Бандерша - Алексей Комов

Телефон!

В смысле звонит…

Как много нам открытий чудных готовит вдруг внезапный звонок – наверное, Пушкин мог бы написать нечто подобное, будь в его время телефоны.

– Аллё!

– Привет, Олег! – это был Валера. Как раз вовремя. Мне бы надо было синхронизировать действия.

– Привет! Ты вовремя!

– Как дела? – ответил он несколько не впопад. И я понял, что у него есть какая-то информация. И она меня не обрадует!

– Это ты хорошо спросил. Мои дела сейчас твоими молитвами продвигаются.

– Это да… – он был явно смущен. И не знал, как подступиться к пакости, которой он хочет по-дружески поделиться со мной.

– Валер, не крути! Колись, что случилось?

– Олег, скажи честно: ту тысячу, что Элеонора тебе передала ты не тратил?

– Нет. Тебе что в долг нужно?

– В долг мне не надо… Ты понимаешь какое дело…

– Не тяни кота за хвост. Что произошло?

– На меня бандиты наехали.

– Оп-па… – только и мог я сказать.

– Ага, полная ж. а!

– С какой такой стати? Мы еще и делать ничего не начали.

– Ну, вот поэтому и наехали!

– Ничего не понимаю. Они что хотели едва заплатив, сразу результат получить?

– Да нет, все совершенно наоборот…

– Давай по порядку! – начал злиться я.

– Даю по порядку. – послушно сказал Валерка. – В общем, с утра мне позвонил какой-то пыхтящий тип и достаточно популярно объяснил, что наша Элеонора полезла не в свои дела. Точнее – не в свои деньги. То, что она дала нам, как аванс, бабки не её, а из общака.

– Мы тут при чем? Я к ней с ножом к горлу не приставал?

– Их это трогает? Я вон уже начал писать песенку для неё… Короче, я не стал разбираться, и сказал, что просто отдам.

– Нет, ну это уже беспредел!

– Ты в ООН жаловаться собираешься? Или заяву в ментуру накатаешь?

– Ну да… точно…

– Вроде как они собираются сами заняться её раскруткой. Пойти в известную продюсерскую фирму… «Московские маэстро», кажется. Там Изя Пятецкий рулит, наверное, знаешь?

– Да уж слышал… Думая, что уж кто, кто, а Изя их обует с ног до головы. Он любого бандюгана вокруг пальца обведет. Старая добрая школа московской филармонии, организации левых концертов и вселенского чёса лучше всяких университетов в этом деле! – со злости выпалил я.

– Олег… вот еще, – понял, готовится еще одна бяка.

– Давай уже, добивай!

– Ну, я растерялся… Они надавили… Знаешь, как они это умеют делать…

– Не знаю, но догадываюсь…

– В общем, я им твой телефон дал… Ты прости…

Не было печали, так получил геморрой!

– Да ладно, – успокоил я приятеля, – чего тебе еще оставалось делать…

Судя по всему, слова мои прозвучали не очень убедительно. В том смысле, что искреннего прощения Валера в них не услышал.

– Нет, ну я твой должник! Ты уж прости, что так получилось…

– Не бери в голову. Отдам эти деньги. Пусть подавятся.

Долго ждать братков не пришлось.

Буквально минут через пять раздался еще один звонок.

– Да, – ответил я.

– Здравствуйте. Я по поводу Изумрудовой, – голос был низкий, хотя человек, говоривший на том конце либо был из Москвы, либо с хорошо поставленной речью. Провинциальный выговор всегда можно отличить. По телефону это даже как-то проще сделать.

– Слушаю вас?

– Нам стало известно, что она обращалась к вам, – судя по всему представляться наш браток не хочет. Ну что, поиграть в «рулетку» и попробовать поставить на место? Или оно того не стоит? Посмотрим по развитию.

– Вас правильно информировали.

– Вам было выплачена определенная сумма, как аванс, – говоривший, хотя и не представился, но соблюдал определенные рамки приличий. Разговор был в рамках, хотя и жестких, но приличий. Собеседник даже на ВЫ меня называл. Стоит ли в таком случае «взбрыкивать»?

– Да. По инициативе госпожи Изумрудовой. – подтвердил я.

– К вам претензий нет. Но обстоятельства изменились. Работа отменяется. Аванс надо вернуть! – странная какая-то манера говорить у моего не представившегося собеседника: он сразу проговаривал несколько фраз, а потом со звуком выдыхал, словно дух переводил.

– Вернуть? – ну что попробовать побазарить, или не фиг бодаться с паровым катком? Штуку новеньких зелёных, еще пахнущих краской, отдавать было жалко. Но рисковать из-за них потерей здоровья? Кому это нужно?

– Как вы хотите это сделать? – спросил я.

– Мы сейчас к вам зайдем. У вас какой этаж?

Ого, они не только мой адрес узнали, но уже и подъехали. Вот я бы сейчас устроил широкую дискуссию! Бог спас – мозги сработали. Только чего кокетничать, что не знают, на каком я этаже!

– Вы заходите, я вас встречу!

Нечего им в квартиру заходить. Последний редут не отдам. Делать им у меня нечего. Мой дом – моя крепость. Пусть и хиленькая, но моя.

Я положил трубку. Собираться мне нужды не было! Подошел к столу, выдвинул ящик и достал новенький пухлый конверт.

Да уж, здравствуй и прощай, зеленое счастье! Без восторгов были встречи – и без печали расставанья!

Я вышел из квартиры, открыл дверь «тамбура» (у нас дополнительный вход на площадку перед дверьми квартир). Братки уже были у двери.

Их было трое. Двое – типичные бандюганы в тренировочных «адидасах» с Черкизовского рынка, обвисших кожанках, из которых вырастали накачанные шеи с мощными золотыми цепями и на них – бритые головы, накрытые кепочками-блинчиками, которые не производили такого устрашающего впечатления, как шеи. Третий, что за старшего, был крупный парень, выглядевший вполне цивильно: отглаженные брюки, модельные ботинки – чистые, не смотря на весеннюю грязь. Вместо толстой золотой цепи – шелковый шарф на шее.

– Вы мне звонили? – спросил я первым на правах хозяина.

– Вы Олег? – ответил мне вопросом на вопрос старший в пальто и громко выдохнул.

У меня после такой «визитной карточки» сомнений не было. Вопрос только в том, зачем этому крупному человеку еще и два мордоворота до кучи? Для моего устрашения? Так я уже незнамо сколько раз перекрестился в душе, что не попытался в телефонном разговоре качать права. Знать, уважают!

Ну это я себе, конечно, льщу! Это обычная их манера общения. Чтоб на корню пресечь все поползновения жертвы к сопротивлению!

– Держите! – я протянул конверт, чтобы и мысли о моем несогласии с их требованиями не возникло.