По дороге к смерти - Джеймс Хедли Чейз

— Вполне может быть. Думаю, в словах Тома что-то есть. Соло одно время был связан с Лысым. У Лысого был белый пластиковый чемодан с красной полосой, и он оставил его в аэропорту. Митчелл, работающий на Соло, берет белый пластиковый чемодан с красной полосой. Да… Том действительно напал на след.

Лепски просиял, наклонился вперед, почти перевернув стул.

— Да я уверен! Слушайте, шеф, может, сходить к Соло и заломать руки Митчеллу? Он может расколоться.

Террелл опять зажег трубку: она потухла. Он немного подумал, потом покачал головой:

— Нет, пусть сначала что-нибудь произойдет. — Он повернулся к Хессу: — Давайте-ка узнаем что-нибудь о Митчелле. Дайте телекс в Вашингтон.

Хесс указал толстым пальцем на Лепски:

— Ты смотрел его документы… дай-ка мне сведения.

Лепски напряг мозги. Он лишь взглянул на документы Гарри Митчелла, но память у него была хорошая. Секунду помолчав, он произнес:

— Гарри Митчелл. Старший сержант. Третий парашютный полк. Первая рота.

Хесс смотрел на него со сдержанным одобрением.

— Однажды… может, лет через десять, Лепски… из тебя получится неплохой сыщик.

Увидев, что Лепски багровеет, Террелл сухо сказал:

— Хватит, Фред! Дай телекс!

Когда Хесс вышел, Террелл продолжил:

— Ты все правильно делаешь, Том. Только не очень напирай на это. Может, выяснишь, что можно узнать об этих двоих, Гансе Ларсене и Джейси Смите. Если это выходит за пределы нашего участка, сперва скажи мне, потом действуй.

— Да, шеф.

Лепски направился к двери, потом остановился:

— Вы действительно думаете, что я все правильно делаю?

— Ты слышал слова шефа, — зарычал Беглер. — Шевелись!

Лепски вышел, чуть не столкнувшись с входящим в кабинет Максом Джейкоби, и прошел к своему столу.

Террелл посмотрел на Джейкоби, появившегося в дверях:

— В чем дело, Макс?

— Только что позвонил Ретник. Он проверял первое шоссе. Говорит, получил описание двух мужчин, которые вели «мустанг», похожий на машину Лысого. Он говорит, там был еще фургон.

Террелл и Беглер переглянулись.

— Фургон?

— Он так говорит.

— Скажи, чтоб живо возвращался.

— Он уже едет, шеф.

Когда Джейкоби вернулся за свой стол, Террелл сказал Беглеру:

— Что ты теперь об этом думаешь, Джо?

— Что-то вырисовывается. Мы нашли Лысого. Мы нашли «мустанг». Теперь возникает фургон. Мы гадали, как могло тело Лысого попасть на Хеттеринг-Коув. Может быть, его везли в фургоне? Думаю, надо начать поиски фургона.

— Я займусь этим. — Террелл просмотрел записи, которые Беглер делал во время рассказа Лепски. — Но все это… — Он выбил свою трубку и начал снова ее наполнять. — Это все же может быть делом ЦРУ, Джо. Может, надо доложить об этом?

— Все еще отрабатываешь версию о стороннике Кастро?

Террелл зажег трубку.

— Да. Смотри-ка, что мы имеем. Мне кажется, ключ ко всему этому — тот факт, что Лысый был коммунистом, обожавшим Кастро. Двадцать четвертого марта он прибывает в Веро-Бич, где нанимает у Джека Томаса судно плюс двоих парней. Конечный пункт — Гавана, если можно верить тому, что Голди Уайт рассказала Лепски. Похоже на то, что Лысый занимался контрабандой, и это было связано с Кастро. Если верить его подружке, судно перехватили и утопили. Потом, месяца два спустя, Лысый появляется снова и пытается взять напрокат катер Доминико. Когда ему это не удается, он идет к О'Брайену, чтобы занять денег; когда ему и это не удается, он просит свою подружку подвезти его в Веро-Бич. Оставив ее у Додо Хаммерштейн, он возвращается сюда, кладет свой чемодан в ячейку камеры хранения в аэропорту, потом возвращается в Веро-Бич, где берет напрокат «мустанг» на имя Джоэла Блэча. Потом он внезапно исчезает, и ходят слухи, что его кокнули. Через два дня мы находим «мустанг», который приводит нас к могиле Лысого. Человека — по описанию это спасатель, нанятый Доминико, — с чемоданом, похожим на чемодан Лысого, Лепски видел в аэропорту. — Террелл, нахмурившись, выпустил клуб дыма. — Дело движется, но мы все еще не знаем ни что провозил Лысый, ни кто его убил. Нам еще копать и копать, но мне все более ясно, что Лысый провозил контрабанду на Кубу, и это заставляет меня думать, не лучше ли передать дело в ЦРУ. Они могут все провернуть лучше и быстрее.

— Вы сказали, через пару дней, шеф, — напомнил Беглер. — У нас еще день с четвертью.

Террелл колебался.

— Да… ну ладно, Джо. Иди к себе. Я еще подумаю.

Через полчаса в офис вошел детектив третьего класса Ред Ретник, высокий мускулистый молодой человек с огненно-рыжими волосами.

При виде его Беглер махнул рукой в сторону кабинета Террелла, встал и заорал, чтобы Чарли Тэннер принес кофе, потом присоединился к Ретнику и вошел в кабинет. Ретник сделал краткий отчет, Беглер стенографировал.

— Вечером в четверг двое мужчин, ехавшие в «мустанге» с прицепным фургоном, остановились выпить кофе в круглосуточном ресторане Джексона, — сказал Ретник. — Водитель грузовика, сидевший в это время в кафе и заглянувший туда на обратном пути, когда я наводил справки, дал описание этих двоих мужчин.

— Погоди секунду, Ред, — перебил его Террелл и повернулся к Беглеру: — Давай сюда Лепски.

Беглер выглянул из кабинета и громко позвал Лепски, печатавшего свой отчет. Когда Лепски вошел в кабинет, Террелл попросил Ретника продолжать.

— Старший из этих двоих был выше шести футов, атлетического сложения, глаза голубые, сломанный боксерский нос. На нем были солдатские брюки цвета хаки и такая же рубашка.

— Это Гарри Митчелл, — прокомментировал Лепски. — Никакого сомнения.

— Давай дальше, Ред, — скомандовал Террелл, вновь зажигая трубку.

— Второй был помоложе, хлипкий, длинные черные волосы до плеч, тонкое лицо.

— Что-нибудь тебе говорит? — спросил Террелл, глядя на Лепски.

Лепски покачал головой:

— Ни намека. — Он поднял глаза к потолку, поигрывая пальцами. — Стойте-ка! Это может быть бармен Соло. Он появляется к открытию сезона. Я его видел в прошлом году. По описанию подходит. Рэнди… как его… Броуч? Что-то в этом роде. Слушайте, шеф, может, мне сходить сегодня вечером в ресторан? Соло пригласил меня с женой бесплатно поужинать. Можно воспользоваться предлогом и посмотреть, как там.

Террелл подумал, потом кивнул:

— Да, но помни, Том, действуй осторожно. Мы ничего не будем предпринимать, пока я не узнаю что-нибудь о Митчелле… ясно? — Он взглянул на Беглера. — Из Вашингтона пока ничего нет?

Беглер покачал головой: