Целуй меня страстно - Микки Спиллейн

Дежурный полицейский позволил мне воспользоваться телефоном. Он соединил меня с городом, и я набрал номер, полученный от Майкл Фрайди.

— Алло, это Майкл?

— Майк, это вы?

— Вы одна?

— Да... здесь никого нет.

— Ладно. Тогда слушайте. На Пятидесятой улице есть местечко под названием “Тексан”. Приезжайте туда как можно быстрее. Я буду ждать. Вы поняли?

— Да, но...

Я не стал дальше слушать и положил трубку. Это лучшее, что можно предпринять, если вы хотите заставить женщину поторопиться. Майкл и так потребуется не меньше часа, чтобы добраться до “Тексана”, а я успею за это время провернуть еще одно дело.

Я спустился вниз, поймал такси и назвал адрес Эла Аффии. Из-за дождя люди предпочитали сидеть дома, так что пробок на дорогах почти не было и мы домчались до дома Эла достаточно быстро.

Тут все оставалось по-прежнему. Кровь на полу запеклась и стала бордовой. В прихожей чувствовался какой-то неприятный запах, и чем ближе к комнате, тем он становился сильнее, я распахнул дверь и зажег свет. Из угла комнаты на меня насмешливо смотрел сам Эл Аффия. Его ухмылка была ужасна, потому что удар бутылкой сильно изуродовал его физиономию. Он был мертв. А ухмылка означала, что Эл умирал медленно.

То, за чем я пришел, исчезло. На столе лежали только две бумажки, остальные чертежи пропали. Я быстро снял трубку, набрал номер и сказал:

— Дежурный, быстро соедините меня с кем-нибудь из местного руководства ФБР.

И почти сразу же раздался голос:

— Федеральное бюро расследований. Моффат слушает.

— Вам неплохо бы приехать сюда, Моффат, — произнес я, положил трубку на рычаг и вышел из дома.

Они все разузнают. Этих ребят невозможно заметить в толпе, но у них повсюду есть глаза и уши, а уж дураками их никак не назовешь. Эти парни работают тихо, и о них никогда не пишут в газетах. Сотрудники ФБР всегда в курсе событий. Может быть, даже сейчас они знают гораздо больше, чем я.

Она уже поджидала меня в баре. Крепкая, красивая девушка с чувственным ртом. Глаза ее по-прежнему насмешливо поблескивали, но вокруг них и в уголках рта ухе пролегли легкие морщинки тревоги и невеселых раздумий. Я кивнул в сторону кабины, и она послушно последовала за мной. Мы сели. Она ждала, что я скажу, а я, забыв обо всем, вспоминал, как в последний раз был здесь с Вельдой.

Я взял сигарету, которую она мне протянула, закурил и, наклонившись к ней, спросил:

— Вы очень любите своего брата?

— Майк...

— Я задал вопрос.

— Но он же мой брат.

— Не родной.

— Это не имеет значения.

— Но он замешан в очень грязных делах. Он принимает в них непосредственное участие, моего деньги пахнут кровью и человеческими слезами, которые сопровождают все ужасные деяния мафии. Брат ваш — одно из звеньев в цепочке убийц и воров, однако вы любите его деньги. Как далеко простирается ваша любовь?

Она вздрогнула, словно я показал ей змею.

— Стойте, Майк, стойте!

— Вы можете принять его сторону либо мою, но никакой середины быть не может. И выбор за вами.

Внезапно лицо ее исказила судорожная гримаса, и ее рот не казался больше таким привлекательным. Она истерически всхлипнула, но сумела овладеть собой.

— Эл Аффия мертв. Но он только очередная, однако не последняя жертва... Так как же? Майкл медлила с ответом.

— Я с вами, Майк, — с усилием выговорила она наконец.

— Мне нужна информация о Берге Тори. Она опустила глаза.

— Ваш брат решил избавиться от нее. Почему?

— Он ненавидел эту девицу. Она была потаскушка, а он ненавидел потаскух.

— Она знала о его чувствах? Майкл покачала головой:

— Всем казалось, что он от нее без ума. Но когда мы оставались с ним наедине, он говорил о ней ужасные вещи.

— Как далеко он зашел?

Майкл как-то беспомощно посмотрела на меня.

— О, он содержал ее. Не понимаю, зачем он это делал.. Он ведь не любил ее. Девушка, которая ему нравилась, оставила его, потому что он все вечера проводил с Бергой. Карл страшно расстроился, когда та девушка ушла от него. Однажды ночью я слышала, как он в своем кабинете с кем-то поссорился из-за Берги. Он был тогда в таком бешенстве, что, выйдя из кабинета, напился, но после этого он уже никогда не встречался с Бергой. С ней он тоже ссорился.

— Вам известно, что Карла допрашивала комиссия Конгресса?

— Да. Но это, кажется, не беспокоило его, пока... пока он не услышал, что Берга собирается выступить против него.

— Но об этом нигде не сообщалось.

— У Карла есть друзья в Вашингтоне, — просто сказала Майкл.

— А он никогда не беспокоился об этом?

— Нет.

— Вернемся еще назад, моя радость. К предвоенным временам. Припомните, был ли тогда какой-то момент, когда Карл был очень встревожен?

Она нахмурилась и сжала руки:

— Откуда вы знаете? Да, был такой момент.

— Поговорим об этом, только не будем спешить. Подумайте хорошенько. Что он делал?

На ее лице отразился панический страх.

— Я... ничего... Он почти не бывал дома. Он тогда вообще не разговаривал со мной. Когда он был дома, то в основном разговаривал по телефону с другими городами. Я хорошо это помню, потому что однажды пришел счет на тысячу долларов только за один месяц.