Папа Карло из Монте-Карло - Дарья Калинина

– Ох!

Но уже через секунду ее отпустило. Горечь во рту сменилась каким-то интересным послевкусием. Огонь сместился изо рта чуть ниже, а потом стал спускаться по пищеводу, приятно его согревая и заставляя все клеточки проснуться, встрепенуться и жить дальше.

– Ну как?

– Очень неплохо, – распрямляясь, кивнула Инга.

– А я тебе о чем говорила? – обрадовалась Алена. – Мой Василий Петрович всегда знает, что делает!

Инга открыла рот. Она собиралась сказать подруге, что было бы хорошо, если бы не один Василий Петрович в их семье знал, что делает. Хорошо бы было, если бы и его жена тоже иногда хоть это знала. А то дала Инге какую-то жуткую гадость, чуть не угробила ее. Хотя, надо признаться, гадость подействовала великолепно. Инга все это хотела изложить Алене, но, к своему немалому удивлению, обнаружила, что подруги рядом с ней уже нету.

Алена стояла согнувшись в три погибели, прижавшись к двери. Но это была не та дверь, через которую вошли в туалетную комнату подруги. Эта дверь вела еще куда-то. И Алена прилипла к ней буквально всем своим телом.

Инга вновь открыла рот. Но на сей раз она хотела просто поинтересоваться у Алены, какого черта она вытворяет. Но Алена в ту же секунду прижала указательный палец к своим губам, приказывая хранить тишину. Потом махнула рукой и произнесла одними губами: «Иди сюда!»

Решив, что она не в том состоянии, чтобы проявлять самостоятельность, Инга послушно подошла к подруге, стараясь ступать по возможности бесшумно. И в то же время она с радостью ощущала, что ее ноги вновь сделались послушными и ступают именно так, как хочется их хозяйке.

Наклонившись рядом с подругой, Инга прижала ухо к двери и тоже услышала два мужских голоса. Один из них, без всякого сомнения, принадлежал господину Ганнибалу, а вот насчет второго Инга сомневалась. Чем-то этот голос был ей знаком. Но откуда у нее взялось это ощущение, она и сама сказать не бралась.

Что касаемо Алены, то ее никакие сомнения не терзали. Она просто слушала разговор, впитывая в себя каждое слово, произнесенное в соседнем помещении. А послушать там было что.

– Дорогой мой, но послушайте, я же вам объяснял: форс-мажор.

– Форс-мажор – это когда убийство в клубе или кем-нибудь из наших уважаемых членов прокуратура заинтересовалась. А то, что случилось у нас, – это наша погибель! Конец! Вы хоть это понимаете?

– Ну, не стоит так все драматизировать.

– Я говорю чистую правду. Куда подевались эти Гусейновы?

Услышав знакомую фамилию, подруги едва не стукнулись лбами. Они посмотрели друг на друга, уже торжествуя победу. В месте, в котором они меньше всего ожидали наткнуться на разгадку тайны, они на нее наткнулись.

Между тем голос Ганнибала покорно ответил:

– Их ищут.

– Ищут! И как? Успехи есть?

– Пока нет. Мы побывали всюду, где они могли спрятаться. Даже в той гнусной лавчонке, которую мальчишки по моему совету держали на рынке.

– И?..

– И их там нет. Нигде нет. Ни дома, нигде.

Наступила короткая пауза. Затем все тот же смутно знакомый Инге голос произнес:

– Страну не покидали?

– По своим документам нет.

– А по чужим?

– Эта версия сейчас проверяется. Видеозаписи аэропортов и вокзалов, откуда они могли бы улететь за границу, сейчас анализируются. Но пока толку нету.

– А эти девчонки, которые пропали вместе с ними?

– Они мертвы.

– Уверены?

– Так мне сообщили мои друзья из полиции.

Подруги переглянулись между собой. Похоже, зря Тихомиров воображает себя таким великим стратегом. У него в штабе завелась «крыса», вражеский лазутчик или просто переметчик, который стучит почем зря Ганнибалу о том, что происходит в отделе.

– Девчонки мертвы. Парни пропали. Вам надо объяснять, что все это значит?

– Нас кинули на деньги.

– Нет, мой дорогой, не просто на деньги, а на очень и очень большие деньги. Огромные! Чудовищные! Никто из вас не хочет потерять их. И кроме того, что страшней даже потери денег – это потеря вашей репутации! О вас станут говорить, что вы состарились, что вы потеряли зубы. Что какие-то мальчишки могут запросто обвести вас вокруг пальца, выманить у вас огромную сумму, а потом сбежать с ней.

– Мои люди их ищут, – угрюмо пообещал Ганнибал. – И они их найдут.

– А если нет?

– Если не найдут, за мальчишек ответят их близкие.

– Собираетесь устроить маленькую вендетту? – усмехнулся второй голос. – Но это может привести к очень серьезным последствиям.

– Зато моя репутация будет восстановлена.

– И когда вы планируете… нанести свой удар?

– Об этом я еще не думал.

– Но вы хотя бы осознаете всю серьезность своего начинания?

– Да.

– Вы помните, кто отец мальчишек?

– Не хуже вас.

– А его дяди? Между прочим, их пятеро.

– Мне плевать!

– И у каждого по несколько сыновей. Это получается уже целая армия. Справитесь?

– Справлюсь! – сердито произнес Ганнибал. – И не таких обламывали. Но если они хотят решить дело миром, я не против переговоров.

– Хорошо, я готов выступить парламентером.

– Сам хотел вас просить о том же.

– Что им передать?

– Так прямо и передайте! Меня устроит денежная компенсация в десятикратном размере понесенного мной ущерба, их личные извинения и клятва, что мальчишки будут наказаны ими.

– Немного же вы хотите.

В голосе собеседника послышалась насмешливая интонация, которая вновь показалась Инге отчего-то знакомой. Но Ганнибал не дал ей сосредоточиться на своих мыслях, потому что громко рявкнул:

– Мне плевать! Если мои условия не будут выполнены, я отомщу им по-своему! А вы меня знаете, я шутить с ними не собираюсь. Пусть даже они мне и родня, но деньги мне роднее!

– Хорошо, я все передам.

Теперь голос второго собеседника звучал совсем глухо, едва можно было разобрать, что он говорит. Затем где-то хлопнула дверь. И на мгновение воцарилась тишина, прерываемая только сердитыми возгласами Ганнибала. Но ругался он на непонятном подругам языке, так что о смысле его высказываний им оставалось только догадываться.

И это был еще далеко не конец. Внезапно раздались шаги, как показалось подругам, совсем рядом. А затем дверь задергалась прямо у них под руками. Распаленный разговором Ганнибал стремился войти внутрь туалетной комнаты, должно быть, чтобы немного охладиться.

– Как быть?