Шах и мат - Марк Максим

– Я попросил бы вас придерживаться иного тона. Вы разговариваете со старшим секретарем фирмы Хорлэй!

– Я знаю, сэр, – сказал следователь. И добавил извиняющимся голосом: – Я должен узнать все подробности.

Мистер Вуд пробормотал под нос:

– Какой дурак!

Вслух он сказал:

– Вас совершенно не касается, по каким делам мисс Хорлэй попала в этот дом…

И добавил:

– Мисс Хорлэй была похищена в этом доме и должна быть разыскана. Вот и все!

Следователь склонил голову перед могуществом фирмы Хорлэй:

– Больше вопросов не имею, сэр. Будем надеяться, что мисс Хорлэй найдется вполне здоровой.

И он снова почтительно наклонил голову.

Между тем в сорока пяти километрах от Нью-Йорка происходила довольно любопытная сцена. Двое людей старались погрузить на мотоцикл поклажу – продолговатый, довольно большой ящик. Наконец им это удалось, один из них вскочил на мотоцикл и помчался в Нью-Йорк. Другой посмотрел ему вслед, застегнул кожаную тужурку и медленно пошел обратно.

Двумя часами позже мисс Этель Хорлэй проснулась с сильной головной болью. Она оглянулась, не узнала комнаты и простонала:

– Где я?

Спокойный и твердый голос ответил мисс Хорлэй:

– В плену.

Это ответил человек с суровым и спокойным лицом. У него был высокий лоб, небольшие подстриженные усы и волосы с проседью.

«Рабочий!» – подумала мисс Хорлэй с вновь вспыхнувшей ненавистью.

Как будто угадав мысли мисс Хорлэй, человек сказал спокойно и медленно:

– В плену у нас, рабочих, которых вы хотели угостить ночью порцией динамита.

Он пожал широкими плечами.

– Это нелегко сделать, мисс. На все нужно умение.

Мисс Хорлэй хриплым от ненависти и злобы голосом сказала:

– Вы будете посажены на электрический стул за эту историю. Я – мисс Хорлэй!

Человек вновь пожал плечами:

– Здесь единственное место, где не действуют законы Соединенных Американских Штатов. Те законы, которые позволяют убивать рабочих и разрешают дочерям миллиардеров какие угодно преступления.

Мисс Этель крикнула с бешенством:

– Я – дочь Хорлэя! Слышите?

Спокойный и твердый голос ответил:

– Знаю. И, кроме того, – убийца!

Мисс Этель смотрела на него с бессильным бешенством.

Он снова сказал:

– И, кроме того, член преступной банды, действующей под названием Ку-клукс-клан и убивающей рабочих совершенно безнаказанно под прикрытием ваших замечательных законов. Подходящее занятие для дочери миллиардера!

Мисс Этель сказала хрипло, она сама не узнала своего голоса:

– Триста тысяч долларов за мое освобождение. И, кроме того, я обещаю, что вас не будут преследовать за это дерзкое нападение.

Человек рассмеялся, и в его смехе прозвучало такое презрение, такое глубокое омерзение, что мисс Этель Хорлэй замолчала. Через минуту она сказала:

– Пятьсот тысяч долларов!

Человек ничего не ответил. Он задумчиво смотрел на мисс Хорлэй.

Она сделала еще одну попытку:

– Пятьсот тысяч долларов, заграничный паспорт и полная безопасность. Вы сможете уехать в Европу.

– Благодарю, – сказал человек с легкой иронией.

Он закурил трубку.

Мисс Этель испытала последнее средство:

– Я сделаю вас компаньоном брата, вы примете участие в наших делах. Вы сделаетесь одним из самых могущественных людей в Нью-Йорке!

Она посмотрела на широкие плечи этого человека и добавила:

– И, может быть, я выйду за вас замуж вместо этого труса Вуда. Вы слышите?

– Я слышу, – сказал человек с отвращением. – Замолчите, это становится отвратительным.

Мисс Хорлэй впала в отчаяние: впервые она видела, что звон денег не действует на человеческие уши. Затем она вновь заговорила:

– Вы убьете меня?

Неторопливый ответ:

– Не думаю. Мы – не убийцы. Мы вас только обезвредим, чтобы вы не мешали нашему делу.

Мисс Этель спросила:

– Какому делу?

– Делу освобождения рабочих от ига капитала.

После паузы:

– От вас!

Вновь мисс Этель осенила надежда:

– Жертвую сто тысяч долларов на нужды рабочих.

Снова тот же презрительный смех и молчание.

Через минуту суровый человек встал и сказал:

– Хлеб и вода возле вас. Это, может быть, неважный обед для дочери миллиардера, но многие тысячи людей не имеют и этого куска хлеба! Потому, что его забираете вы.

Он вышел из комнаты, замок щелкнул, и мисс Этель осталась одна в совершенно пустой, наглухо закрытой комнате, находившейся неизвестно где. Она стиснула в бешенстве руки, сжала зубы, и ее лицо стал похожим на лицо мистера Хорлэя, Акулы Хорлэя. Дочь миллиардера Хорлэя и сестра Акулы Хорлэя, член Ку-клукс-клана и самая богатая девушка в Нью-Йорке тряслась от бешенства, глядя на кусок черствого хлеба и кувшин с холодной водой: она поклялась не брать этого в рот. Но прошло три часа, и мисс Хорлэй взглянула на хлеб более спокойными глазами.

Пошло еще три часа, и мисс Хорлэй взяла хлеб, с наслаждением съела его и запила водой.

Подкрепившись, она снова впала в бешенство. Она до крови расшибла себе руку, ударив кулаком по спинке железной кровати. Она стала колотить в стены, но стены молчали. Небольшое окно находилось высоко, и достать до него нельзя было никаким образом.

Проклятие за проклятием срывались с губ мисс Хорлэй, и никто бы не поверил, глядя на разъяренное лицо этой женщины, что это та самая нарядная и изящная мисс, которая считалась самой красивой девушкой в Нью-Йорке.

Прошло еще несколько часов, дверь внезапно открылась, и на пороге вновь появился человек в кожаной тужурке.