Афромент - Михаил Серегин

— Федя, — их разговор был прерван появлением Антонины Дмитриевны.

— Кто это?

— Бабушка, — ответил курсант.

— Родная? — изумился Роман.

— Самая что ни на есть, — ответила бабушка близнецов, подойдя поближе. — Что, не похожа?

— Пожалуй, что-то есть, — парень не выдержал ее пристального взгляда.

Федя мучительно напрягся. Как же ему ее называть? «Антонина Дмитриевна» — для любящего внука не подходит. «Бабушка» — так он обращался к старушкам у подъезда. Наконец курсант вспомнил, как ее называли близнецы Утконесовы.

— Ба, это Роман. Он тоже участник конкурса, — сказал он.

— Очень приятно, — ответила она, едва заметно кивнув Феде. «Так держать», — понял он и порадовался.

— Ну, как там?

— О, все в полном порядке. Виталий Андреевич вошел в наше положение и согласился помочь. Тем более что один из участников, говорят, недавно выбыл.

— Да, я слышал. Его сбила машина, — кивнул Федя.

— Это ужасно! Но надеюсь, с ним все в порядке?

— Он в больнице и, говорят, неплохо себя чувствует, — встрял Роман.

— Ну и отлично. А теперь идем, тебе нужно получить расписание занятий, — она схватила Федю за рукав и потащила прочь.

— Занятий? — Федя попытался было выдернуть руку, но не смог. Пришлось смириться с ролью малолетнего ребенка, которого заботливая бабуся тащит в садик.

— Ну да, обычные занятия. Физподготовка, дефиле…

— Дефиле? — с ужасом переспросил Федя. — Кажется, это про манекенщиц.

— Какая разница? — беззаботно отмахнулась Антонина Дмитриевна.

* * *

— Ну что, куда пойдем?

— Может, по алфавиту? — предложил Леха.

Веня заглянул в список. Хулиган с фамилией на букву «А» жил на противоположном конце деревни.

— Нет, давайте лучше по принципу близости к нам. Вон в тот дом.

Они постучались в калитку, но никто не ответил.

— Эй, ты забыл? В деревне не стучат, — напомнил Леха, отстранил Веню и вошел во двор.

— А теперь сразу в дом?

— Ага. Нас уже ждут.

— Они что, все поголовно видят сквозь стены?

— Может быть. Но вообще-то для этого есть окна, — Леха указал Диролу на окно, выходящее во двор. Занавеска там колыхнулась. — Думаю, что не ошибусь, если скажу, что за ним находится кухня.

Леха, конечно, не ошибся. Курсанты вошли внутрь, прошли сени и вышли в небольшую кухоньку. Из-за занавески показалась женщина средних лет. Она, казалось бы, только что оторвалась от работы.

— И кто же это к нам пришел? — спросила она.

— Мы курсанты Школы милиции, — за всех ответил Кулапудов.

— Здравствуйте, товарищи курсанты, — вежливо сказала хозяйка. — Чайку?

— Спасибо, не стоит, — ответил Веня.

— Да вы присаживайтесь.

— Мы к вам по делу, — сообщил Дирол.

— Да знаю уж, слышала. Могу вам сказать, что ночью из дома не выходила и шляпу у пугала не воровала.

— Мы знаем, — авторитетно заявил Веня, чем сразу ошарашил хозяйку.

— Откуда же вы знаете? — удивилась она.

— Работа у нас такая: все знать, — грозно ответил Кулапудов. — А вот вы лучше скажите, никто из домочадцев ваших на улицу ночью не выходил?

Женщина нервно глянула на занавеску, скрывающую вход в соседнюю комнату, и коротко бросила:

— Нет.

— Уверены?

— Конечно.

— Ну хорошо. Тогда вы не будете возражать, если мы осмотрим комнаты?

— Комнаты? А зачем?

— На предмет улик, — отрезал Веня.

— Ну хорошо, — столкнувшись с таким грозным тоном, женщина сразу сдалась. — Проходите.

Курсанты быстро осмотрели комнату, особое внимание уделяя обуви. Они измеряли длину подошв, срисовывали узоры, обводили форму стопы и при этом не забывали осматривать все остальное. Парень, лежащий на диване в наушниках, взирал на все это с безмятежностью ангелочка.

Наконец, попрощавшись с немного напуганной, но обрадованной хозяйкой, курсанты вышли на улицу.

— Ну что? — спросил Веня.

— Видели часы на стене? — спросил Дирол.

— Ага, — кивнул Леха.

— Эх, жалко нам Добродушевич фотографии не дал, только список, — вздохнул Санек. — Сдается мне, эти часики из того магазинчика.

— Зато у нас есть подробное описание кубка.

— Чувствую, мы напали на нужный след, — кивнул Веня. — Остается только найти кубок. Уж его-то мы точно сможем узнать.

Он глянул в список.

— Немного пройти по улице, и у нас будет следующий клиент, — сказал Веня, но Леха вдруг его перебил:

— Тсс, слушайте.

Из дома донеслись громкие вопли.

— Ах ты, дармоед! — кричала женщина, только что предлагавшая им чай. — Вот заберут тебя, будешь знать! Где ночью шлялся?!

Сынок, видимо, что-то ей ответил, так как после паузы крик продолжался с утроенной силой.

— Ах, неважно? Не был на огороде? Вот милиционеры-то все про тебя выяснят! Недаром они с обуви мерки снимали! Скажи спасибо, я твои ботинки успела припрятать, в которых ты ночью мотался!

— Оп-па, — усмехнулся Дирол. — Может, нам вернуться?

— Не стоит, я думаю, — остановил его Веня. — Мы-то знаем, кто перевесил шляпу.

— Ладно, пошли дальше.

— Знаете, что я думаю? Давайте помедленнее, — предложил Леха.

— Зачем?

— Ну, чтобы вести по деревне разнеслись. Тогда нас беспрекословно везде пускать будут. Может, еще кто обувь припрячет, меньше работы будет.

Дирол улыбнулся:

— Ты что думаешь, они всей деревней ночью гулянки устраивают?

— Почему бы и нет?

Курсанты остановились у колонки и постарались не обратить внимания на то, что женщина, у которой они гостили, пробежала мимо.

— А что, уж не направляется ли она к тому самому дому, куда и мы стремимся? — спросил Веня у Дирола.

— Твоя прозорливость меня умиляет, — ответил Санек. — Конечно же, она уже растворилась в проеме калитки этого благословенного дома.

Слухи в Копылке, как и в любой другой деревне, распространялись с необыкновенной скоростью. В каждом доме курсантов теперь встречали ласково, обувь ненавязчиво ставили поближе к порогу. Но курсанты, отговариваясь исполнительностью, тем не менее осматривали остальные комнаты.

Они уже проверили домов десять, когда удача наконец упала им в руки. Дирол изучал все яблоневые и вишневые деревья, мимо которых они проходили, запоминал, где плоды поспелее, старался представить, как это дерево легче найти в потемках. И вдруг взгляд его зацепился за одно из окон. На подоконнике стояла красивейшая ваза с полевыми цветами.