Гарем для дракона - Марина Серова

– Я работала с очень современными пылесосами, – заверила я ее.

– Хорошо. Приходить будешь к девяти. Рабочий день – до пяти, ну, там плюс-минус… Короче, пока не закончишь. Твоя ставка – тысяча в день, согласна?

Я кивнула.

– Два выходных… ну, и праздники, само собой… Так, что еще? А! У меня есть свободная комната, прежняя горничная жила там. Ты как будешь сюда добираться? Может, хочешь жить у меня?

– Нет, нет, – запротестовала я. – Я замужем, муж будет против.

– Это хорошо, что замужем, – значит, баба ты серьезная.

Эмма Павловна кряхтя встала. Я тоже моментально вскочила со своего краешка.

– Что ж, пойдем осматривать дом.

Мы вышли из комнаты.

– И учти: я очень требовательная! Пыль и грязь не терплю! – по дороге стращала меня дамочка. – Найду косяки – оштрафую! Пальм у меня много, целых двенадцать по всему дому, с них надо периодически смывать пыль… Ну, я тебе потом покажу, как это делается. Так, что еще? Окна будешь мыть раз в месяц, начиная с апреля. До тебя тут одна свинья работала, так она их недавно мыла…

– Простите, а почему ушла ваша прежняя горничная? – осмелилась я задать вопрос.

Мы в это время закончили осмотр холла, стали подниматься по лестнице наверх.

– Потому что нос свой совала, куда собака гадить не ходит! – с чувством выдала моя работодательница. – Так что ты работай себе скромненько и старайся ничего не замечать вокруг, поняла?

Я посмотрела в глаза женщине. Она тоже смотрела в мои, и я чувствовала в ней скрытую угрозу. Я с готовностью кивнула, Эмма Павловна выдержала паузу, после чего мы возобновили нашу ознакомительную экскурсию по дому. Надо отдать хозяйке должное: он был добротным, построенным где-то даже со вкусом. Отделка самая современная, как сейчас принято говорить, евроремонт. В оформлении комнат поучаствовал опытный дизайнер, не иначе: все они были обставлены по последнему слову интерьерной моды.

Эмма Павловна показывала мне комнаты, санузлы, душевые, прачечную, кухню, две шикарные гостиные, а я с самым деловым видом все это осматривала, кивала, как китайский болванчик, и думала о том, что, пожалуй, мне надо поторопиться с раскрытием этого преступления, потому что мыть полы, пылесосить ковры и вытирать пыль на мебели – не самое любимое из моих занятий. Даже за хорошие деньги. Однако, стоп. Что там советовали мне кости? «Не следует слишком рваться вперед»? Может, и не следует, но и застревать в доме Эммы Павловны не входило в мои планы.

Последним, что показала мне хозяйка, была кладовка, в которой хранились пылесос, ведра, швабра, щетки, тазики и всевозможные тряпочки. На полочках аккуратно стояли чистящие и моющие средства, пакеты с резиновыми перчатками. Именно этим я должна была пользоваться во время уборки. Меня даже передернуло. Чего только люди не придумают, чтобы превратить простую уборку дома в долгое и утомительное занятие! Но при Эмме Павловне я, разумеется, и виду не показала, что мне все это претит. Я рассмотрела весь арсенал уборщицы с самым серьезным и заинтересованным видом.

– Ну, и как тебе? – вопрошала между тем дамочка.

– Впечатляет, – кивнула я. – Вы, я вижу, не скупитесь на средства для уборки.

– Я же тебе сказала: я люблю чистоту, – напомнила она. – И не вздумай воровать у меня мыло и отливать в пузыречки шампуни!

Дамочка рявкнула так, что я даже вздрогнула от неожиданности. Я посмотрела на женщину удивленно и смиренно. Она воткнула свои полные руки в крутые бока и ехидно сузила глаза.

