Сердечный выстрел - Владимир Григорьевич Колычев

— С Катериной Семен встречался… — начала Таисия Дмитриевна. — Хорошая девочка, без отца, правда, росла…

— Адрес знаете? — на всякий случай спросил Фомин.

Он понял, о ком разговор, о рыжеволосой Катюхе, до нее тоже дойдет очередь. Так же, как и до Митькова, у которого Родион и мог узнать адрес девушки.

— Красноармейская, дом шестьдесят четыре.

— Это не здесь, в Верховерской, а где-нибудь в Ростове.

— В Ростове сестра моя двоюродная живет.

— Хорошо.

— Лена мне сестра по матери, ее отец нам не родной. Но мы часто у него в Кашарах гостили, дом у них там хороший… Даже два дома… Если Семену и нужно будет вдруг спрятаться… — Таисия Дмитриевна в замешательстве посмотрела на Родиона.

А вдруг она сама подставляет сына под удар правосудия? Жил бы себе спокойно в Кашарах, уж лучше в изгнании, чем в тюрьме.

— Адрес?

— Ну, не знаю, — замялась женщина.

— Если не доверяете мне, то не надо.

— Да я-то, может, и доверяю… А вдруг…

— Что вдруг?… Может, Семен на самом деле убил Смальцева?

Таисия Дмитриевна закрыла лицо руками, склонила голову и заплакала. Родион постарался ее успокоить, подал стакан воды, немного подождал, а затем снова спросил адрес дома в Кашарах.

Он смог разговорить Таисию Дмитриевну, поэтому в машину садился с целым списком адресов.

— Михалев там на месте, — кивком указав в сторону терминала, сказала Скорокова. — Храмцов должен подъехать. Они еще не знают, чей карабин.

— Гуляева карабин. Он с карабином из дома ушел.

— Когда?

— Под утро. Собрался и ушел… Все сходится, Маша, все хорошо… все плохо для Семена сходится.

— Михалеву будем говорить?

— А если не Гуляев стрелял? — на всякий случай усомнился Родион.

— А его могли подставить?

— Ну кто-то же знал о его конфликте с «Быстрым Доном».

— А как он узнал, что Смальцев будет сегодня на терминале?

— Так, может, просто пошел. Как его отец…

— Кого увидит, того и убьет?

— Может, просто припугнуть хотел. Как тогда на складе он действовал… В склад бутылку кинул… И Митьков… К Митькову едем, — решил Родион.

Митькова они нашли на Ростовской улице. Парень, похоже, прописался в доме, который снимал Семен. Время уже обедать, а он все еще спал. Родион разбудил его.

— Чего надо? — зевая в кулак, вяло спросил Вася. Заспанный, помятый, опухший от частых праздников.

— Где Гуляев?

Родион взял Митькова за плечи, отодвинул в сторону, зашел в дом.

— Нет его! — донесся вслед голос.

В гостиной был накрыт стол, остатки салата, раскрошенная курочка, початая бутылка портвейна. В соседней комнате на кровати, прикрываясь одеялом, сидела похмельная Катюха, она искала, но с трудом находила себя в пространстве и времени. И на Родиона смотрела, как на сумрачную галлюцинацию.

— А что такое? — спросил Митьков, возмущенный вторжением.

Катюха с появлением участкового исчезла под одеялом.

— Бухали вчера?

— Да какой бухали! Праздники же!

— Закончились праздники!

— Завтра заканчиваются!

— Кто еще праздновал?

— Костик с Танькой был, Гена заходил. А что?

— А Гуляев?

— Так он у Майки был.

— На рыбалку собирался? — закрывая дверь в спальню, спросил Фомин.

— С Майкой?! — захлопал глазами Митьков.

— Ночью он дома был, у матери. А утром ушел. — Родион внимательно смотрел на парня. — На охоту.

— Так на охоту или на рыбалку?

— Не звонил?

— Да нет.

— И ты ему не звонил?

— Да что случилось?

— Что Гуляев говорил про Смальцева?

