Метель - Наталья Андреева

– Ну, знаете! – возмутилась она.

– А что я такого сказал?

– Хорошо. Сколько вам лет?

– А сколько дашь?

– Это обычно говорят женщины.

– Да ну? Тогда пиши: скоро будет тридцать. А тебе сколько?

– Послушайте, мы же с вами договорились…

– Я бы дал лет двадцать семь. Попал?

– Почему ж так много? – разозлилась Маша.

– Сама сказала: дочке семь лет.

– Может, я ее в школе родила?

– Да у тебя на лбу написано: круглая отличница. Знавал я таких… – он внезапно помрачнел. – Нет, в школе тебе было не до романов. Небось, и мальчика не было?

«А ведь попал! Ишь ты: знаток женских душ! Прямо профессионал!» И она сухо сказала:

– Давайте ближе к делу. Итак, вы родились в провинции, вам скоро тридцать. Как вы попали в кинематограф?

– Сначала я в армию попал. А уж оттуда…

– Вас призвали сначала в армию, а потом в сериал? – съязвила она.

– Сначала я был каскадером, – не прореагировал на это Илья. – А что? Хорошая работа!

– То есть, вернувшись из армии, вы устроились работать на киностудию?

– Экая ты быстрая! Нет, сначала я был водилой, потом охранником, а уж потом…

– Охранником на киностудии?

– Зачем? У нас что, охранять больше нечего?

– Тогда где?

– А тебе зачем?

– Я беру у вас интервью. Мне интересны подробности вашей биографии.

– Тогда пиши, сколько у меня было любовниц, – прищурился он.

– У нас солидное издание. Мы излагаем реальные факты.

– А я, выходит, сочиняю? Слушай, милая, кого интересует, где я парился с год охранником?

– Ну, хорошо, – сдалась Маша. – Вы работали водителем, потом в охране, а потом устроились на киностудию каскадером. Так?

– Да. Друг привел. Санька. Служили вместе. Он тоже устроился в кино через знакомых. Надо друг другу помогать, ведь так?

– Да. И что было дальше?

– Меня заметил режиссер фильма.

– Вы хотите сказать сериала?

– Слушай, почему ты меня все время унижаешь?

– Я унижаю?! – она даже подпрыгнула.

– По-твоему, я фигней занимаюсь? Есть высокое искусство, а есть ниже пояса? И на то, что народ это смотрит, вам, высоколобым наплевать, да?

– Да вы не так меня поняли…

– Да? А, по-моему, ты мне сразу все разъяснила. У меня ребенок, у меня жених, я не такая, я жду трамвая, а ты мимо проезжай, раз верхом на палочке.

– С вами трудно разговаривать.

– С тобой легко!

Они какое-то время помолчали. Маша посмотрела на диктофон, и вяло подумала: «Надо бы выключить…»

– Ладно, пошли дальше, – сказал, наконец, Богатырев. – Меня заметил режиссер сериала и в следующий свой фильм, то есть, я хотел сказать, в сериал, пригласил на пробы. На роль второго плана. И меня тут же утвердили. Сериал пошел, мою роль решили расписать. Отсняли сто пятьдесят серий. Так я стал знаменитым.

– Очень хорошо! – обрадовалась Маша. Кажется, дело пошло!

– Чего ж хорошего? – усмехнулся Богатырев. – День и ночь на съемочной площадке, пашешь, как слон, график жесткий, а стоит тебе расслабиться на пять минут, звонит такая вот журналистка Откровенная и морщит носик: «фи… да вы, похоже, напились…»

– Я вовсе не так сказала.

– Значит, я не так понял. Ну? Что еще ты хочешь узнать?

– Вы женаты?

– Это вопрос для статьи или для тебя?

– Я уже знаю, что нет.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Значит, не женаты? А какую женщину вы хотели бы видеть рядом с собой?

– Ну, ты спросила! Думаешь, я монах? – расхохотался он. – Женщин рядом с собой, извиняюсь, не видел?

Он с наглой усмешкой раздел ее взглядом. Маша побагровела и залепетала:

– Я имею в виду законный брак.

– То есть, на ком бы я хотел жениться?

– Да.

– А я вообще жениться не хочу! Мне и так хорошо.

– Я все это понимаю, Илья. Но сотни тысяч наших читательниц… Они хотят видеть вас в образе романтического героя. Рыцаря. Ведь вы боретесь с несправедливостью. Защищаете обиженных. На экране, я имею в виду.

– А в жизни я, по-твоему, редкая скотина? Бью морду слабакам, не подаю женщине руку, когда она выходит из автобуса, место в метро старушкам не уступаю?

– Да когда ты в последний раз ездил в метро! – не удержалась она.

– Да уж я-то поездил! Сама-то на чем прикатила? Небось, на крутой тачке! А тачку «жених» подарил! Знаю я таких дамочек!

– Слушайте, почему вы меня все время оскорбляете? – возмутилась Маша. – У меня такое первый раз в жизни! Я не могу взять у человека интервью! Будто мне это надо, а не ему!

– Тогда обратись к моему агенту. Он тебе все расскажет. Или, вот что… Напиши сама, а? Вот как придумаешь, так и напиши. О рыцаре в белых доспехах.

Богатырев, мол, он такой. Как увидит на дереве кошку, тут же скидает пиджак от Дольче с Габаной и лезет спасать несчастное животное, рискуя собственной жизнью и последней рубашкой от того же Габаны.

– Хватит надо мной издеваться!

– Ну, нет у меня биографии, поняла? Не хочу я об этом рассказывать! Потому что вспоминать не хочу! Как по углам скитался, как кости себе ломал, чтоб народ развлечь. Это я о каскадерстве. Как пригрела меня одна дамочка, накормила, обула, одела… Было время, я даже в стриптиз-клуб хотел устроится. А что? Назад-то в деревню не охота. Там жизнь без праздника, а тут, куда ни глянь, праздник жизни. А баранку крутить не сахар. Все хотят жить хорошо, и я хочу. Квартиры у меня до сих пор нет, не заработал еще. Хотя, платят мне много. Только не надо об этом писать.

– Это что – коммерческая тайна?

– И о деньгах тоже не надо, – серьезно сказал он. – Что же касается женщины, которую я хочу видеть рядом с собой… Было время: хотел. Но мне не везло. Время сейчас такое. Не мое. Нет денег – нет любви. А я и в самом деле в душе романтик. Может быть даже рыцарь. И даже на белом коне. – Он усмехнулся. – Но работа у меня, сама знаешь…

– Давайте поговорим о вашем последнем фильме. О чем он?

– Фильм-то? Значит так: живет парень как парень, все у него тип-топ, ну и, как положено, любимая девушка. И вот эта девушка вляпывается в неприятную историю…

Маша подперла кулачком подбородок, слушала. Ну, с сюжетом фильма она как-нибудь справится. Дальше что? Какой он, Илья Богатырев? Мужчина на роль мачо?