– Нечего мне тут невинность разыгрывать! Я прекрасно знаю, что некоторые горничные приносят с собой из дома маленькие пузырьки из-под лекарств, а потом отливают в них жидкое мыло, шампунь или средства для посуды. Я таких сама ловила, вот этими вот руками! Так что, Валя, давай договоримся так: ты работаешь у меня добросовестно и честно, иначе…

Женщина многозначительно помолчала, так что мне самой предстояло догадаться, что будет, если меня поймают на воровстве.

– И еще, чтобы ты знала: в доме в некоторых местах стоят камеры.

– Какие камеры? – Я удивленно похлопала ресницами.

– Камеры слежения.

– А-а… Ну да, это правильно, это вы хорошо придумали. Я таких штук не боюсь, я сюда работать пришла, а не воровать! – с пафосом выдала я.

Эмма Павловна усмехнулась:

– Посмотрим…

Мы спустились по лестнице вниз в холл.

– Ну, как? Тебя все устраивает? – спросила хозяйка.

– Все, – кивнула я.

– Тогда, значит, завтра прямо с утра приступай к работе. Как будешь сюда добираться?

– У меня есть машина, – бодро пропищала я, – правда, старенькая, но, главное, на ходу. Так что я – без опозданий!

– Лады. Я завтра рано уеду, часов в восемь, у меня дела. В доме будет повариха Галя, она тебе откроет калитку. Сами познакомитесь. Из жрачки ничего с собой не бери, Галька готовит нормально, она тебя покормит. Так, кажется, я обо всем рассказала… Если какие вопросы появятся, к поварихе обращайся, она в курсе всего…

Женщина на секунду задумалась и тут же, немного понизив голос, выдала:

– Да, вот еще что: в доме есть подвал, так ты туда не ходи. Там нечего убирать, там, собственно, ничего и нет. Мы там сами наводим порядок… время от времени. Поняла?

Я кивнула в очередной – сто сорок девятый – раз…

На другой день с утра пораньше я отправилась в пункт проката авто. Выбрала себе старенькую миниатюрную «Оку» и уже на ней поехала в коттедж. Калитку мне действительно открыла повариха Галя. Это была женщина лет под сорок, высокая, худощавая, с рыжими волосами, забранными под белоснежную косынку. У Гали были зеленые глаза, остренький носик и тонкие губы, сложенные в ехидную ухмылку. Хотя, если приглядеться, в ее лице было и что-то приятное: например белая кожа, нежный румянец на щеках, правда, кое-где у нее появились и морщинки. На женщине было розовое(!) платье и белый в мелкий цветочек фартук. Она стояла в холле, сложив на груди руки, и бесцеремонно рассматривала меня, совсем как Эмма Павловна вчера. Удовлетворив свое любопытство, повариха вместо приветствия выдала с усмешкой в голосе:

– Так, значит, ты у нас – новая горничная?! Ну-ну!

После чего развернулась и пошла вверх по лестнице, очевидно, к себе на кухню. Что означало это «ну-ну!», мне оставалось лишь догадываться.

Я переобулась, разделась и отправилась следом за ней.

Владения Гали располагались на втором этаже, я же начала уборку с третьего. Я заходила в каждую комнату, вытирала с мебели и подоконников пыль, потом мыла пол, пылесосила ковер, если таковой имелся, и шла в следующую комнату. Закончив работу на третьем этаже, я спустилась на второй. Убирая комнату за комнатой, я исподтишка осматривала их, пытаясь понять, где здесь установлены камеры, однако ни одной так и не заметила. Может, они совсем крохотные, эти камеры? Наконец, я закончила уборку второго этажа, сменила воду в ведре и спустилась на первый. Где тут у нас кухня? Я толкнула застекленную матовым стеклом дверь и застыла на пороге с ведром в руках. Галя стояла у плиты и помешивала половником в огромной кастрюле. Рядом на сковороде что-то шипело, вкусно пахло гороховым супом с копченой свининой и котлетами. При моем появлении повариха повернулась и, как мне показалось, недовольно посмотрела на меня.