Дело о молчаливом партнере - Эрл Стенли Гарднер

– Какие делишки?

– Я имею в виду Шиндлера Колла, Эстер Дилмейер, нечестнуюигру на скачках, продажу сведений о лошадях.

– И тем не менее с Шиндлером Коллом вас связывалиприятельские отношения?

– Да я вообще не был с ним знаком до прошлой ночи – вернее,до сегодняшнего утра, когда зашел к нему лишь потому, что он сам попросил меняоб этом.

– И что ему было нужно?

– Вот об этом-то я и хотел с вами поговорить.

– Так говорите.

– Колл считает, что нам нужно действовать сообща. Он сказал,что вы будете защищать убийцу, постараетесь отвести от нее подозрения и…

– А почему вы говорите «от нее»? Почему не «от него»?

– Потому что я думаю, что это была женщина.

– С чего вы это взяли?

– У меня есть на то свои причины.

– Ладно, Колл попросил вас прийти. Он решил, что я будузащищать убийцу. Ну и что с того?

– Он говорил, что вы коварны, как сам дьявол, и непременнопостараетесь добиться того, чтобы ваш клиент был оправдан.

– Так это же естественно.

– И что ради этого вы попытаетесь повесить убийство накого-то другого. Колл сказал, что он уже долгое время наблюдает за тем, как выпредставляете дела в суде. Он утверждает, что вы никогда не пытаетесь простодоказать невиновность своего клиента, а стараетесь перевести стрелки на кого-тодругого, и, по словам Колла, вам это слишком часто удавалось. По его мнению, высначала намечаете себе кого-то на роль будущей жертвы, а потом сбиваете с толкуприсяжных и навязываете им свое мнение.

– И что, он позвал вас с утра пораньше исключительно длятого, чтобы просто поделиться с вами этими своими наблюдениями?

– Нет, скорее для того, чтобы общими усилиями предпринятьсоответствующие действия, дабы обезопасить себя.

– Иными словами, заблаговременно позаботиться о том, чтобы яне смог повесить это убийство на вас или на него?

– Так точно.

– Что ж, а идея сама по себе неплохая, – задумчивопроговорил Мейсон. – Спасибо, что подкинули ее мне.

– Всегда пожалуйста, – отозвался Мейгард и едва заметноулыбнулся.

– Итак, сначала вы посовещались с ним, – уточнил Мейсон, – азатем прямиком отправились ко мне. Почему?

– Потому что я подумал, что вам следует быть в курсе того,что замышляет Колл. Он хотел, чтобы я обеспечил ему алиби, и предложил сказать,что мы были вместе, и тогда у меня тоже будет надежное алиби.

– Но вы все-таки решили с ним не связываться?

– Именно так.

– Почему?

– А потому, – на этот раз улыбка Мейгарда оказалась гораздошире, – что алиби у меня уже есть.

– А у Колла его нет?

– Такого, чтобы было безупречным, нет.

– А у вас, стало быть, алиби стопроцентное?

– Естественно.

– Так чего ради вы пришли ко мне?

– Потому что мне кое-что нужно.

– Что же именно?

– Видите ли, мистер Мейсон, я ведь не дурак и знаю, чтокогда вы беретесь за дело по-настоящему, то идете напролом. Мне известно, чтоЛинк был замешан во многих неблаговидных делишках. Положение и так хуже некуда,а тут еще и вы… Ведь вам ничего не стоит представить все это во сто кратужаснее.

– И вы хотите, чтобы я не слишком усердствовал?

– Нет, дело не в этом. Но я буду вам весьма признателен,если вы станете добиваться оправдания своего клиента, не поднимая шума вокругмоего бизнеса.

– Ничего не могу вам обещать.

– Я и не ожидаю этого от вас.

– Но разве полиция не закроет вас в любом случае?

Тройной подбородок Мейгарда заколыхался, а губы растянулисьв такую широкую улыбку, что маленькие глазки буквально утонули в складках жираот наехавших на них щек.

– А уж это вы предоставьте мне, мистер Мейсон.

– Я так и сделаю, – пообещал Мейсон. – Так что же выпредлагаете?

– Я кровно заинтересован в том, чтобы с вашего клиента былисняты все подозрения, прежде чем дело попадет в суд.

– Чтобы, значит, избежать широкой огласки?

– Именно.

– И что вы хотите взамен?

– Я хочу, чтобы вы не слишком откровенничали с газетчиками.Если будет назначено предварительное слушание, вы уж как-нибудь постарайтесь повозможности поменьше упоминать о «Золотом роге».

– Не пойдет, – покачал головой Мейсон.

– А вы не спешите с ответом, – продолжал Мейгард, упреждающеподнимая пухлый палец. – Ведь вы еще не выслушали мое предложение до конца, а уменя, к вашему сведению, есть одна немаловажная оговорка. Итак, я хочу, чтобывы, насколько это возможно, поменьше упоминали о «Золотом роге», если это небудет противоречить интересам вашего клиента.

– Ну, это совсем другое дело.

– Я знал, что мы договоримся.

– Я не собираюсь связывать себя какими бы то ни былообязательствами перед вами, Мейгард, – заметил Мейсон. – И не даю вам никакихобещаний. Я не…

Мейгард нетерпеливо перебил его, вскинув руку и покачиваяладонью так, словно собирался затолкать слова обратно в рот адвокату.

– Мистер Мейсон, ну к чему вся эта спешка? И вовсе незачемтак горячиться. Ведь если ваш клиент лишь выиграет от того, что вы не станетеменя топить, вы ведь не будете этого делать, не так ли?

– Но интересы моего клиента всегда будут стоять для меня напервом месте.

– Значит, вы согласны?

– Да.

– Вот и хорошо. Я буду держать вас в курсе всего, чтопроисходит, и можете не сомневаться, я предоставлю в ваше распоряжение весьмаценную информацию, чтобы вы наконец поняли, насколько я могу оказаться вамполезен. Время от времени я буду захаживать сюда и сообщать новости из первыхрук – но только до тех пор, пока вы не начнете поливать грязью «Золотой рог».Вы не берете на себя никаких обязательств, ничего мне не обещаете и можете влюбой момент, как только сочтете нужным, публично смешать меня с дерьмом. Нотолько после этого никаких сведений от меня вы больше не дождетесь.

– Тогда давайте начнем прямо сейчас, – предложил Мейсон.

– Что вы хотите узнать?

– А как насчет Пивиса? Через кого он действовал: через Линкаили все-таки через Колла?