Квест с привидениями - Дарья Калинина

– Уж это да! – воскликнула Альбина. – Запах розового масла ничем не перебьешь. Один раз папа из Болгарии привез маме в подарок совсем крохотную мензурку с этим маслом, а я его случайно пролила. Запах стоял по всей квартире несколько дней. А вначале мы от его аромата так просто все вешались. В доме окна стояли нараспашку, а соседи с верхнего этажа приходили спросить, откуда это у нас столько роз в доме взялось. Юбилей, что ли?

– За ароматом самого масла запах подмешанного к нему ядовитого вещества оставался незаметен. И Софья Сергеевна от души умаслила себя этим маслом.

– И умерла!

– И тут снова встает вопрос, кому так сильно мешала эта женщина, чтобы убить ее?

И следователь в очередной раз взглянул в сторону Светланы. Не было никаких сомнений, что он надеется на ее чистосердечное признание. Но Светлана ему такой радости не доставила.

– Почему вы все время смотрите на меня?! – воскликнула она с возмущением. – Я никого не убивала! И с Софьей нам делить было нечего!

– Как? А этот дом?

– Он не мой!

– Но вы распоряжаетесь тут всем по своему усмотрению.

– Отец просто разрешил мне воспользоваться пустующим домом в своих целях.

– А Софья вам в этом мешала.

– Но это не значит, что я стала бы ее убивать. Есть много способов договориться мирно. Я могла заплатить Софье, она бы и смягчилась.

– Хорошо, подойдем к вопросу с другой стороны. Что заставило вас пригласить на должность поварихи именно Софью?

– Что? Ну… Я не знаю.

– Раньше, при жизни своей сестры, она тоже исполняла в доме обязанности поварихи?

– Нет, – вынуждена была признать Светлана. – Но тогда в доме жило много народу. И мой отец держал профессионального повара с помощником. Софья и не справилась бы тогда с этой работой. В ее обязанности входило лишь ухаживать за сестрой, выполнять все ее поручения, быть глазами, ушами и ногами Анны Сергеевны, когда той нездоровилось.

– Тогда я повторю свой вопрос. Почему вы остановили свой выбор именно на Софье? Не проще ли было обратиться к той женщине, которая раньше работала тут на кухне? Или вовсе заказать еду на вынос. А? Сейчас полно доступных ресторанчиков, которые бойко торгуют и пиццей, и суши, и всем, чем угодно. И заказ они доставят, куда хотите.

– Я говорила с классным руководителем, она предположила, что некоторые родители могут быть против такого рода питания для своих детей.

– Это правда?

Теперь следователь смотрел на Любовь Яковлевну.

– Как вам сказать, – замешкалась учительница. – Такой разговор у нас был. Но я предложила Светлане действовать на свое усмотрение.

Следователь вновь повернулся к Светлане.

– И…?

– И я решила, что домашняя пища будет лучше.

– Но все-таки ответьте мне, почему ваш выбор пал на Софью?

– Я не знаю. Просто я про нее подумала.

– Просто подумали?

– Ну, она же после смерти сестры осталась совсем без средств к существованию. Наверное, ей приходилось несладко.

– И вы решили ей помочь?

– Да.

– Очень вовремя! Как раз после того, как Софья уже получила на руки бумаги о праве наследства и, стало быть, могла распоряжаться в этом доме на правах собственницы. Могла продать апартаменты своей сестры, могла их сдать и тоже получить хорошие деньги. Она и правда нуждалась в средствах, но это было раньше. Но тогда вы о ней не вспоминали и никакой помощи не предлагали.

– А тут вспомнила и предложила. Да, чуточку поздно. Но лучше поздно, чем никогда. К тому же мне не пришлось уговаривать Софью, она охотно ухватилась за мое предложение. И если ее убили, то я в этом не виновата!

Следователь кивнул.

– Все ясно. Что же, вопросов больше не имею.

– Как? Это все?

– Все! Я также не буду дальше навязывать вам свое общество.

И поднялся, явно собираясь уходить.

Пока все молча взирали на него в полнейшем недоумении, Карликов скомандовал:

– Продолжайте искать мальчика. Уверен, что он прячется где-то в доме.

– Почему вы так в этом уверены?

– Спросите у мадам учительницы.

Взгляды переместились.

– Я нашла в зимнем саду уличные ботинки и куртку Жени, – объяснила Любовь Яковлевна. – Без теплых ботинок и в одной рубашке мальчик по холоду из дома не ушел. Даже если учесть, что где-то снаружи его ждала машина, то до нее надо было еще добраться. Не в тряпичной же обуви он по лужам пошлепал! Значит, он где-то в доме. Скорей всего, мальчик находится в лабиринте, который расположен под домом.

Следователь снова кивнул и направился к выходу.

– Постойте! – кинулась за ним Марина. – Вы не можете вот так уехать.

– Почему?

– А кто будет с нами искать моего сына?

– Мои люди останутся с вами и помогут с дальнейшими поисками мальчика.

Женю искали еще около часа. Детей в подземелье не пустили, чему они были совсем не рады.

– Не хватало еще, чтобы и вы тоже там потерялись!

С детьми остались Альбина с Мариной, а все остальные взрослые принялись обшаривать подземелье в поисках Жени. Наверное, они бы его еще не скоро нашли, если бы не помощь Светланы. Именно она где-то раздобыла план подземелий дома. Он был начерчен явно наспех и от руки, но очень помог поискам. Например, на плане было указано, что из зимнего сада в подземелье ведут сразу два хода. Один был указан стрелочкой внутрь зимнего сада, им и воспользовалась Любовь Яковлевна, чтобы выбраться из подземелья. А другой был отмечен стрелочкой, которая вела из зимнего сада куда-то вниз.

Также на плане были видны два колодца, в которые проваливались неосторожные любители шастать по чужим потайным ходам. Один из этих колодцев был тем, в который угодила сама Любовь Яковлевна. А на дне второго они обнаружили Женю.

Радости всех участников поисков не было предела. Мальчик был в порядке, разве что немного продрог и сильно проголодался. И еще он был изрядно напуган, потому что провел в этом помещении все то время, что его искали. Пока наверху думали, что мальчик похищен, он спокойно сидел на нескольких охапках соломы, которая избытке была постелена в этом помещении.

Из комнаты тоже был выход, но открыть дверь Женя не смог.

– Я не смог выбраться. Пытался, но не сумел.

Когда мальчика накормили, умыли и расцеловали, пришло время для разговоров.

– Как ты попал в подземелье?

– Мы играли.

– Кто «мы»?

– Мы все, – удивился Женя. – Это же часть того квеста, в который мы с ребятами играли.