Вы считаете это игрой? - Борис Бабкин

— Нет, конечно, товарищ полковник.

Москва

— Ну, это не разговор, — сказал Вячеслав Луконин. — Ты же обещал мне… — Вздрогнув, он стал заваливаться и упал на пол. Из пробитого пулей виска по полу расползалась кровь.

— Славик! — послышался из кухни женский голос. — Где у тебя штопор? Славик, что с тобой? — насмешливо спросила вошедшая в комнату молодая женщина. — Уснул, что ли, Славик? Ааа! — Она отпрыгнула. Споткнувшись о край ковра, упала. — Помогите! — закричала женщина.

— Ну вот и хорошо, — отключив сотовый, улыбнулась Альбина, — одним конкурентом меньше. Проявил самодеятельность — за это и поплатился. Жадных и дураков мне не жалко. Ну а ты что скажешь?

— А что я скажу, — пожал плечами Селезнев. — Я узнал и сообщил тебе, а решение принимаешь ты. Я считаю, что поторопилась. Мы могли бы выждать, пока он не получит…

— Выжидать уже нельзя, время вот-вот начнет работать против нас. Мы не знаем, где Женька, мы не знаем, кто стоит за покушением на Эдуарда, мы не знаем, сколько человек охотятся за Женькой и ее сыном. Мы только знаем, что по крайней мере один точно уверен, что она в Сестрорецке. Я послала туда людей, но ее не нашли. Я их вернула. Я надеялась на тебя, но ты… — Прозвучал вызов сотового. Она посмотрела на экран и усмехнулась: — Перестраховщики. Мне уже сообщили.

— Это не я, — сообщил ей мужчина. — Меня опередили минуты на полторы. Стреляли из окна пустующего дома напротив.

— Подожди, значит…

— Кто-то другой сработал, — сказал абонент.

— Вот это новость!

— Что такое? — спросил Селезнев.

— Луконина убили другие. Моего человека опередили на мгновение. Интересно бы знать, кому он так помешал? Может, он проиграл дело?

— Не обманывай себя. Ты прекрасно поняла, что начинается, как говорят военные, зачистка. Так что жди своей очереди. Не только ты догадалась, что конкурентов надо убирать. — Селезнев рассмеялся.

— Смеешься ты зря. Думаешь, никто не знает, что ты мой…

— Знает. Но я всего лишь адвокат, а не киллер и не твой телохранитель. К тому же пока я не пытаюсь что-либо выяснить по этому делу.

— Но кто мог убить Луконина? Теперь Кеша обязательно будет искать…

— Ты не допускаешь мысли, что это он или Ворона?

— Значит, ты думаешь, что Бошко тоже будет пытаться…

— А ты так не думаешь? — перебил Селезнев. — Так, после отъезда брата Вячеслав звонит в Питер?

— Ты прав. Значит, Ворона, — кивнула она снова. — И как это воспримет…

— Иногда ты рассуждаешь как маленькая девочка. Иннокентий пойдет на все, чтобы остаться живым и получить хоть что-то, если дело выгорит. Неужели ты не поняла, что ему наплевать на все? Я думаю, что он уничтожил брата. Тот был источником информации о дочери Дорофеева. Значит, вполне может заменить Иннокентия в этом деле.

— Ты городишь чушь. Ведь Ворона не дурак и не бандит, он коммерсант и бизнесмен. Насколько я знаю, очень дорожит своей репутацией и не идет на преступления. А ты хочешь убедить меня, что Воронин мог…

— Значит, Кешка прислал убийцу. А я вот что думаю: как нам эту Женьку найти и что нам это даст?

— Вам ничего, а мне кое-что. Я же не претендую на все, что есть у Дорофеева. Хотя имею право, но не на все. Если Дорофеев не оставит завещание, все получит Женька. Хотя я почему-то думаю, что она ничего не возьмет, может, только из-за сына.

— Павлина ее уговорит.

— Самый опасный для нас человек как раз Павлина, Женя ее уважает.

— В этом случае вряд ли Женя ее послушает. К тому же не забывай о Лильке и Толике. Они сделают все, чтоб ни Женька, ни ее сын не получили ничего. У них прекрасный шанс порастрясти состояние Дорофеева после его смерти. Они могут найти Женьку и договориться с ней, что ее пацаненок получит пятьдесят процентов от всего, что оставит Дорофеев, а пятьдесят процентов им, и они будут работать на Дениса до его совершеннолетия, то есть прибыль будет делиться на троих. А когда он вырастет, решит все сам. И вот на это Женя пойдет.

— А сейчас что делать?

— Пока ничего. А вот если Дорофеева все-таки убьют, то надо ликвидировать Лильку и Толика. У меня кое-что для них есть. И я думаю, это кое-что вызовет их ссору. А при ссоре всякое бывает.

— Ты, Серж, хорошо соображаешь.

— На том стоим и зарабатываем.

— Что ты хочешь сделать?

— Посеять в их души сомнения в искренности партнера. Этого обычно бывает достаточно. Они понимают, что шанс получить хоть что-нибудь минимальный, а если точнее, вообще никакого. Каждый обдумывает способы ухватить кусок. А следовательно, можно использовать Дорофеева. Тем более что на него покушались. И почему бы не обвинить в этом…

— Это уже было, мне Малкин рассказывал. Он, кстати, их не поддерживает.

— Знаешь почему? Он понимает, что больше всего шансов у тебя. Кстати, ты бы сама могла договориться с Женькой.

— Она обо мне даже не знает. Точнее, знать-то знает, но мы ни разу не встречались. Я даже не знаю, как буду с ней разговаривать. Когда я узнала о планах Дорофеева и Бошко объединиться посредством брака детей, я была в бешенстве. Я пришла в восторг от Женькиного поступка и была готова для нее на все. Но теперь — нет. А встретиться с ней все-таки придется. Я прекрасно ее понимаю. По вине Эдика погибла ее мать. Так считают все, и я в том числе. Но я желаю получить все, что у него есть. Серьезным препятствием является Женька. Я много думала и поняла одно: убивать ее и мальчика ни в коем случае нельзя. Не потому, что тогда я буду чувствовать себя…

— Но с другой стороны, — перебил Селезнев, — их смерть облегчит тебе задачу.

— Как?

— Во-первых, эти двое реальные наследники, во-вторых, ты сможешь договориться с…

— Сколько тебе платит Толик? — перебила Альбина.

— Что? — возмутился Селезнев. — Как ты можешь? Я всегда верой и правдой…

— С тех пор как я ввела тебя в курс дела, ты стал довольно часто бывать в «Космосе». Сначала я думала, что ты завел себе женщину, но отбросила эту мысль. Ты жадный и никогда не повел бы никого за свой счет не то что в ресторан, а даже в пельменную. На роль альфонса ты не тянешь. А потом мне показали это. — Альбина достала из сумочки конверт и небрежно бросила Селезневу. Тот вытащил из конверта несколько фотографий и сказал:

— Но я пытался хоть что-то выяснить.

— Хватит, Серж. У тебя пять минут для того, чтобы все рассказать и убедить меня в том, что ты мне нужен.

— Да что ты себе позволяешь? Ты кем себя возомнила?!

Сзади на шею ему набросили удавку. Резкий рывок, и Селезнев уронил вскинутые к горлу руки и осел.

— Падаль! — плюнула в его сторону Альбина. Бритоголовый амбал вынес тело из комнаты. — Ты звонил в Питер? — раздраженно спросила Альбина по телефону.