Женщина-ловушка - Марина Серова

Выходя из зала, я чуть не столкнулась с крепким, высоким мужчиной в спортивной куртке «Найк».

– Людмила, заканчивай свою канитель! Хватит на сегодня работать, – распорядился мужчина, словно был директором этого заведения.

Во второй раз закинула Таня невод. И вышел невод с травою морскою!

Я заглянула в список и порулила по следующему адресу.

В добротном довоенном доме на проспекте Октября жила, по данным ГИБДД, Мария Владимировна Златорева.

«Ловись, ловись, рыбка, мала и велика», – подумала я и позвонила в квартиру.

Дверь, по-видимому, оказалась не заперта, и навстречу мне, виляя хвостом, выскочила такса. Пес попытался подпрыгнуть, чтобы лизнуть гостью, но не сумел и закружился неуклюжим волчком.

– Плохо ты стережешь свою хозяйку. – Я погладила собачку по гладкой шерстке.

– Жуля! Кто там к нам пожаловал?

На запоздалое погавкивание пса вышла поджарая, строгого вида женщина лет пятидесяти. Властность и непоколебимость чувствовались в каждом ее шаге и жесте.

– Вы ко мне? – очень сдержанно спросила она, отстраняя от меня таксу.

– Я хотела бы поговорить с Марией.

– Проходите в комнату, – вежливо, но по-прежнему холодно предложила хозяйка.

Я прошла, уселась на предложенный стул и принялась ждать Марию. В комнате стояла тишина. Похоже, кроме меня, строгой дамы и таксы, в квартире никого не было.

– Так зачем вам нужна Мария? – спросила меня дама.

– Я веду расследование по делу об убийстве, и мне хотелось бы задать Марии несколько вопросов.

– Соответствующие документы у вас при себе?

– Да, конечно.

– Можно взглянуть?

Я протянула женщине лицензию.

– Полина Степановна, – представилась она и тут же обеспокоенно спросила, какое отношение к этому имеет ее племянница.

– Думаю, Маша оказалась случайным свидетелем совершенного преступления. Своими показаниями она могла бы помочь расследованию.

Мне показалось, что Полина Степановна облегченно вздохнула.

– При каких обстоятельствах Мария оказалась свидетелем преступления? – тревога вновь охватила хозяйку квартиры.

– Ваша племянница посещала спортивный клуб «Зебра»?

– «Зебра»? Не знаю. Кажется, раньше она занималась в «Лотосе». Очень может быть, что Маша поменяла клуб. Это в ее характере.

– Убийство произошло в здании напротив спортивного клуба.

– Да, да, понимаю... но ведь это может быть опасно для Марии! Что, если преступник тоже обратил внимание на девочку?

– Вот поэтому я и хочу срочно поговорить с вашей племянницей.

– Даже не знаю, что делать, – растерянно произнесла Полина Степановна. – Дело в том, что Маша уже два месяца тут не живет. Характер у меня строгий, а Маша – девочка ранимая. Все понимаю, что надо бы с ней помягче, понежнее, но сделать с собой ничего не могу. Всю жизнь я проработала на ответственных должностях: сначала в райкоме партии, дошла до должности первого секретаря. А когда партии не стало, мне предложили место начальника отдела кадров в паспортном столе нашего района. Пришлось наводить порядок там. Маше, конечно, было трудно со мной ужиться. Она и без того немало натерпелась.

– С ней что-то случилось? – больше из уважения, чем из любопытства спросила я.

Оказалось, в свои двадцать лет Мария имела богатое прошлое и смерть двух мужей за плечами. Она приехала в Тарасов к своей тетушке из крошечного городка Пластунец, единственным достоинством которого было то, что он находился в часе езды от Сочи и теплого Черного моря.

Еще недавно, какие-то два года назад, Маша жила вместе с алкоголичкой матерью и инвалидом отчимом. Она, школьница старших классов, не могла себе позволить даже такую мелочь, как целые, нештопаные колготки. Одноклассницы над ней посмеивались и не хотели дружить.

После окончания школы жизнь Марии резко изменилась. Она устроилась горничной в богатую семью высокопоставленного чиновника. Огромная квартира, где чиновник жил со своей женой и сыном, обставленная современной мебелью и набитая множеством электронной техники, казалась Марии дворцом, а хозяин Борис Маркович – сказочным принцем.

Скоро Маша поняла, что Борис Маркович к ней неравнодушен. К месячной зарплате стали прилагаться импортные кофточки и модные юбочки. Потом последовало недвусмысленное предложение провести выходные вдвоем на яхте.

Мария оказалась честной девушкой. Предложение Бориса Марковича отвергла и уволилась с работы.

Однако влюбленный чиновник с чувствами справиться не смог, развелся с женой и сделал Марии предложение.

Квартиру с шикарной мебелью он оставил жене, а молодожены начали свою совместную жизнь, снимая небольшую однокомнатную квартирку у одного из друзей Бориса Марковича.

Прожили они вместе всего полгода. Борис Маркович был за руку пойман на взятке, и его осудили на четыре года с конфискацией имущества. Правда, конфисковать у чиновника особо было нечего – квартиру молодожены снимали, а денег на счетах не оказалось, за полгода молодые ничего не успели нажить.

Мария окончила краткосрочные курсы секретаря и устроилась на работу в издательский дом «Фурор». Оклад девушке назначили небольшой, но работа была не пыльная, к тому же издательство иногда посещали знаменитые авторы, от которых пахло вкусной жизнью. Там Мария и познакомилась со своим новым мужем Романом Златоревым – прославившимся своими кровавыми детективами о неуловимом маньяке-убийце Башиле, что по Толковому словарю Даля можно перевести как баловник или шалун.

Узнав о новом увлечении Марии, Борис Маркович очень осерчал, объявил голодовку, а затем подцепил какую-то тюремную хворь и скончался.

Мария перебралась к Златореву. Начался новый этап ее жизни, с банкетами, вечеринками и презентациями. В издательство она уже не ходила, носила одежду только из дорогих бутиков и ездила на шикарном красном «Пежо».

Но семейное счастье длилось недолго. Не прошло и года, как шалун и баловник Златорев увлекся балериной из местного театра. Браку грозил развал. Но закончился он совсем по другой причине.

На турбазе, где Златорев отдыхал со своей новой пассией, случился пожар. Кемпинг, в котором Роман и балерина крепко спали после страстных объятий, прилегал к деревянному строению столовой. По халатности кого-то из поваров, забывших выключить газовую плиту, и в силу природных явлений, позволивших ветру поиграть с тонкой занавеской, вспыхнуло пламя. С деревянного корпуса столовой пожар переметнулся на близлежащий кемпинг и буквально за полчаса расправился с домиком и его обитателями.

– Бедная девочка, – вздохнула Полина Степановна. – Она ведь надеялась на мою поддержку, а я не сумела согреть ее душу.

– Не расстраивайтесь так, Полина Степановна. Все у вас наладится, – как могла, постаралась утешить я хозяйку.