Вы считаете это игрой? - Борис Бабкин

— А где твой утюг?

— За поясом сзади.

— Ну что, — спросил подошедший Корнеев, — ложная тревога?

— Пока да, — улыбнулся Альберт.

— Тогда расход. Если что, звони. Генацвали был рядом.

— Где? — спросил Альберт.

— На крыше со скрипкой. — Корнеев засмеялся.

— Давай как-нибудь встретимся и посидим? — предложил Альберт.

Сестрорецк

— Поможешь? — спросил по телефону Вячеслав Луконин.

— Конечно, — ответил крепкий майор милиции. — А зачем тебе эта барышня?

— Хочу ей предложение сделать. У нее от меня ребенок, оказывается, есть. А я только что об этом узнал. В общем, сам понимаешь.

— Попробую. А она точно здесь?

— Я ж тебе говорил, я был там шесть лет назад. Точнее, даже семь, наверное. В общем, все, что знаю, я тебе сообщил и теперь жду результат. И если ты ее найдешь, будешь иметь очень приличные бабки.

— Я что-то не слышал, чтоб ты разбогател.

— Ну, если не хочешь, то…

— Тормозни, Славик, найду я тебе ее, если она в городе или в районе.

— Что за дела с этой девкой? — спросил седоусый лысый мужчина. — Уже двое просят ее найти. И каждый обещает денег. Я ее найду, получу с каждого, а там пусть разбираются. Но на кой она им сдалась? Дорофеева Евгения Эдуардовна, — пробормотал он. — С сыном Денисом Дорофеевым, который рожден в Саратовской области. Хотя это предположительно. Странно вообще-то, но чем я рискую? Да ничем! Надо проверить, может, Интерпол ее ищет, а я влезу. Проверить, есть ли в розыске женщины моложе тридцати. А уж потом выяснять что-то и об этой дамочке. Хотя если в розыске, я все равно буду ее искать. И бабки получу, и преступницу найду.

— Дорофеева, — бормотал, просматривая бумаги, подполковник милиции. — Фуу! — Он откинулся на спинку стула, снял очки и тряхнул головой. — Забыл я это дело, устал. И чего с компьютером не подружился? А если обратиться к кому-то — сразу пойдут разговоры: отстал от жизни Пескарев…

— Ее ищет подполковник Пескарев, — быстро сообщил по телефону рослый старший лейтенант милиции. — И делает это самостоятельно. Я случайно… — Он замолчал, слушал. Потом сказал: — Попробую. Но это… — замолчав, опять слушал. — Да понятно, но, — он поморщился, — боюсь я. Пойми…

Абонент снова не дал ему говорить. Старлей закурил и кивнул:

— Хорошо. Это я могу.

— Ладушки-ладушки, жили мы у бабушки, — услышала вошедшая Женя и улыбнулась.

— А ты моя бабушка? — спросил сын.

— Да. Ну, не совсем родная, но бабушка.

— Вы нам самая родная, — прошептала Евгения и села на пол. — Господи, я все эти годы пыталась выжить. Чем только я не занималась!.. Работала сутками, чтобы заплатить няне, которая присматривала за Дениской, и хозяевам за комнату. Хорошо, что Марина нашла меня, иначе я просто не выжила бы. Благодаря ей я смогла работать и жить. Я уехала в Вольск, а когда вернулась, узнала, что Марина погибла и оставила мне дом. Точнее, это сделала ее мама. И стало полегче. Может, я и дура, ведь Дорофеев присылал мне деньги. После гибели мамы я ни разу не назвала его папой. Хотела убить, но Ахан, этот Шайтан, не дал.

— Мама, — мальчик подбежал к ней, — а мы с бабушкой играем.

Из комнаты вышла Валентина Анатольевна.

— Спасибо вам, — сквозь слезы улыбнулась Женя.

— Почему ты плачешь, мама? — Сын обхватил ее шею. — Голова болит?

— Знаешь, Денис, — прижимая его к себе, улыбнулась Женя, — бывает, что плачут от счастья.

— Но счастье — это ведь когда очень-очень хорошо. Вот ты купила мне «Денди», и я был счастлив, но я же не плакал.

— Ты мужчина, Денис, — подошла к нему Валентина Анатольевна. — Бывает, что люди от смеха плачут. — Она посмотрела на Женю. — Я сварила борщ и поджарила котлеты. Денису очень понравилось.

— Что бы я без вас делала?! — благодарно улыбнулась Женя.

— Тебе спасибо, Женя, — ответила Валентина Анатольевна, — вы в меня жизнь вдохнули.

— Куда мы собираемся? — спросил Виктор.

— К Жене, — прихорашиваясь перед зеркалом, ответила Алла. — Ты не против?

— Нет, конечно! — Он поцеловал жену. — Я даже рад, коньячку выпью. Представляешь, целых три раза!

— Это кто тебе разрешит? — сердито спросила она.

— Ты! — засмеялся Виктор. — Первую рюмку за мою замечательную жену. Вторую — за хозяйку, третью — за здоровье Дениса.

— А вот и не три! — засмеялась Алла.

— Почему?

— Еще за здоровье Валентины Анатольевны.

— Не нравится она мне. Вот хоть убей, не могу я с ней разговаривать. Какая-то она…

— Перестань, она Жене помогает, а Дениску любит, как своего внука.

— Да знаю я, но не лежит у меня к ней душа… непонятно почему. Что-то в ней меня отталкивает.

— Послушай, милый!.. — Алла поцеловала Виктора. — Хочу тебе кое-что сообщить…

— Что же?

— Я беременна.

— Что? — Он, обняв, приподнял ее и сразу опустил. — Ура!

Алла засмеялась.

— Товарищ майор, — сказал старший лейтенант милиции, — я вас не понимаю. Если эту женщину ищут, должен быть объявлен розыск.

— Вот что, Дымов, — вздохнул загорелый высокий мужчина, — ты не особо упирайся в законы, а выполняй свою работу. Ты должен знать на своем участке всех, и если эта женщина…

— А я могу узнать причину вашего интереса? — перебил его Дымов.

— Черт тебя возьми, старлей, — раздраженно проговорил загорелый, — ты не забывай, кто ты и кто я, понятно?

— Да я помню, товарищ майор. Вы приказываете найти женщину, но чтобы об этом никто не знал.

— Да пойми, Дымов, я тебе не как подчиненному приказываю, а как человек человека прошу. Потом я тебе все объясню.

— Ну, не знаю. Не встречал я такой. Но если выйду на нее, сразу сообщу.

— Вот и прекрасно. А я тебе все объясню, и, думаю, ты меня поймешь.

— Нет такой, — сказал подполковник. — Может быть, она живет без регистрации. Надо будет послать своих по квартирам. Митин их всех знает.

— И тебя, значит, впряг Митин? — усмехнулся плотный усатый капитан милиции. — Что-то, видать, бабенка намутила, — покачал он головой.

— А почему ее негласно ищут? — спросил рыжеволосый худощавый капитан.

— А черт их разберет, — отмахнулся усатый. — Митин приказал, но так, чтоб, не дай Бог, начальство не узнало. Денег пообещал. Я буду опрашивать своих и тебе советую. Митин та еще сволочь, и покровитель у него в министерстве имеется. Криминала нет, ну а деньги — так это вроде как в благодарность. В общем, мой тебе совет, Курин, — не трепыхайся. Если поедешь куда-нибудь или встретишь кого-то со своего участка, спроси. А если откажешься или настучишь, себе дороже будет, начальство наверняка в курсе.