Еще не вечер - Анатолий Галкин

– Олег, сейчас отвезешь господина Хлебникова в тюрьму. В смысле – на свидание с его подзащитным. Только надо твою «Ладу» немножко замаскировать. Вдруг ее засекли.

– Номера бы сменить.

– Это сложно. Сделаем так. Я видел в гараже ржавый багажник. Надо срочно его прицепить на крышу. А сверху доски или баулы.

– Понял, товарищ начальник. Пошел выполнять.

– Теперь с вами, господин Хлебников. Вас к Баскакову пропустят?

– Думаю, да. У меня открытый пропуск. В любое время встречу с подзащитным должны разрешить.

– Отлично! Сейчас я набросаю схему местности около коттеджа губернатора. Вы, господин адвокат, проносите ее в тюрьму, показываете Баскакову, он запоминает все до сантиметра, после чего вы на месте уничтожаете эту бумажку.

– Ее надо сжечь?

– Сжечь! Можно и проглотить… Теперь дальше, я передаю вам короткий текст. Вы учите его наизусть и передаете Баскакову. Но тихо, чтоб ни один микрофон не услышал. Ясно?

– Ясно. А потом мне сюда возвращаться?

– Нет, господин Хлебников. В гостиницу и только в гостиницу. Вы уже два дня там не были.

– Вот именно. А если спросят? Или скажут, что милиция меня искала?

– Отшейте их! Пусть не лезут в личную жизнь. Может быть, вы любовницу богатую завели и у нее ночевали.

– Какую любовницу?

– Любую, Саша, любую! Машу или Наташу. Неважно! Важно то, что вы должны безвылазно сидеть в своем номере и условными фразами информировать меня о ходе дела… Мы с майором купили три краденных мобильника. Для связи с вами пусть будет этот, красненький.

«Ладу» с Олегом и Хлебниковым провожали у ворот. Действительно это была совсем другая машина. Даже если ее засекли у больницы или у дачи, которую снимал Олег, то на эту пыльную развалюху с досками на багажнике никто и не взглянет.

Олег уже начал выводить машину за ворота, когда затрезвонил его мобильник. Пришлось притормозить.

Разговор был долгий и, очевидно, не очень приятный. Олег даже заглушил мотор и вышел из машины, собираясь сделать важное заявление:

– Это мой шеф звонил. Савенков Игорь Михайлович. Он в Дубровск приехал. На вокзале меня ждет. Я адвоката в тюрьму заброшу, а потом за шефом и сюда его привезу. Не возражаете?

Олег обращался ко всем, но смотрел на Силаева, признавая его старшинство.

– Конечно, не возражаем. С удовольствием познакомимся с твоим шефом. А что это он так вдруг?

– Обыск в московском офисе «Совы» был. Негласный шмон. Сейф не вскрыли, но в столах все бумаги переворошили. И Савенков считает, что это наши подопечные поработали – Щепкин и компания. Короче, разозлили шефа. А когда он злой, он решительный и сообразительный. Да он вообще мудрый мужик. Аналитик!

Стас чуть не ответил: «Знаю. Он мне еще в Вене очень понравился».

Олег только увидел, что Силаев промямлил что-то одобрительное и махнул рукой. «Лада» опять взревела мотором и вышла на круговую дистанцию: дача – тюрьма – вокзал – дача.

* * *

Огромный кабинет Афонина имел довольно унылый вид и многим напоминал о прежних хозяевах этого помещения. Когда-то, в годы самой ранней юности губернатора здесь восседал первый секретарь обкома.

Можно было бы найти деньги и закупить шикарную мебель, провести евроремонтик с мрамором и красным деревом. Но все это после выборов. Пока все должны видеть, что губернатор на себя ни копейки народной не тратит.

Из украшений в углу кабинета был флаг и на стене, наподобие иконостаса, несколько фотографий: наверху огромный печальный Президент, а чуть пониже и поменьше групповые фото – Афонин и президент, Афонин и спикер, Афонин и народ.

Но так было лишь в основном представительском кабинете, куда допускались чиновники среднего уровня, ходоки, просители, журналисты и прочая общественность. Совсем рядом, за стенкой был у Афонина еще один зал, который назывался «комнатой отдыха». Здесь дизайнеры поработали на всю катушку.

Естественно, что Щепкина губернатор принимал не в «сарае», а в личных апартаментах. И не потому, что тот генерал, а потому, что друг, повязанный одной веревочкой.

– Ты садись, Виктор, и начинай докладывать, а я пока виски налью. Или тебе водку?

– Так день же в самом разгаре. И жара на улице.

– Я тебе не пить предлагаю, Щепкин, а поднять тост за успех нашего дела. Есть успехи?

– Есть. Но и неудач полно. Я с них начну.

– Правильная тактика, Щепкин. Последние слова запоминаются ярче… Я так понимаю, что ни невесту Баскакова, ни московского сыщика захватить не удалось?

– Более того, Володя – мои ребята исчезли. Соседи по даче слышали шум, видели две машины и все. Абзац! Ни тех, ни этих не можем найти.

Генерал замолчал, ожидая губернаторского гнева. Но Афонин сосал виски и изображал полнейшее спокойствие.

– Продолжай.

– Еще одна непонятная вещь. В Москве мои ребята обыск в офисе «Совы» провели. Не смогли, идиоты, сейф вскрыть. Но и в столах достаточно нашли. Записки с нашими данными. Кое-что о Максиме Жукове. О каком-то бизнесмене из Вены.

Щепкин опять помолчал, но гнева не последовало. Афонин мягко отмахнулся:

– Ты мне, Витя, свою кухню здесь не излагай. Ты мне выводы давай. А пока это кисель на воде. Что-то там «Сова» нами заинтересовалась. Так мы и раньше об этом знали. Ты бы поймал их сыщика, выпотрошил его и тогда бы докладывал… Закончились неприятности?

– Да. Теперь о хорошем. Ким Баскаков согласился завалить Ямпольского.

Не проявлявший до сих пор эмоций Афонин вскочил с кресла, зашвырнул в угол стакан с остатками виски и с горящими глазами начал быстро ходить по кабинету и издавать победные звуки:

– Отлично! Вот это успех! Вези его срочно в студию и пусть весь день в камеру обличает Викентия. Пусть сочиняет на ходу любую грязь. Никто уже не успеет проверить.

– Все хорошо, Володя. Но Ким не просто так согласился. Он гарантий требует.

– Так дай ему любые гарантии. Дай свое честное генеральское слово, что после выборов мы замнем его дело.

– Он не от меня требует гарантий, а от тебя. У него два условия. Встреча с тобой на природе, на лужайке возле твоего коттеджа. И второе: его адвокат должен быть где-то рядом. Возможно, он какие– нибудь бумажки попросит подписать.

– Согласен! Я на все условия согласен. Если он завалит Ямпольского, то можно что угодно ему обещать. Сегодня же сообщу во все газеты, что согласен на дебаты с Викентием. И там, на прямом эфире врубим разоблачения Баскакова. Это его сразу с ног свалит… А адвокат нашелся?

– Да. Сегодня вернулся в гостиницу и сообщил, что две ночи провел у любовницы по имени Наташа. Потом поднялся в номер, позвонил этой Наташе и сказал, что очень доволен встречей и общением. Все прошло как по маслу.