Женщина-ловушка - Марина Серова

– Да, да. Может быть, – не слишком уверенно согласилась она.

– Скажите, а где снимает квартиру ваша племянница?

– Ох, если бы я знала, – пожала плечами женщина. – Маша как съехала от меня, так больше и не появлялась. Прописана здесь, а где живет, неизвестно.

– И не звонила ни разу? – поинтересовалась я.

– Один раз. Позвонила недели три назад, обещала зайти, да так и не зашла.

Строгое лицо Полины Степановны сделалось напряженным.

– А телефон племянницы у вас есть?

– Телефон-то есть, только никто по нему не отвечает. Попробуйте поискать Машу в спортклубе. Если не найдете в этой самой «Зебре», то обратитесь в «Лотос». Не думаю, что она бросила теннис.

– Теннис? – удивленно переспросила я.

– Ну, да. Она увлеклась игрой еще при Борисе Марковиче.

Я попрощалась с Полиной Степановной и вернулась в машину.

Ничего не понимаю! Неужели выстрел опять холостой? Да уж, всю жизнь любила такие вот приколы! Однако история Марии очень настораживает. Придется потрудиться и отыскать эту теннисистку, которая вполне могла бы оказаться той самой посетительницей фитнес-клуба.

Ужасно хотелось курить, я потянулась за сигаретами и обнаружила, что пачка пуста. Запасной в бардачке тоже не оказалось. Неужели я выкурила все сигареты? Смяв с досады ненужную пачку, я раздраженно швырнула ее в урну, стоящую у дороги. Не попала. Комок картона, стукнувшись о железный бок, отлетел в лужу.

«Отоварюсь в первом попавшемся магазине», – решила я.

Большой торговый зал самообслуживания был забит всевозможными продуктами и товарами – от мягких булок и аппетитных колбас до китайских салатов и чистящих средств. Милые девочки со значками «продавец-консультант» проворно орудовали за кассами, а умные устройства машин-компьютеров безостановочно считывали данные с наклеек и этикеток баночек и пакетов. Но несмотря на быстрое обслуживание и наличие в зале пяти касс, в каждую из них выстроилась огромная очередь. Рабочий день закончился, и тарасовский люд с голодным блеском в глазах принялся крушить прилавки магазина.

Я пристроилась за усатым мужчиной кавказской национальности. По моим наблюдениям, очередь к этой кассе двигалась наиболее проворно.

У входа в магазин бойкий паренек с рупором зазывал покупателей поучаствовать в беспроигрышной лотерее. За пятьдесят рублей можно было выиграть ящик пива, коробку бананов или пачку зеленого чая.

«Снова этот зеленый чай!» – подумала я и тут увидела проходящую мимо зазывалы Вику.

Везет же мне сегодня на секретаршу Малышеву! Опять жди беды!

На минуту паренек оторвался от громкоговорителя – похоже, нашелся желающий приобрести залежалый товар. Вика тоже остановилась, достала из кармана телефон и поднесла к уху.

– Артем? – удивленно переспросила она и испуганно окинула взглядом толпу у кассы.

Я метнулась за широкую спину кавказца. Вика не заметила моего присутствия и, прикрыв аппарат ладошкой, прошла в торговый зал. В считаные секунды я вытащила из сумки наушник и воткнула его в ухо. Тишина. Только тут я заметила, что сумки, в которую я подложила Вике «жучок», у нее с собой нет.

С трудом протискиваясь против течения очереди, я выбралась обратно к прилавкам. Вика продолжала разговаривать по телефону с Артемом. Однако единственное, что мне удалось расслышать, это ее обещание подъехать.

Закончив разговор, девчонка резко повернулась в мою сторону. Я юркнула за холодильный ящик с мороженым, неудачно задела коленкой металлический корпус и, чуть не взвыв от боли, сползла на пол.

– Вам помочь? – спросил проходивший мимо мужчина.

– Не надо! – затрясла я головой и, отлепившись от пола, выглянула из-за прилавка.

Краем глаза я увидела, как Вика таращится на холодильник, и нырнула обратно вниз.

– Давайте-ка я вам все же помогу. Вы, наверно, сильно ушиблись? – не унимался сердобольный мужчина.

– Спасибо, не стоит. Я просто устала и хочу здесь посидеть!

Мужчина подозрительно на меня посмотрел, но все же переместился в другое место. Пригнувшись, на полусогнутых коленях я добралась до высоких стеллажей с винно-водочными изделиями и стремглав вылетела из магазина, забыв расплатиться за сигареты.

«Потом заплачу», – решила я и, чтобы заглушить боль в колене и снять напряжение, закурила.

Скоро в дверях магазина показалась Вика Малышева с огромным пакетом в руках. Вела себя она очень странно: переходила с одной стороны улицы на другую, то шла неторопливо, то вдруг начинала ускорять шаги и едва не бежала. Возможно, Вика подозревала о том, что за ней следят, и пыталась сбросить «хвост». Она напоминала плохо подготовленного шпиона, провалившегося на первой же явке.

Скоро девчонка убедилась, что «хвоста» за ней нет, и спокойно зашла в аптеку.

Вика не появлялась довольно долго.

Я терпеливо ждала. Интуиция подсказывала мне, что скоро произойдет очень значимое событие в моем расследовании – Вика выведет меня на курьера Скороходова. Собственно, дело было даже не в интуиции, которую я не считаю непогрешимой, а в логических соображениях и услышанных фразах телефонного разговора Малышевой с курьером. Ведь где бы ни скрывался Артем, ему необходимо было поддерживать связь с внешним миром. А кому он мог довериться, если не любимому человеку, которого знал со школьной скамьи?

Вика выскочила из здания в тот момент, когда к остановке напротив аптеки подкатил какой-то автобус и загородил мне обзор. Я потихоньку проехала мимо, но девчонки и след простыл. На табличке за лобовым стеклом я прочитала маршрут движения автобуса: «Автовокзал – Дачный поселок» – и догадалась, что Вика успела запрыгнуть в переполненный салон.

Автобус тронулся, за ним не спеша поехала я.

На город давно опустились сумерки, высветив неоновыми огнями вывески магазинов и нарядные витрины. Фасады домов, серые и невыразительные днем, теперь, залитые ярким светом, заметно преобразились.

Покачиваясь из стороны в сторону, автобус продолжал двигаться по намеченному маршруту.

Жизнь за пределами городской черты протекала значительно медленнее, напрочь лишенная освещения дорога теперь петляла вдоль корпусов бывших заводов и низких, по пояс ушедших в землю домиков.

Автобус ехал осторожно. Водитель, вероятно, не забывая о русской традиции оставлять ямы в середине проезжей части, несколько раз останавливался перед большими рытвинами и, реально оценивая перспективы сгинуть в преисподней, предусмотрительно давал задний ход. С тем же успехом продвигалась и я.

Народу в общественном транспорте значительно поубавилось, и я уже видела Вику, сидящую на заднем сиденье ко мне спиной. Она дремала. Похоже, монотонное покачивание автобуса и приглушенный гомон в салоне ее успокоили.