Рассказы - Роберт Альберт Блох

Она пожимает плечами. Но я кланяюсь, беру лампу и ухожу. Когда я выхожу, я замечаю, что два придурка у бара все еще смотрят на меня. Один толкает другого и указывает на лампу Аладдина. Однако я не обращаю на них внимания. У меня на уме совсем другое. Это действительно мой шанс доказать, на что способен Джинн. Поэтому я действую очень осторожно. Я прохожу мимо раздевалки ночного клуба, пока не оказываюсь в пустом кабинете управляющего. Я проскальзываю внутрь и закрываю дверь. Потом опускаюсь на колени и зажигаю лампу.

— Джинн, — шепчу я, — делай свое дело!

Через пять минут я возвращаюсь к столу. Блондинка все еще сидит там. Когда я похлопываю ее по плечу, она ухмыляется.

— Пойдем со мной, — говорю ей. — Я покажу тебе настоящее богатство.

— Я не хочу сейчас смотреть ни на какие гравюры, — фыркает она. — Или татуировки.

— Все в рамках приличий, — настаиваю я. — Сюда, пожалуйста.

Я веду ее к двери кабинета директора. Потом останавливаюсь и загадочно смотрю.

— За этой дверью, — говорю я ей, — самая драгоценная коллекция в мире. Представь себе самые бесценные сокровища.

Теперь ей действительно интересно.

— Золото? — пищит она.

Я качаю головой.

— Бриллианты?

Снова нет.

— Ну… Радий? Платина?

— Чтобы в это поверить, надо видеть, — говорю я. И проталкиваю ее в дверной проем. Она смотрит и просто стоит.

— Не могу поверить! — кричит она. Я держу ее, чтобы она не упала в обморок.

— Резиновые шины! — шепчет она. — Кучи резиновых шин, новых! И холодильник!

— Все мое, — ухмыляюсь я. — Теперь ты веришь, что я богат?

Она просто в оцепенении. Я очень горжусь результатом. Мой Джинн заполнил офис менеджера всеми этими вещами, сработав на этот раз просто образцово. Теперь, кажется, я знаю, какая у меня будет карьера. Но потом я замечаю, что блондинка-помидор смотрит на меня очень смешно.

— В чем дело, дорогуша? — спрашиваю я. — Ты не хочешь пойти со мной?

Она отступает с легкой дрожью.

— Я знаю, кем ты должен быть! — кричит она. — Контрабандист! Вот откуда здесь все эти вещи! Ты контрабандист, мошенник. Помогите!

Последнее замечание адресовано не мне, а всему ночному клубу в конце коридора. Я захлопываю дверь и запираюсь. Я вдруг понимаю, что совершаю настоящую ошибку, когда Джинн приносит мне много нелегального товара. Поэтому я торопливо зажигаю лампу. Они стучат в дверь снаружи, когда я призываю Джинна в комнату от дыма лампы.

— Избавься от всего этого, — приказываю я.

Он кружится вокруг, сгребая все прекрасные вещи, и исчезает. Я тушу лампу, поворачиваюсь к окну и исчезаю, прежде чем они успевают открыть дверь. Я спрыгиваю на улицу, чтобы подышать свежим воздухом.

Пока я там стою, к тротуару подъезжает большой лимузин. Это великолепная машина, очень дорогая. Лимузин паркуется, и распахивается дверь. Я моргаю, потому что не заказывал машину у Джинна. Тогда все объясняется. Пара амбалов высовывают свои головы и приветствуют меня. Тут я узнаю в них своих старых приятелей.

— Здравствуй, Левша! — кричат они, приветствуя меня.

— Да это же Мертон и Альберт, — отвечаю я.

Так оно и есть. Их зовут Наемник Мертон и Скупой Альберт потому, что они очень нежны, когда дело доходит до денег, и, как известно, всю ночь сидят с пятицентовиком в руках. Обычно я не имею ничего общего с этими ребятами из-за их убогих и алчных замашек. Но теперь я немного заинтригован, потому что они кричат мне из лимузина.

— Занялся нашим промыслом, Левша?

Я качаю головой, потому что еще не попал в ад.

— Мы хотим поговорить, — говорит Мертон.

— Да, — вмешивается Альберт. — У нас есть деловое предложение.

— Я похожа на Болтуна Гориллу? — спрашиваю я. — Потому что любой ваш бизнес должен быть денежным.

Наемник Мертон и алчный Альберт смеются от души и весело улыбаются мне.

— Старый добрый Фип, — хрипит Мертон. — Всегда с сюрпризом.

— Кстати, о картах, — отвечаю я. — что у тебя в рукаве?

— Отличная идея, — настаивает он. — Пойдем в наш пентхаус, и мы все обсудим.

— Там миллионы, — вмешивается Алчный Альберт. — Определенно миллионы. Фип, как насчет миллиона долларов?

— В десятицентовиках и четвертаках, пожалуйста, — отвечаю я. — Я люблю играть в игровые автоматы.

— На деньги, которые мы заработаем, ты сможешь владеть игровыми автоматами, — уверяет меня Альберт. — Давай, запрыгивай, и мы поднимемся в пентхаус.

Поэтому я крепко хватаю лампу и сажусь в большую машину. Мы скользим вперед, и я замечаю, что Альберт и Мертон пристально смотрят на лампу у меня под мышкой.

— Что у тебя там? — спрашивает Альберт.

— Антиквариат, — отвечаю я.

— Как раз то, что мне нужно, — говорит он. — Фип, оказывается, я без ума от антиквариата. Никогда не знаешь этого наверняка.

— Конечно, вижу, — отвечаю я. — Я вижу некоторых дам, за которыми ты бегаешь.

Это сигнал к еще большему хохоту. Можно подумать, что я комик с радио, так они реагируют на мои реплики.

— Серьезно, — продолжает Альберт, — Я хотел бы иметь твою лампу. Как насчет сделки?

— Не продается, — бормочу я.

Мертон тычет Альберта, и тот замолкает. Затем машина толкается в бордюр и останавливается.

— Вот мы и приехали, — говорит Мертон. — Сюда, пожалуйста.

Мы проходим через шикарный вестибюль в большой отель. Мертон и Альберт ведут меня к лифту, и мы поднимаемся на двадцать девятый этаж. Альберт отпирает дверь, и я вхожу в настоящий пентхаус.

— Припаркуйся здесь, — говорит Мертон, указывая на роскошный, но плюшевый диван. Я сажусь, Мертон и Альберт усаживаются напротив, уставившись на меня. Мертон не сводит с меня глаз, а Альберт — с лампы. Я обращаюсь к нему.

— Ну, приятель, в чем дело?

Альберт прочищает горло с таким звуком, что его кадык дрожит.

— Фип, — начинает он, — мы хотели бы вступить с тобой в партнерство. Хотел бы остаться здесь с нами — жить в этом прекрасном пентхаусе, водить наш большой лимузин? — улыбается он. — Не говоря уже о некотором заработке?

— Да, — подхватывает Мертон. — Ты нам нравишься, Фип. Мы хотим, чтобы ты был успешным. Мы считаем, что из нас получится отличная команда.

— Из вас, ребята, не получится отличная команда и для мусоровоза, — цинично отвечаю я. — Перестаньте пускать пузыри, и давайте перейдем к делу. Чего вы, два канюка, хотите?

Альберт перестает улыбаться.

— Фип, — рычит он, — у тебя есть лампа. Очень необычная лампа. Мы могли бы использовать эту лампу для взаимной выгоды.

— О чем ты говоришь?

— Ты знаешь, о чем я