Убийцы Мидаса - Питер Аспе

– Значит, этот были не обычные вандалы?

– Боюсь, что нет, Питер.

Лео сел на стул и расстегнул куртку.

– Грамменсу даже удалось узнать, откуда мог быть завезен этот детонатор, – продолжил он с торжествующей улыбкой. – Вообще-то такие детонаторы используются только в военных целях.

– Это уже что-то, – оживился Ван-Ин. – Если детонаторы были украдены с какой-нибудь военной базы, то наверняка об этом сообщили в соответствующие службы.

– Нам нужно проверить три европейских страны, – начал Лео.

– Германию, Францию и Великобританию, – продолжил Ван-Ин.

– Как ты догадался? – удивленно глядя на комиссара, спросил Лео.

– Все очень просто, – с невозмутимым видом ответил Ван-Ин. – Фрицы изобрели детонатор, французы купили у них изобретение, а британцы получили их бесплатно от американцев.

– Может быть, мне стоит связаться с Европолом? – спросил Версавел и выключил свой компьютер, понимая, что должен принять в этом разговоре непосредственное участие.

– Связаться с Европолом? Не смеши меня, Гвидо. Мы будем ждать от них ответа до второго пришествия.

– Но ситуация действительно очень серьезная. Мы должны что-то делать, – сказал Лео. – У террористов такого уровня, как правило, нешуточные намерения.

– А я-то надеялся, что памятник взорвала кучка взбунтовавшихся студентов, – вздохнул Ван-Ин.

Он открыл папку, которую принес Лео, и прочитал первый абзац.

– Анализ письма и конверта ничего не дал, – сказал Лео. – Давай лучше я все расскажу тебе сам.

Ван-Ин отложил папку и стал внимательно слушать Ванмаэля.

– На письме были обнаружены только отпечатки мэра, Картона и твои, – начал Лео. – Преступники их не оставили. Что касается конверта, то, кроме вышеперечисленных лиц, мы смогли найти на нем отпечатки нескольких человек. Но, скорее всего, они принадлежат почтальону, фасовщице, секретарше мэра и еще десяткам людей, которые трогали конверт, но к нашему делу не причастны. Этих отпечатков нет в базе данных. Думаю, что, раз уж они не оставили отпечатков на письме, значит, позаботились и о конверте.

– Логично, – проворчал Ван-Ин.

– Но у меня есть и хорошая новость, – поспешил обрадовать его Лео. – Я показал письмо одному специалисту-филологу.

– Боже мой, Лео! – воскликнул Ван-Ин. – Ты же обещал мне…

– Не волнуйся, Питер. Я скопировал письмо и тщательно зачеркнул некоторые фразы. Так что этот специалист не понял, о чем в действительности идет речь, – заверил комиссара Лео.

– Слава богу, – вздохнув с облегчением, кивнул Ван-Ин.

В груди у Ван-Ина опять закололо, но он не обратил на это никакого внимания.

– В письме есть речевые конструкции, которые валлоны и французы никогда не используют, – продолжил Лео. – Филолог считает, что это письмо было переведено на французский с голландского. Такие речевые конструкции используют, как правило, голландцы.

– Голландцы… Это интересно, – задумчиво проговорил Ван-Ин. – Есть какие-то новости из голландской полиции, Гвидо?

Версавел нервно покрутил ус и ничего не ответил.

– Вчера я не успел с ними связаться, – виновато проговорил Версавел. – Я был занят тем, что…

– Да, это я виноват, – поморщился Ван-Ин. – Мы должны немедленно с ними связаться.

Версавел просиял и вскочил со стула.

– Я сейчас же отправлю им факс, комиссар, – заверил он.

– Я буду безмерно благодарен тебе за это, Гвидо.

– Кстати, нам поступила жалоба по поводу поддельного чека, – нахмурившись, сообщил Версавел.

Ван-Ин удивленно посмотрел на Версавела:

– Что еще за поддельный чек?

Сержант положил чек на стол перед Ван-Ином.

– Узнаешь? – спросил он.

Ван-Ин взглянул на чек и вдруг страшно побледнел. Конечно же он сразу узнал этот чек.

– Вот ведь сучка, – задыхаясь, пробормотал он.

– Нам еще повезло. Если бы обстоятельства сложились иначе, завтра утром этот чек лежал бы на столе у окружного прокурора, – мрачно констатировал Версавел.

– И что теперь? – с беспокойством спросил комиссар.

– Ты родился под счастливой звездой. Это произошло во время дежурства Вербека. Если бы дежурил какой-нибудь другой полицейский, ты полетел бы отсюда ко всем чертям, – заверил Версавел Ван-Ина.

– Ты просто ангел, Гвидо. Вербек составил рапорт об этом происшествии?

Версавел вытащил из кармана брюк лист бумаги.

– А он не стал возражать, когда ты решил забрать у него рапорт? – спросил Ван-Ин.

– Нет, не стал. Вообще-то Вербека уже ничем не удивишь. Даже если бы к нему в спальню среди ночи зашел голый сантехник, чтобы починить прохудившуюся трубу, Вербек и глазом бы не моргнул, – съязвил Версавел. – По правде говоря, я сделал это ради Ханнелоре, комиссар.

Ван-Ин опять вспомнил о Муции Сцеволе, который жег свою руку до тех пор, пока она полностью не обгорела, чтобы доказать Персенне, что в дальнейшей осаде Рима нет никакого смысла. Версавел, судя по всему, был скроен из того же теста, что и этот римский аристократ.

– Ты, как всегда, делаешь слишком поспешные выводы, – заметил Ван-Ин, чтобы как-то охладить пыл своего подчиненного.

– Думаешь, я поверю, что ты всю ночь рассказывал Веронике сказки? – с презрением спросил Версавел.

– Нет, я хотел получить от нее информацию, Гвидо.

– Совсем как Джеймс Бонд, – усмехнулся Версавел.

– Да, Гвидо. Я, как и он, хотел получить информацию. Не более того. Вчера она рассказала мне…

– Так, значит, ты действительно был там? – тоном прокурора, обвиняющего подсудимого во всех смертных грехах, спросил Версавел.

Ван-Ину стало стыдно. Он опустил глаза, чтобы не встречаться с Версавелом взглядом. Ван-Ин знал, что Версавел осуждает его за связь с Вероникой, и понимал, что он прав.

– Начнем с того, что я с ней порвал. Между нами все кончено, – сказал Ван-Ин. – И на этот раз все действительно очень серьезно. Я вычеркнул ее из своей жизни. Навсегда. Поверь мне.

– Ты уже столько раз это обещал, комиссар… Не беспокойся, сегодня же вечером я сам зайду в бар и заплачу этой шлюхе. А теперь вот что я тебе посоветую. Просто порви этот поддельный чек и давай поговорим о чем-нибудь другом.

В последний раз Ван-Ин плакал на похоронах своей матери. Но благородство Версавела тронуло его до слез. Он и предположить не мог, что Версавел так к нему относится.

– В кофеварке еще остался кофе, Гвидо? – спросил Ван-Ин, чтобы перевести разговор на другую тему.

Версавел сразу же понял намек комиссара.