Канарейка в клетке - Анна Вонг

— Дон Герра! Нападение на публичный дом! — отдышавшись, выпалил он.

— Сука! Всю охрану на ноги! Немедленно! Джино — в дом! Пулей!

Я набрал номер Карлоса, чтобы сообщить о происшествии в его владениях. О том, что публичный дом в моем городе принадлежал семье Росси, не знал никто, кроме нас двоих.

Фатальная ошибка Севера, которая стоила ему одного из сильных потенциальных союзников в борьбе за власть.

Я позвонил Вито, чтобы уточнить, подписаны ли документы о передаче бизнеса в Тренто. Получив отрицательный ответ, рванул в особняк к ожидающей приказа армии головорезов.

Такое я простить Мартино не мог, слишком многое себе позволяет, слишком далеко залезли его жадные до денег и власти руки.

— В лицо знаете дилеров Севера? Места, где они отсиживаются и варят дурь отслеживаете? — спросил я помощника Луки.

— Везде наши люди, дон Герра — ответил Назарио.

— Отлично! Бери людей, и навести наркоманов. Полуживыми бросьте их на пустыре, что на выезде из города. Все остальное сожгите, товар тоже. У вас есть час! Ни минутой больше.

— Все сделаем, босс. Вперед парни.

Отдав приказы, я поехал к месту происшествия. Карлос уже был там.

Я осмотрел лежащих на земле людей из моей охраны, избитые в мясо, живого места нет. Вокруг них уже суетилась бригада медиков, я не стал вмешиваться и вошел в дом.

— Что ж, Армандо. Не уберег ты моих девочек — задумчиво произнес дон Росси.

— Они живы? — обеспокоенно спросил я.

— Живы, но испорчены. Все до одной.

Я прошел наверх, поочередно открывая двери в комнаты. Повсюду стоял крик и плач, туда-сюда сновали стайки медицинских работников с успокоительным и наборами для оказания первой помощи.

— Как это случилось? — спросил я у заплаканной Мэри, которая раньше с улыбкой встречала меня у входа.

— Их было много. Смеялись, крушили тут все битами, орали! Всех клиентов выставили вон, построили нас у стены, а потом стали бить по лицу. Мне досталось меньше всех, я спряталась в потайном помещении за стойкой, когда началась бойня. Тем, кто сопротивлялся, они царапали ножами, лица, тела, везде, где могли достать. Срезали даже волосы. Уроды!! Твари!! — заплакала девушка, обнимая себя руками.

— Успокойся, Мэри. Езжай в больницу, тебя должен осмотреть врач, и проследи, чтобы каждой из девушек оказали помощь на высоком уровне.

— Хорошо, босс. Все сделаю.

Я вышел на улицу и закурил сигарету, еле сдерживая себя, чтобы не рвануть лично к Мартино у не разрядить в него целый магазин. Я понял, что медлить с созывом совета нельзя, отдал приказ заместителю о переносе сроков сбора и назначил новую дату — послезавтра.

Не успел я отдышаться от происшествия в публичном доме, как стали приходить новые сообщения о беспорядках в городе. Практически каждое заведение, которое не принадлежало мне, но охранялось моими бойцами — подверглось нападению. Клубы, казино, мотели, везде царил хаос, мне поступали десятки звонков от недовольных арендаторов, я мотался от одного здания к другому и объездил почти весь город в течение часа. Людей не хватало, наша больница была переполнена, в одночасье навалившийся беспорядок выбивал почву из-под ног, я устал как собака и еле держался.

Приехав домой уже глубокой ночью, я получил отчет от направленных в притоны наркоманов людей — все здания оказались пустыми. Ничего, ни людей, ни оборудования. Пусто.

И только тогда я осознал весь ужас ситуации. Это четко спланированная акция, грамотно подстроенная ловушка. Мартино не просто так нападал на неподконтрольные мне территории, это было сделано намеренно. Он лишал меня союзников, указывая мне и другим на мою беспомощность и слабость.

За один час он уничтожил меня и мою репутацию. Один час, время до подписания консильери документов на передачу бизнеса в Тренто. Теперь нас ничто не связывает, Мартино все продумал.

Мое влияние трещит по швам, клан, который держал в страхе весь Неаполь и добрую часть Италии теперь превратился в сборище бесполезных клоунов, а я стал шутом. Это конец?

Нет, не конец. Я не сдамся так просто, меня не сломить. На встрече с членами совета я обязательно получу поддержку и начну собирать армию против Севера. Нас ждет война, и она будет самой кровавой в истории итальянских мафиозных семей.

Карина

Арман почти не появлялся дома. Я видела его мельком, он стал мрачным и немногословным. Это давало мне возможность насладиться общением с Лукой в полной мере, но наши встречи после его возвращения из командировки стали очень редкими. Я встречалась с ним взглядом, когда он приезжал за Армандо, и могла дарить Луке только свою улыбку, а не прикосновения.

Практически всегда я была одна, за исключением пары охранников, стоящих у ворот, но сегодня ко мне пожаловал гость.

Я услышала шум на улице через приоткрытое окно и вышла на террасу.

— Да пустите же меня! Мне нужно поговорить с Кариной! Это срочно! — психовала Джемма, активно жестикулируя руками.

Боже, что нужно этой ненормальной? Зачем она сюда явилась?

Я подошла к воротам и попросила охрану впустить ее, уж лучше пусть выскажется и быстрее исчезнет, чем слушать ее концерты и крики.

— Зачем ты приехала?

— У меня к тебе важный разговор, Карина — улыбнулась Джемма.

Нехорошее предчувствие царапалось в груди дикой кошкой, а по спине забегали мурашки.

— Говори, раз приехала. Только быстро.

— О, подруга. Быстро не получится. Ты знала, что те форумы, на которых ты оставляла комментарии для девушек, ищущих себе в мужья донов мафии, ведет наш клан? — Джемма внимательно наблюдала за моей реакцией, а увидев весь ужас, которым наполнились мои глаза — злобно расхохоталась.

— Да-да, Карина. Это наших рук дело. И все те малолетние шлюхи, теперь работают на моего отца. Но это еще не все. Клан Герра — наши союзники. Именно они участвуют в поставках славянок и помогают наладить сбыт. И ты, милая моя, нужна была здесь для того, чтобы стать соучастницей. Мы бы повесили на тебя все: работорговлю, вербовку, запугивание, насилие и прочее. Ты стала бы козлом отпущения, так у вас говорят.

Я чувствовала, как кровь прилила к моему лицу, тело прошиб пот, а руки заметно тряслись, от накативших эмоций.

— Что ты несешь? Убирайся из этого дома сейчас же!

Джемма ухмыльнулась и бросила на стол стопку фотографий, я протянула руку к одной из них и замерла. На фото был Лука, а рядом с ним заплаканные, перепачканные в грязи девушки, фото Армана, стоящего в доме, а рядом с ним девушки, с изрезанными лицами.

Осознания жестокой правды пришло после того, как