.

— Да, черный, — вяло согласился Санька. — Но он был весь в серых грязных точках. Обычно после дождя, если зонт просох, то он чистенький. А если ты стоял под деревом, то капли смыли с листьев пыль, и она потом обязательно при просыхании оставит серые пятна. С прежнюю, советскую, копейку размером…

— М-м-да.

Теперь уже сверху вниз и обратно подвигал усами Лучников. Видимо, усы заменяли у него все сразу.

— Ну, а предположим, — все-таки нашел он довод против Санькиной логики, — а предположим, что не он один стоял в тот день под деревом… Что ж ты, стал бы всех с грязными зонтами ловить?

— Всех бы не стал. К тому же у него была довольно похожая куртка-ветровка. А когда он отошел от кассы и оставил отпечаток подошвы на грязном газоне, я нагнулся и увидел уже знакомый треугольник…

— В каком смысле?

— Точно такой же или примерно такой я видел в огороде у нашей хозяйки. Рядом с забором.

— Получается, аж три совпадения?

— Да, три.

— Штурманский вариант…

— Что? — не понял Санька.

— Я до службы в мореходке учился. Штурманское дело у нас было. Так преподаватель — а химик-алхимик еще тот был! — учил, что надежнее всего место в море определить по трем береговым ориентирам. Два могут ошибку дать. А три — никогда!

После этих слов Санька ощутил себя еще мельче, чем до этого. Рассказом о зонтике увеличил, а от воспоминания Лучникова тут же свою значимость уменьшил. Майор оказался еще и бывшим моряком. И все у него выглядело цельным, литым. Даже усы хорошо подходили под образ. А Санька, бросивший службу и ничегошеньки в пении не достигший, самому себе показался хлипким и ни к чему не пригодным.

Одного-единственного бандита и то не смог сам взять. Андрей, ушедший прямо из отделения уговаривать ребят остаться, больше не спорил с ним о конкурсе. Погоня примирила их.

— У меня к вам просьба, — после вздоха произнес Санька.

Честно говоря, ничего не хотелось делать. Но идти к Буйно-су, чтобы отказаться от своих обещаний, выглядело уже глупо и не по-мужски. Хотя и до бандитов дела не было. Они стали ему безразличнее Буйноса.

— Что за просьба-то? — важно посопел Лучников.

— Мне нужны данные о прошлом Буйноса. У него была судимость…

— A-а, это по этому поводу мне Нина звонила?

— Наверно. Я ее просил узнать адрес, где он жил и где произошла драка со смертельным исходом.

— Да, она продиктовала мне адрес, — задумчиво произнес Лучников. — Думаешь, эта месть — оттуда?

— Ничего я не думаю. Я предполагаю. И не больше.

— Запросим, — неуверенно пообещал Лучников.

Тон его голоса не понравился Саньке. Он представил, как много инстанций нужно пройти запросу — район, город, область, центр, Московская область, район уже в Московской области, опять центр, опять область, город, район — и сразу принял решение:

— Я могу от вас позвонить в Москву?

— Конечно! — обрадовался Лучников.

— Тогда запрос не делайте. Есть другие варианты.

— Хорошо! — еще сильнее обрадовался Лучников. — Позвоните