Забава королей - Чингиз Абдуллаев

Дверь медленно открылась, и в комнату вошел Энцо Бинколетто. Он посмотрел сначала на лежавшего Антона, затем медленно перевел взгляд на Дронго.

– Это были вы? – изумленно спросил он. – Это вы убили сначала Стивена, потом застрелили Ишлинского, а теперь зарезали и этого несчастного парня? Как я сразу не догадался, что только вы могли быть таким хладнокровным и спокойным убийцей! Учитывая вашу профессию… Но зачем? Что они вам сделали?

– Вы знаете меня уже несколько лет, – поморщился Дронго. – Неужели вы можете подумать, что я способен на подобные зверства? Но самый главный вопрос вы сформулировали абсолютно правильно – зачем? Я впервые в жизни увидел этого молодого парня только в Сан-Сити. И он не сделал мне ничего плохого. Зачем я должен был его убивать? Вы случайно не знаете?

– А зачем убили Стивена? Или кто застрелил Артура Ишлинского? – нервно спросил Бинколетто и снова посмотрел на убитого. – Я уже не знаю, кому верить. Честное слово, не знаю! Пять минут назад я готов был поручиться за вас в любом суде. А теперь…

– У меня есть алиби. Заметно, что кровь, впитавшаяся в подушку, уже начала высыхать. Значит, его убили минут двадцать или тридцать назад, никак не раньше. А я в это время разговаривал в своей комнате с вашей помощницей, Джиной Ролланди. И никак не мог быть одновременно в двух комнатах.

– Надеюсь, что с ней все в порядке? – печально спросил Энцо.

– Она сидит на стуле в моей комнате, – пояснил Дронго, – которая расположена как раз рядом с этой. Зайдите туда – и все узнаете сами.

Бинколетто еще минуту постоял, глядя на несчастного молодого человека, затем повернулся, сделал несколько шагов по направлению к комнате Дронго и постучался. Эксперт вышел следом за ним, стоя в коридоре. Энцо постучал еще раз и осторожно открыл дверь. Взглянул в комнату. Затем так же осторожно закрыл дверь и посмотрел печальными глазами на Дронго.

– Ее вы тоже убили, – сказал он. – Я просто не знаю, что мне сейчас делать…

– Как это убили?! – не поверил Дронго.

Он шагнул к дверям, раскрывая их и входя в комнату. На кровати, прямо в одежде, лежала Джина. Очевидно, тяготы и бессонница прошедшей ночи все-таки сказались на ее организме. Она просто провалилась в сон. Было слышно ее мирное посапывание. Дронго поманил Бинколетто.

– Она просто устала и спит, – показал он.

– Слава богу, – вырвалось у Энцо, – а я уже испугался…

Дронго осторожно вышел, закрывая за собой дверь, и взглянул на хозяина дома.

– Закроем комнату переводчика и до приезда следователя из Найроби ничего и никому не скажем, – предложил он. – Пусть убийца нервничает, пытается понять, что именно произошло, – и, возможно, этим выдаст себя.

– Почему вы оказались в его комнате? – шепотом спросил Бинколетто.

– Сегодня Мбага сказал мне, что, кроме нас, охотников, которые отстреливали львов, был еще человек, который подходил к нам во время охоты. Я не придал его словам значения. А потом поднялся и переговорил с Джиной. Она сообщила мне, что когда мы втроем уехали на машине к охотникам, Антон взял ружье и отправился следом за нами. Если помните, то между нами было совсем небольшое расстояние, и он, очевидно, прошел его пешком. Потом появилась львица, раздались выстрелы, и был убит Артур Ишлинский. Я подумал, что стрелять мог Вермишев.

– Почему? Что он хотел?

– Сам не понимаю. Но, возможно, Антон, наоборот, хотел помочь. Примерно полчаса назад он сказал мне, что хочет со мной переговорить. Сразу после того, как все узнали о том, что я эксперт по расследованию тяжких преступлений…

– И поэтому его убили? – спросил несчастный Бинколетто. – Очевидно, да. Тогда убийца – кто-то из наших. Неужели такое может быть?

– Даже не сомневайтесь. Я не уверен насчет Стивена, но Ишлинского застрелил тот самый человек, который сейчас перерезал горло Вермишеву.

– Какая трагедия! Если бы я только знал, то никогда бы их сюда не пригласил, – почти простонал Энцо. – И кто мог это сделать?

– Не знаю. Пока не знаю.

– Но это мог быть только мужчина…

– Не уверен. Стрелять могла и женщина. Это совсем несложно.

– Но молодого человека зарезали, – напомнил Энцо.

– Именно поэтому я ни в чем не уверен, – пояснил Дронго. – Если бы мужчина вошел в комнату переводчика, тот обязательно поднялся бы. А значит, его нельзя было убить в подобной позе. Если это была женщина, то Вермишев остался бы лежать, и, возможно, тогда у нее был бы шанс усыпить его бдительность и перерезать горло. Ведь следов крови в других местах мы не нашли.

– Верно, – сразу согласился Бинколетто. – Значит, теперь мы точно знаем, что убийцей была женщина. Вчера с нами на охоте в тот момент была только Евгения Кнаус. Значит, это она?

– Я уже вам сказал, что пока ни в чем не уверен. Я только предполагаю, что подобный вариант не исключен. Хотя, конечно, в первую очередь нужно подозревать кого-то из этой компании, прибывшей сюда из Москвы.

– Среди подозреваемых осталось только двое мужчин и две женщины, – напомнил Бинколетто. – Кого из них вы подозреваете? Один является крупнейшим банкиром, другой – заместителем руководителя федерального агентства, высокопоставленным чиновником. Да и женщины там тоже не совсем обычные. Евгения – известный журналист и телеведущая, а Ядрышкина – не менее известная модель. Кому и зачем понадобились такие страшные убийства в моем доме?

– Если бы я знал, мы бы сейчас надели на него наручники или хотя бы связали этого мерзавца, – признался Дронго.

– Русские отпадают, – сказал ему Энцо, – они не были с нами в Кейптауне, где убили Фостера. Значит, кто-то из нас. С нами были только вы, Поль Бретти и Альберто. Тогда получается, что убийца – кто-то из вас троих. А я знаю всех уже не один год и не могу в это поверить. Даже собственным глазам не поверил, когда застал вас в комнате с убитым.