Афромент - Михаил Серегин

Из толпы вышло несколько женщин.

— Мы видели, — заявила одна из них. — Только имена наши записывать не надо, лучше пойдите сами посмотрите. Она и сейчас там висит.

— Так в чем проблема? — тихонько спросил Леха у Дирола. — Сняли бы ее спокойно и перевесили обратно. Чего к нам-то пришли?

— Да не, не могут. Правильно, что пришли, — отмахнулся Дирол. Его в данный момент больше волновало другое. Как же он умудрился повесить шляпу на другое пугало. И не оставил ли он около какого-нибудь из пугал следов?

— Ну что же, пойдемте, посмотрим. Где там этот Игнатьев жил? Показывайте, — скомандовал Веня.

Толпа развернулась и потекла по дороге, а курсанты зашагали следом.

— Веня, — подергал его за рукав Зубоскалин. — Я знаю, кто шляпу перевесил.

— Кто?

— Да тише ты! Это я ее перевесил случайно, — и Дирол рассказал товарищу всю историю, случившуюся ночью.

Тот внимательно выслушал и кивнул:

— Это даже хорошо. С одной стороны, преступника нет, и это мы знаем твердо. Значит, тратить время на расследование нам не придется. А с другой стороны, все будут думать, что мы его ищем, а значит, мы сможем беспрепятственно ходить по домам, всех расспрашивать, все разглядывать. Вдруг и найдем какие-нибудь вещи, пропавшие из магазина. Лехе расскажи пока, а я буду строить из себя Эркюля Пуаро.

Пока Дирол вкратце излагал Пешкодралову подробности происшествия, группа женщин, возглавляемая Любой Гурылевой и замыкаемая тремя курсантами, подошла к огороду Игнатьева. Посреди огорода возвышалось пугало в старой шляпе.

— Вот она, — гордо сказала какая-то женщина.

— Минуточку, — Веня на цыпочках прошел внутрь, стащил с пугала шляпу и вернулся на дорогу.

— Ваша? — спросил он у Гурылевой.

— Моя, — счастливо ответила та.

— Кто может подтвердить, что ваша? — нахмурил брови Веня.

— Ой, да кто только не может. Все ее у меня видели.

Наконец нашлись две дамы, согласившиеся сообщить Кулапудову свои имена. На этом Веня всех отпустил, строго-настрого запретив посещать место преступления.

— И остальным скажите, — добавил он вслед расходящимся.

Впрочем, далеко не все жители Копылки его послушались. Несколько мальчишек уселись на забор и внимательно следили за тем, как трое курсантов изучают землю под пугалом, срисовывают следы.

— А ведь точно, Дирол, твои следы, — обрадовался Леха.

— Еще бы не мои. Кроме меня, по этому огороду уже, наверное, месяц никто не ходил. И как тут пугало до сих пор живет.

— Теперь пойдем на огород к потерпевшей. Надеюсь, Дирол, ты там не слишком переусердствовал, собирая овощи.

— Я был крайне скромен и старался оставить кое-что хозяевам, — ответил тот. — Вам не придется за меня краснеть.

На огороде у Гурылевой он, судя по следам, действительно вел себя аккуратно. Ни одной грядки не было растоптано, нигде ни следа разбоя. Шляпа вновь заняла свое законное место на голове у пугала.

— Можно подумать, что ты видишь в темноте, как кошка, — пробормотал Веня.

— Дорожки посыпаны песком, — пояснил Санек. — Их видно ночью.

— Ладно, здесь мы тоже закончили. Теперь пошли домой, то есть на сеновал, обсудим дальнейшее поведение.

— Ну вот, теперь я понял, чем занимаются на сеновале, — незамедлительно съехидничал обрадованный Дирол.

* * *

— Где это я? — Анечка открыла глаза. Прямо над ней склоняла свои ветви огромная пальма, надо полагать, финиковая.

Сама девушка полулежала в каком-то необычайно мягком кресле. Поднимать тяжелую со сна голову, чтобы осмотреться, так не хотелось! Анечка напряглась и попыталась восстановить в памяти вчерашние события.

«Целые сутки мне пришлось работать… Где же я уснула? О!» Анечка вспомнила, что заходила в номер к очаровательному миллионеру, чтобы принести тому завтрак. И, кажется даже, он обратил на нее внимание.

«А потом я притворилась, что упала в обморок, — вспомнила девушка. — А потом… потом, кажется, заснула. Не может быть! Неужели он меня уже похитил и привез в Африку! И как же я покажусь на приеме у царя в этой уродливой униформе? Может быть, мой принц приготовил для меня какой-нибудь сказочный наряд?»

Чтобы удостовериться в этом, Анечке пришлось поднять головку. Но — о разочарование! — наряда не было. Мало того, не было и принца. Она лежала в кресле на десятом этаже гостиницы.

«Ну и не больно-то хотелось, — философски решила девушка. — Мы еще посмотрим, кто кого».

Она спустилась вниз. Толстая повариха тетя Маша кинулась ей на шею.

— Девочка моя, все-таки зашла! — прокричала она навзрыд. — Все-таки навестила меня! Прощай, моя милая! Я вот тебе пирожков напекла на дорожку. Только ты уж не забудь меня, горемычную!

— Какие пирожки? Что вы, тетя Маша? — удивилась Анечка.

— Как это какие? Неужели ты думала, что я тебя просто так отпущу в заграницу?

— Да в какую заграницу? — Девушка по инерции еще делала вид, будто не понимает. И как она могла забыть? Ведь сегодня утром она на всю гостиницу растрезвонила, что улетает с симпатичным миллионером в Африку.

— Да не едет она никуда, тетя Маша! — ехидно заметил один из поваров.

— Да как же это так? Да ты что такое говоришь? — возмутилась повариха.

— А вы на нее-то посмотрите. У нее же все на роже написано!

— Анюта? — тетя Маша повернулась к девушке. Та только грустно хлопала глазами.

— Наврала она все, — подытожил ехидный повар.

— А вот и не наврала! — взвилась Анечка.

— Нужна ты ему сто лет!

— А вот и нужна!

— А почему же тогда не едешь?

— Потому что он… у него… у него здесь срочные дела! — нашлась девушка. — Но как только он их закончит, сразу улетаем.

— Ха-ха, — ехидно засмеялся повар. — Хочешь, чтобы я тебе поверил?

— Я тебе верю, деточка, — вступилась тетя Маша, гладя девушку по голове ладонью.

Анечка тряхнула волосами, и в воздух взметнулись маленькие вихри из муки и сахара.

— Спасибо, — от души сказала она. Защищаясь, девушка и сама поверила в то, что загадочный миллионер просто очень занят. Кстати, а она ведь даже не знает, как его зовут.

Надо бы выяснить!

С загадочной улыбкой Джоконды на лице Анечка покинула кухню.

* * *

На сеновале друзья начали разрабатывать план действий.

— А мне сегодня такой сон странный снился, — пробормотал Дирол, растягиваясь на сене.

— Представляю! — хмыкнул Леха.