Девушка раздора - Владимир Григорьевич Колычев

Микула встречался с Казначеем, сказал, что принято решение взять их в дело и оставить стволы, полученные от Грамотея. В общем, Казначей уши развесил, а Микула накидал на них лапши. Месяц почти прошел, а воз и ныне там. Не нужен Казначей Старшине, ни разу к нему за помощью не обратились. А брошенные бабы умеют мстить, уж кто-кто, а Микула это знает.

— Давай, бери людей и поезжай в Заварск!

— Кишку брать? — усмехнулся Микула.

— Какую еще кишку?

— Прямую!

Старшина с досадой цокнул языком. Поторопился он сдать ему Прямого, но что сделано, то сделано.

— Прямого мне оставь!

— Колбасу из него сделай!.. Или хочешь, я?

— Для колбасы мясо нужно, — качнул головой Старшина. — Постарайся не попасть в мясорубку.

Микула кивнул. Если Казначей вышел на тропу войны, держаться с ним нужно очень осторожно. Но, возможно, все не так уж и страшно. Микула помнил, как вешал лапшу на уши заварским, Остапом Бендером себя чувствовал, а напился, как Киса Воробьянинов. И проговорился, что за Микулу нужно спросить. Возможно, Казначей, как та невеста, ждал, ждал жениха, а потом сам к нему отправился. А голову Соломона прихватил с собой в качестве приданого… Но зачем тогда Казначей расстрелял Таракана?…

* * *

Чтобы давить волков, нужно быть волкодавом. Майор Березаев примерно так и выглядел. Рослый, мощный, черты лица грубые, но при этом в них чувствовалась порода. И контору он представлял солидную. Для своих РУОП звучит гордо, для чужих — страшно.

— И там белая «семерка», и там. Что ты на это скажешь, капитан?

И голос у него грубый, но при этом глубокий, звучание не то чтобы приятное, но слух не резало.

— А номера?

— Ну, вчерашний номер установили, машину, правда, не нашли.

— Хорошо, если это одна и та же машина, — кивнул Степан.

— В угоне машина, у гражданина Елисейцева похитили. Из Троицка.

— Кто похитил?… Сначала битовского порешили, затем сразу же таманского. Кому это нужно?

— Вот я и спрашиваю, что это за карамболь такой?

— Битовский Соломон унизил таманского Грамотея, прошел месяц, таманские спросили с Соломона, а битовские им ответили.

— На следующий день?

— А чего тянуть? Первого попавшегося и пристрелили.

Степан даже не спрашивал себя, как Сафрон узнал о патронах из Коврова, сейчас это не главное. Но заняться проблемами с утечкой информации нужно всерьез, не дело это, работать под стрелой, когда кран груз не держит.

— Первого же попавшегося, — кивнув, согласился Березаев.

— Сафрон.

— Непростой малый. Далеко пойдет. Если не остановят.

— Таракана кто угодно мог убить, — в раздумье проговорил Степан. — А таманские должны узнать, что это сделали битовские. В ответ за Соломона. Я бы на месте Сафрона посадил бы киллеров в белую «семерку».

— Ну да, чтобы таманские сразу все поняли… Если так, то это разные машины.

— В том-то и дело.

— Тогда никакой загадки! — Березаев разочарованно цокнул языком.

— Тогда никакого карамболя, — усмехнулся Степан. — А загадку дальше разгадывать. Кто конкретно убил Соломона, кто конкретно — Таракана.

— Да уж.

— Если вдруг что-то узнаю, непременно сообщу.

Березаев в знак одобрения кивнул. Именно такой реакции он от Степана и ожидал. Имелись у битовского уголовного розыска свои люди в окружении Сафрона, возможно, кто-то что-то знает. Сам Степан тревожить их не будет, но, возможно, кто-то сам по своей инициативе выйдет на контакт. Что вряд ли…

На столе зазвонил телефон, Круча взял трубку и услышал голос Лозового.

— Товарищ капитан, если есть минуточка!..

— Если только минуточка! — сказал Степан.

— Убийство у нас, если интересно. Микулина убили.

— Микулина?!

— Расстреляли. В машине. Четыре трупа… В Москву ехали, отлить остановились, их за этим делом и положили. Не думаю, что это общество по борьбе за чистоту природы.

— Это общество по борьбе за грязные деньги.

— Это вы про Казначея?

— Может быть.

— Ну все, минуточка истекла!..

Похоже, Лозовой шутил, интригуя Степана и набивая себе цену.

— Спасибо, лейтенант!

Но Круча и не думал умолять его о пощаде, требуя продолжения разговора. Он положил трубку и сурово посмотрел на Березаева.

— Все-таки карамболь!.. — сказал он. — Таманские, битовские и заварские.

— Это которые Грамотея убили?

— А сегодня только что убили таманского Микулу. Машину обстреляли, четверых убили.

— Да уж, закрутилось так закрутилось!

— Заварские убили Грамотея, но таманские их за это не тронули… Может, они отступной им предложили? Спросить за Грамотея? — предположил Степан.

— Они согласились и убили Соломона, — кивнул Березаев, развивая мысль.

— Тут одна очень интересная деталь, в рапорте я, кстати, отразил, — на всякий случай уточнил Круча. — Заварские получили от Грамотея целый арсенал. Возможно, стволы из той похищенной в Коврове партии.

— Гм!

— Заварские завалили Соломона, Сафрон подумал на таманских, убил Таракана… А таманские могли подумать, что Таракана положили заварские, Микула отправился выяснять, может, поговорили на повышенных тонах?… Разбираться надо. В Заварск ехать.

— Едем! — поднимаясь, кивнул Березаев.

Он взял с собой своего опера, Степан прихватил Комова и Кулика. В Заварск отправились на двух машинах.

Дорога не отняла много времени, место преступления искать не пришлось, изрешеченный пулями «Мерседес» стоял на обочине перед самым въездом в город. Стоял в сторону Москвы. Стекла выбиты, кузов продырявлен, стреляли из автомата, огонь вели плотный. Трупы уже увезли, следственно-оперативная группа закончила работу, следователь и эксперты уехали, но пост охраны еще не сняли, пестрая лента трепыхалась на ветру.

Степан очень хотел поговорить с Казначеем, но понимал, что арестовать его будет непросто. Этого отморозка мало найти, его еще нужно взять, как бы на автоматную очередь не нарваться. Березаев обещал группу СОБРа, но с этим вопросом нужно было определяться на месте. Выяснять, где, что, звонить в Москву, вызывать, ждать. А рабочий день уже на исходе.

Лозового нашли в районном отделе, он спокойно сидел в своем кабинете и что-то заполнял, заглядывая в развернутый перед ним паспорт.

— Работаем? — с ухмылкой спросил Комов, по-дружески, но с умыслом хлопнув парня по плечу. Дескать, бандитов ловить надо, а Лозовой с бумажками возится.

— Работаем! — Лейтенант поднялся, пожал протянутую руку.

И Степан поздоровался с ним, а Березаев нет. Руоповцы прямым ходом отправились к начальнику отдела.

— И как успехи? — не унимался Комов.

— Пока никаких.

— Это ты по убийству Микулина? — спросил Степан.

— В частности.

— Кого подозреваешь?

— Казначея.

— Брать его надо.

— Надо.

— Ты с нами?

— Куда с вами?

— Казначея брать! — улыбнулся Комов.

— Зачем?

— Как это зачем?

— Взял я его уже, — с усмешкой глянув на Федота, все так же спокойно сказал Лозовой.

— Взял?! Ты?!

— Ну, не я один… Или вы думаете, что круче вас