Снежный блюз - Керри Гринвуд

Фрина налила себе чаю, который, она, как ей казалось, заслужила.

Сес взглянул на Берта. От уставился в землю и долго молчал. Дот подлила ему чаю. Берт глядел вглубь дымящейся чашки, переживая мучительную внутреннюю борьбу между коммунистическими принципами и инстинктом самосохранения.

– Ладно, – пробормотал он. – Мы с Сесом в деле.

– Хорошо. Встретимся в полночь на том же месте, что и сегодня. А теперь вернемся к другому делу. Я решила, что лучше звонить с футскрейcкой[41]почты, там автоматическое соединение и не придется объяснять оператору, кому и зачем мы звоним. Сколько у вас номеров?

– Три, – ответил Берт, протягивая Фрине спичечный коробок с нацарапанными на нем цифрами.

– И еще один у меня, – отозвалась Дот. – Правда, Мюриэль сказала, что это медсестра.

– Отлично поработали. Вот увидите, я выполню свои обязательства, Берт. Мы найдем этого Мясника Джорджа. У кого-нибудь есть мелочь?

Сес ухмыльнулся, полез в карман и высыпал в ладонь Фрины целую горсть монет.

Машины проделали небольшой путь и подъехали к почте. Фрина припарковала «Испано-Сюизу» и оставила машину на попечение Дот.

– Если понадобится помощь – жми на клаксон, – проинструктировала она взволнованную девушку и зашла в красную телефонную будку, прихватив с собой спичечный коробок и монеты.

Следующие десять минут были самыми тяжелыми. По первому номеру долго никто не подходил, и только после двенадцатого гудка в трубке послышался учтивый женский голос:

– Да?

– Я попала в беду, – прошептала Фрина, изо всех сил стараясь говорить с австралийским акцентом.

На другом конце провода воцарилась тишина.

– Я совсем недавно переехала сюда, – сказала женщина. – Вам нужна госпожа Смит?

– Да, – подтвердила Фрина. – У нее была частная лечебница.

– Совершенно верно. К сожалению, она уехала и не оставила новый адрес. Извините. – Женщина повесила трубку.

Фрина набрала следующий номер.

– Да, – ответил другой женский голос.

– Я попала в беду, – снова сказала Фрина.

– Правда? – в голосе послышалось сочувствие. – Мы попробуем что-нибудь сделать. Сколько уже?

– Два месяца.

– Это будет стоить двадцать фунтов. Доктор оперирует каждый вторник. Все аккуратно и чисто, моя дорогая, эфир и прочее.

– Доктор? – спросила Фрина.

– Конечно, дорогая, ведь нам не нужны осложнения, – оживилась женщина на том конце провода. – За сутки до операции ничего не ешьте. Вы запишете адрес?

– Нет, я еще подумаю, – нерешительно ответила Фрина. Это место было не похоже на заведение Мясника Джорджа.

– Хорошо, дорогая моя, но не тяните слишком долго. Доктор ничего не сможет сделать на четвертом месяце.

– Спасибо, – ответила Фрина и повесила трубку.

Чуть дрожа, она набрала третий номер, написанный на коробке.

Трубку взял мужчина.

– Я попала в беду, – снова проныла Фрина.

– А мне какое дело? – огрызнулся мужчина. Фрина внезапно поняла, что нужно сказать:

– Мне нужен Джордж.

– Неужели? Так бы сразу и сказала. Встретимся под часами[42]завтра в три. Прикрепи к платью красный цветок. И прихвати с собой десять фунтов. Как тебя звать, девочка?

– Джоан Бернард, – ответила Фрина.

– До завтра, Джоани, – сказал мужской голос, ставший вдруг отвратительно слащавым.

Джордж повесил трубку.

Фрине стало дурно. Она сделала глубокий вдох и бросила в автомат еще одну монетку.

– Это Фрина Фишер. Позовите доктора Макмиллан. Да, это важно. Да, я подожду. – Она постучала в стекло Берту и Сесу. Берт ухмыльнулся. Фрина снова повернулась к телефону: – Элизабет, я назначила встречу нашему мяснику. Напомните мне имя вашего душки полицейского. Да, Робинсон. Я позвоню ему. Конечно, я буду осторожна. До свидания.

Фрина прикурила сигарету и с помощью последней монеты позвонила на Рассел-стрит.

После некоторых пререканий она добралась-таки до инспектора.

– Если женщина-полицейский нацепит на одежду красный цветок и появится завтра в три часа под часами, к ней подойдет Мясник Джордж. Так я договорилась с ним по телефону. Я сказала ему, что меня зовут Джоан Бернард. Вы поняли? – Фрина нетерпеливо выслушала увещевания инспектора и в конце концов решительно прервала их: – Мною руководил здравый смысл. Вы могли бы поступить так же. Не понимаю, чего вы ждали. Если хотите узнать подробности, позвоните мне в «Виндзор». Но лучшего случая поймать его вам не представится. Кстати, его услуги стоят десять фунтов, – добавила она и повесила трубку.

Фрина вышла из телефонной будки и во всех подробностях рассказала Берту и Сесу о своих переговорах.

– Это был твой номер, Берт. Ты помнишь, откуда он у тебя? – спросила Фрина.

Берт опустил глаза. Фрина вздохнула.

– Ладно, скажи своему источнику, что этот номер больше не работает.

Берт рассмеялся.

– Когда вы хотите поехать на Литтл Лон, мисс?

– Ах да, завтра вечером. Сегодня я ужинаю у депутата парламента и не хочу пропустить концерт Мельбы.[43]

– Ну конечно, – согласился Берт. – Концерт Мельбы.

– Сержант! – закричал старший инспектор Робинсон из-за дверей своего кабинета. – Кто завтра дежурит из женщин?

– Только констебль Джонс, сэр.

– Пришлите ее ко мне, – пробурчал он.

Сержант вызвал констебля Джонс, недоумевая, что такое нашло на его шефа.

– Джонс, завтра нужно прийти в обычной одежде и выглядеть как беременная девушка из бедной семьи. Мы вышли на след Джорджа, убийцы всех тех женщин.

– Мясника Джорджа, сэр? Вы наконец-то его выследили? – с воодушевлением спросила Джонс.

Женщин в полиции терпели только потому, что они были незаменимы в случаях с брошенными детьми и проститутками, попадавшими в полицию штата Виктория. Джонс знала, что ей никогда не получить офицерского звания и зарплата ее всегда будет меньше, чем у клерка, но сейчас представился реальный шанс для повышения. На поимку нелегального акушера нельзя было послать мужчину-полицейского. Джонс ненавидела Джорджа. Ей довелось увидеть поруганное и изувеченное тело Лил Маршан. Проститутка или нет, воспоминания о ней не давали Джонс покоя, и Мясник Джордж еще узнает, что Лил не такая уж легкая добыча.