Дом на берегу ночи - Анна Данилова

— У тебя Стас — золото, береги его! — говорила Катя, радуясь тому, что жизнь Зои наконец-то устроилась.

…Она закрыла за Стасом дверь и вернулась к гостям.

— А сейчас горячее! — сказала она, и Катя бросилась на кухню помогать ей носить тарелки с жарким.

— Смотри, что мне подарил Стас! — Зоя показала ей перстень.

— Вот это да… красота какая! Изумруды! Очень красиво! Зойка, как же я за тебя рада!

— Ну, а ты-то как?

— У меня все в порядке! Кредит решили не брать, постепенно закуплю новые кресла, инструменты… Не хочу снова попасть в кабалу, своими силами выкрутимся.

— Как с клиентами?

— Тоже все хорошо. Так что, когда надумаешь вернуться…

— Нет, Катя… У меня теперь проблем с деньгами нет, сама знаешь. Ой, Катя, я же приготовила тебе подарок! Подожди минутку!

Зоя принесла большой пакет, открыв который, Катя увидела красное, очень красивое стеганое одеяло.

— Это покрывало. Видишь, какое толстое… Это тебе, подружка!

— Но я не могу его принять, это очень дорогой подарок…

— От души, Катя, — сказала она и вдруг тихо произнесла: — Я видела его.

Катя, понимая, о ком идет речь, даже присела на табурет.

— Где?

— В ресторане. Стаса пригласили на презентацию, он не хотел идти, но сказали — надо, его шеф приезжал из Москвы… Но не в том дело… Презентация была в ресторане, сначала все говорили, потом пили-ели, ну а затем стали танцевать… Я не танцевала, сидела за столиком, Стас неподалеку разговаривал с одним художником… И вдруг смотрю — Павел. Он как будто даже выше ростом стал, располнел, ну просто медведь.

— И что? Что ты испытала, когда его увидела?

— Мне захотелось залезть под стол, чтобы он меня не увидел.

— А как ты выглядела? Что на тебе было надето?

— Зеленое платье облегающее, сережки с изумрудами… Ты думаешь, почему Стас подарил мне этот перстень? Ну, чтобы было что-то вроде комплекта… Перстень идеально подходит к сережкам, я тебе потом покажу…

— Ну и?.. Он увидел тебя?

— Не сразу… Он напился, танцевал с какой-то женщиной, потом она ушла, и я ее больше не видела. А он сел за свой столик, прямо рядом с нашим, представляешь? Сидит, ест, вернее, жрет… Как свинья…Я смотрю на него и думаю, и что я в нем тогда нашла? В кого влюбилась? И что это вообще было? И вдруг он поворачивает голову и смотрит на меня, в упор. Потом так же, не сводя с меня взгляда, придвигает свой стул ко мне, садится и говорит… Боже, Катя… Ты не поверишь… Он предложил мне… В самой грубой форме, какую только можно представить!

— В смысле?

— Сначала он спросил, как меня зовут, и я ответила ему, ну, ты знаешь, как я обычно отвечаю мужикам — Эсмеральда.

— Ну вот что, Эсмеральда… Короче, он пригласил меня в туалет, сделаем это там по-быстрому… Он такие глаголы использовал, Катя…

— Так что, он не узнал тебя?

— Нет. Не узнал.

— А ты еще хотела встретиться с ним и сказать, что у него растет сын…

— Да это я сказала однажды, настроение такое было… Боже упаси!

— Что было потом?

— Послала его матом и пригрозила, что позову охрану. Он встал, грязно выругался и ушел, подцепил какую-то зрелую даму… Скотина.

— Да уж… Надо же, не узнал! Всего-то пять лет прошло, и ты мало изменилась, разве что расцвела, похорошела…

— Знаешь, Катя, у меня прямо руки чесались, так хотелось его ударить… Любовь… Я уже и не знаю, что это такое. Да и не было никакой любви, так… одиночество, вызванное проблемами в наших отношениях со Стасом, каким-то непониманием, что ли… Хотелось внимания, ласки. И все это я с избытком получала от Павла. Наши свидания с ним были такими бурными, страстными… Сейчас-то я понимаю, что эти ощущения были вызваны еще и новизной… Сейчас мне даже стыдно признаться в том, что я была одержима сексом, была как голодная в кондитерской… Скажи, Катя, а у тебя такое бывало?

— Да, было когда-то, но это до моего замужества… Вот уже много лет я живу спокойно, может, и скучновато, но зато в любви, уважении, понимаешь? А это для меня куда важнее страсти, секса…

— А ведь я могла потерять Стаса, — сказала Зоя. — Если бы Павел тогда, в тот вечер, когда я его так ждала, пришел, предположим, с цветами, наобещал бы мне золотые горы, я бы в очередной раз растаяла… Я на следующий день точно поехала бы к Стасу и во всем ему призналась.

— Я знаю. Ты настроена была очень решительно. Хотя я намекала тебе, что раз уж ты так влюбилась, раз чувствуешь, что потеряла голову, сохрани рядом с собой двух мужчин… Так, на всякий случай, пока все не прояснится. Ну да ладно! — всплеснула руками Катя. Она была в элегантном розовом платье, с ниткой жемчуга на шее. Красивая, нежная и такая близкая, своя.

— Катя, как же хорошо, что ты у меня есть! — В порыве благодарных чувств Зоя обняла подругу. — Знаешь, все хотела тебе рассказать… Посоветоваться…

И как раз в эту минуту, словно нарочно поджидая под дверью самого важного момента, появился муж Кати Альберт, Алик, как его все называли. Высокий, суховатый брюнет с седыми висками и поблескивающими на носу безоправными очками, в черных джинсах и голубом пуловере.

— Я не вовремя? — Он склонил голову набок и поджал губы, как бы извиняясь за свой приход. — Просто я подумал, что уже все собираются расходиться… Да и дети устали… Мариночка наша сегодня полторта съела, и сейчас сидит, бедолажка, пирожное уминает… Дома-то ребенка не кормят…

Он улыбнулся, и Катя, пожав плечами, извиняясь перед Зоей, поспешила к дочери.

— Зоя, все было прекрасно, — сказал Алик. — Вы устроили праздник не только для детей, но и для нас, взрослых. Приходите к нам в субботу, если у Стаса не получится, то с Максом приходите. Я тоже умею печь торт, называется «Птичье молоко». Мариночка будет очень рада…

Все ушли, Зоя уложила Макса спать, перемыла посуду, приняла душ и прилегла на диване в гостиной.

В голове, перебивая еще не растворившийся в сознании шум и голоса гостей, звучал больным нервом один голос, отравлявший все вокруг и не дающий ей покоя. «Пойдем перепихнемся», так можно перевести ту грубую пьяную фразу, которую перегарно надышал ей в ухо изменившийся до неузнаваемости Павел. Он что же, принял ее за шлюху? Она в тот вечер надела свое любимое платье, свои лучшие драгоценности, сделала прическу, и все это для того, чтобы какой-то пьяный хам, к тому же ее бывший любовник, даже не узнавший ее, предложил ей в наигрубейшей форме секс в туалете?

Зоя решительно поднялась с дивана, зашла в ванную комнату, открыла под ванной дверцу шкафчика, в котором хранила гигиенические средства, и извлекла оттуда пластиковый пакет. То, что лежало внутри, легко можно было принять за половую тряпку. На самом деле это была мужская рубашка в голубую полоску с бурыми потеками. Чья это кровь? Что она может сделать с этой рубашкой? Как отомстить этому животному за свои слезы, стыд и унижение?