Сердца четырёх - Эллери Квин

В пятницу утром, когда Эллери, Сэм Викс и Лью Баском завтракали в закусочной «Магны», туда вошел Алан Кларк, устроился рядом с ними и ослепил улыбкой пожилую официантку:

— Кофе, красавица!

— А, Алан, — без энтузиазма приветствовал его Квин.

— А вот и я. О чем печаль?

— Я вот гадаю: каков мой статус на студии?

— Статус? — вытаращился агент. — Как это? Тебе что, не платят?

— Его совесть замучила, — усмехнулся Лью. — В жизни не встречал такого совестливого парня. Прямо как та малютка стенографистка, с которой я был вчера вечером. Я ей говорю...

— Знаю, знаю, — прервал его Эллери. — Но меня взяли в «Магну» работать над фильмом о Ройлах и Стюартах, а картина сниматься не будет.

— Ну а тебе разве плохо? — спросил Кларк, спрятавшись за чашкой кофе. — У меня сердце разрывается из-за тебя.

— Нет, а что мне делать-то, Алан? Ведь полторы тысячи в неделю!

Трое мужчин разом покачали головами.

— Ему платят полторы тысячи в неделю, — жалостливо произнес Сэм Викс. — Гроши какие-то!

— Послушай, Квин, — сказал Кларк. — Разве твоя вина, что Джона и Блит отравили?

— Но мне же заняться нечем!

— Скажи, что тебе больше нравится, работа или деньги? — спросил Лью. — Не забывай, у нас, у писателей, есть кое-какие права.

— Контракт же с тобой не расторгали? И не расторгнут, потому что на страже твоих интересов стою я, маленький, скромный Алан Кларк. Ты заключил контракт с киностудией, а в этом бессмертном документе нет ни слова об убийствах.

— Но суть в том, что фильм уже никогда не сделают. Его даже исключили из плана, Батч сегодня утром объявил.

— Ну и что? Срок действия твоего контракта — гарантированные восемь недель. Так что, будет фильм или нет, оставайся в Голливуде, пока не получишь все до последнего доллара. Или, грубо говоря, пока не накрутишь на свой счет двенадцать тысяч баксов.

— Это преступление, — пробормотал Эллери.

— Это — жизнь, — убежденно сказал Кларк и поднялся. — Не валяй дурака. Ему стыдно получать зарплату! Кто-нибудь из вас видел нечто подобное?

— Я же здесь просто штаны протираю.

— Он не хочет протирать штаны! — взорвался Лью. — Послушай, ты совесть нации, я тут тоже протираю штаны, но только за меньшие деньги. И ничего!

— И я тоже, — тяжело вздохнул рекламщик.

— Если тебе нечего делать, отработай эти деньги расследованием, — предложил Алан Кларк. — Раскрой убийство. Детектив ты или нет?

— Уж я бы нашел куда девать эти денежки. Скажи, Квин, может, ты одолжил бы мне пару тысчонок? — ковыряя вилкой в яичнице с помидорами, спросил Лью. — До следующей пятницы, а?

— Если дашь ему, значит, ты законченный идиот, — пробурчал Сэм Викс. — До следующей пятницы! А что стряслось с этой пятницей? Тебе же, сукин сын, сегодня заплатили.

— Не лезь не в свои дела! — гаркнул на него Лью. — Ты же знаешь, я коплю на старость. Хочу завести птицеферму.

— Такую, где цыпочки будут звать тебя папочкой? — издевался Викс. — Полюбуйтесь на него. Он копит на старость! Да ты до нее не дотянешь. Если только у тебя не хромированный желудок. Ну, пока. Пойду отрабатывать свои вшивые гроши.

— Кстати, Сэм, — рассеянно проговорил Эллери, — я все собирался у тебя спросить. Скажи, где ты пропадал в прошлое воскресенье?

— Я? — Единственный глаз Викса переполнился изумлением. — Болтался на Рид-Айленде. Готовил свадебный прием.

— Знаю, но, когда я звонил на остров, мне сказали, что тебя там нет, — уже после того, как самолет угнали.

Викс скривился:

— И что тебя черти разбирают? Ты всерьез решил последовать совету Кларка и поиграть в сыщиков?

— Не обижайся, — улыбнулся Эллери. — Просто я подумал, что надо с этим вопросом опередить инспектора Глюка.

— Прими лучше мой совет и прекрати болтовню на эту тему. Вредно для здоровья.

Викс так рассвирепел, что черная повязка подпрыгивала на глазу, когда он выходил из закусочной.

— Что это с ним? — передавая пустую кофейную чашку официантке, спросил Эллери.