Несчастливый город - Эллери Квин

— Каково твое мнение, Илай? — спросила Герми.

Сонное лицо судьи Мартина было серьезным.

— Не знаю, что молодой Брэдфорд собирается делать с доказательствами. Они исключительно косвенные. Но с другой стороны, ни один известный мне факт не позволяет в них усомниться. Думаю, Джиму придется нелегко.

— Чтобы создать репутацию имени Райт, потребовались поколения, — буркнул Джон Ф., — а чтобы ее разрушить — один день!

— Достаточно вреда уже причинено, — вздохнула Пэт. — Когда собственная родня отворачивается от тебя…

— О ком ты? — осведомилась Лола.

— О тете Табите. Я думала, ты знаешь. Она заперла дом и уехала в Лос-Анджелес якобы нанести визит кузине Софи.

— Эта зомби еще жива?

— Табита вызывает у меня тошноту! — сказала Гермиона.

— Ты не можешь слишком упрекать ее, Герми, — слабо вступился за сестру Джон Ф. — Ведь ты знаешь, как она ненавидит скандалы…

— Я знаю только то, Джон, что никуда не убегу! Никто в этом городе не увидит меня с опущенной головой!

— Именно это я и сказал Клэрис, — усмехнулся судья Мартин и потер сухие щеки, как сверчок. — Клэрис тоже пришла бы, Гермиона, но…

— Я все понимаю, — спокойно отозвалась Герми. — Спасибо тебе за поддержку, Илай, и тебе, Майлоу, и особенно вам, мистер Смит. В конце концов, судья Мартин и доктор Уиллоби наши давние друзья. Вы же практически посторонний, но Пэт рассказала мне о вашей преданности…

— Я тоже хотел поблагодарить вас, Смит, — смущенно произнес Джон Ф., — но вы понимаете, как все трудно…

Эллери также выглядел смущенным.

— Пожалуйста, не думайте обо мне. Я помогу всем, что в моих силах.

— Благослови вас Бог, — произнесла Герми. — Но теперь, когда все стало известным, мы поймем, если вы решите покинуть Райтсвилл.

— Боюсь, я не смогу это сделать, даже если захочу, — улыбнулся Эллери. — Судья объяснит вам, что я практически соучастник преступления.

— Сокрытие улик, — усмехнулся судья Илай. — Дейкин пустит собак по вашему следу, если вы сбежите, Смит.

— Как видите, у меня нет выбора, — сказал Эллери Квин. — Давайте не будем больше говорить об этом.

Маленькая ручка Пэт украдкой сжала его руку.

— Тогда, раз мы все поняли друг друга, — заявила Гермиона, — нам нужно нанять для защиты Джима лучшего адвоката во всем штате. Мы выступим против Райтсвилла единым фронтом!

— А если Джима признают виновным, мама? — тихо поинтересовалась Пэт.

— Мы сделаем все, что от нас зависит, дорогая. Но в принципе такой вердикт стал бы наилучшим решением наших проблем.

— Это жестоко и несправедливо, мама, — возразила Лола. — Ты говоришь так, потому что убеждена в виновности Джима. Ты ничем не отличаешься от остальных в этом городе! Тоже мне наилучшее решение!

— Неужели ты не понимаешь, Лола, — сердито проговорила Герми, — что, если бы не вмешалось Провидение, твоя сестра сейчас была бы трупом?

— Не будем ссориться, — устало промолвила Пэт.

Лола с мрачным видом зажгла очередную сигарету.

— А если Джима оправдают, — чопорно заявила Герми, — я буду настаивать, чтобы Нора развелась с ним.

— Мама! — Пэт была шокирована. — Ты будешь верить в виновность Джима, даже если присяжные признают его невиновным?

— Ты не права, Герми, — присоединился к ней судья Мартин.

— Я имею в виду, что он неподходящий муж для Норы, — пояснила Гермиона. — Джим не принес ей ничего, кроме горя. Если мое слово хоть что-нибудь значит, Нора разведется с этим человеком!

— Твое слово в данном случае ничего не будет значить, — сухо заметил доктор Уиллоби.

Лола поцеловала мать в щеку. Эллери услышал, как Пэт тихо ахнула, и понял, что произошло историческое событие.

— Ну и любишь же ты командовать! — засмеялась Лола. — Когда ты попадешь на небеса, то захочешь повелевать и там. Подумать только — ты настаиваешь на разводе! — Помрачнев, она добавила: — Почему же ты так не отнеслась к моему разводу с Клодом?

— Это… не то же самое, — смущенно отозвалась Герми.

Внезапно мистер Квин все понял. Между Гермионой Райт и ее дочерью Лолой существовал застарелый антагонизм. Пэт была слишком юной, чтобы служить источником раздражения. Но мать всегда предпочитала Нору, которая эмоционально стояла между ней и Лолой, невольно являясь канатом, перетягиваемым матерью и старшей дочерью.

— Нам понадобится лучший адвокат для Джима, — обратилась Герми к судье Мартину. — Кого бы ты мог предложить?

— Я вам подойду? — осведомился судья Мартин.

— Ты, Илай? — удивленно воскликнул Джон Ф.

— Но, дядя Илай, — запротестовала Пэт, — я думала, вы будете судить…

— Это невозможно, — сухо отозвался старый юрист. — Я замешан в этом деле, так как присутствовал на месте преступления и известен дружескими связями с семьей Райт. Юридически и этически я не могу быть судьей на этом процессе. — Он покачал головой. — Джим предстанет перед судьей Ньюболдом — он абсолютно посторонний.

— Но ты не был защитником уже пятнадцать лет, Илай, — с сомнением произнес Джон Ф.

— Конечно, если вы боитесь, что я не справлюсь… — Старик улыбнулся. — Я забыл упомянуть, что подаю в отставку, поэтому…

— Старый обманщик, — проворчал доктор Уиллоби. — Джон, Илай уходит с поста судьи, чтобы выступать защитником на этом процессе!

— Что ты, Илай, мы не можем позволить тебе этого! — всполошился Джон Ф.

— Чепуха, — отмахнулся судья. — Не вбивайте себе в голову сентиментальные идеи. Я все равно собирался в отставку. Мне хочется заняться чем-нибудь стоящим, а не дремать всю жизнь в судейской мантии. Так что, если вас устраивает бывший судья, не будем больше говорить об этом.

Герми разразилась слезами и выбежала из комнаты.