— А что Смальцев?

— В больнице Смальцев. Или уже в морге. Стреляли в него. Из карабина.

— Да?! — искренне удивился Митьков.

— Крайним хочешь остаться?

— А почему я?

— А кто салют в него запустил?

— Так-то ж салют!

— Салют не салют, а пределы допустимого для вас теперь размыты и расширены.

— Какие пределы?

— А в каких кукушка соображать должна.

— Нормально у меня с кукушкой!

— Ты сейчас здесь, а кто у тебя дома?

— Ну, мать, отец…

— Гуляев может спрятаться у них?

— В принципе, может… Но я бы знал… А зачем прятаться?…

Дверь открылась, из спальни в гостиную переместилась Катюха, платье на ней шерстяное, черные колготки с дыркой, в которой белела коленка.

— Здрасте! — вяло кивнула она и с любопытством уставилась на Родиона.

Митьков махнул ей рукой, отсылая обратно, но девушка его не замечала.

— Катерина? — кивком отвечая на приветствие, спросил Фомин.

— Катюха! — ответил за девушку Митьков.

— Красноармейская, дом шестьдесят четыре?

— Что Красноармейская? — не поняла Катюха.

— Живешь на Красноармейской?

— Нет, на Совхозной живу.

— Дом шестьдесят четыре?

— Дом сто тринадцать.

— С матерью живешь?

— И с отцом, — нахмурилась девушка.

— И росла с отцом?

Катюха возмущенно глянула на Митькова, она словно просила избавить ее от психа.

— Хм! — Родион озадаченно потрогал себя за кончик носа.

Похоже, Таисия Дмитриевна с самого начала подсовывала ему липу. Видимо, знала, куда и зачем отправился сын. Одобряла она действия Семена или нет, но защищать его будет до последнего.

— С кем-то перепутали? — спросил Митьков.

— Да сказали, что у Семена девушка есть.

— Есть! — глянув на свою подружку, не без радости сообщил парень. — И тоже Катюха!.. Только мы ее Катькой называем.

— Еремичева? — нахмурилась девушка.

— Вот она как раз на Красноармейской и живет, — кивнул Митьков.

— Ну и зачем ты сказал? — Катюха постучала себя по голове, показывая на пустоту в его черепной коробке, и при этом глянула на Родиона.

— А что? — спросил Митьков.

— Да ничего!

— А почему нельзя говорить? — спросил Фомин.

— Так это… Катюха не хочет о ней слышать. — Митьков скосил взгляд на свою подружку.

— Незачет, — качнул головой Родион. — А сессия у тебя, парень, серьезная. Не сдашь — сядешь.

— За что?

— Скрываешь ты что-то. Значит, организатор преступления. Или соучастник.

— Да не при делах я… А Катька…

— Что Катька?

— Ну, она на терминале работает. В отделе снабжения.

— Очень хорошо.

— Помните, вы спрашивали, кто нам Смальцева слил?…

— Еремичева?

— Ну да.

— Гуляев попросил?

— Да нет, Крячков. Он с Катюхой в одном классе учился.

— А «Коктейль Молотова» куда кинуть, тоже она подсказала?

— Да нет, мы ей сказали, что бутылку кинули. Ну, после того, как вы нас тогда вычислили, — буркнул Митьков.

— Я вас вычислил, я вас простил, а вам хоть кол на голове…

— Да сам не знаю, как будто бес за руку дернул.

— Белка, — уточнила Катюха.

— Может, Еремичева? Она же вам про Смальцева сказала.

— Ну да. Позвонила, сказала.

— Сама позвонила?

— Да, позвонила и сказала, что Смальцев на терминале, про нас спрашивал. Ну, кто склады поджег… Ну, а Генка…

— Что Генка?

— Да класть мы на Смальцева хотели! А у нас тут как раз салюты были…

— То есть Еремичева вас не подстрекала?

— Да нет!

— Да подстрекала, подстрекала! — звонко прозвучал Катюхин голос.

— Как