Солги ей - Мелинда Ли

ничего, кроме страдания. Правда заключалась в том, что наказание несовершеннолетнему устанавливалось на усмотрение суда, в установленных законом пределах, конечно. Но у Бри имелась возможность повлиять на обвинителя и статьи обвинения. И она бы предпочла для Рикии – в качестве меры наказания – принудительное лечение от наркомании, а не лишение свободы по приговору суда. – Почему ты захотел со мной поговорить?

– Я тут слышал, как люди толковали об убийстве брата Джаспера, – в глазах Рикки забрезжила хитринка. – Вы думаете, это он сделал?

– Мы только начали расследование, – сказала Бри.

– А если я кое-что знаю о Джаспере?

– Тогда тебе лучше сообщить это мне.

Взгляд Рикки упал на руку; пальцы отодрали еще одну корочку с ранки:

– Я хочу в обмен за это получить свободу и защиту.

«Парень явно насмотрелся сериалов», – хмыкнула про себя Бри, а вслух пояснила:

– Это работает не так. Мы не просим тебя дать показания против крупного наркокартеля, – Бри выдержала паузу и, лишь когда Рикки снова посмотрел ей в глаза, продолжила: – Я не собираюсь блефовать с тобой, Рикки. И буду говорить с тобой. Всегда. Взамен ожидаю того же. Правда такова: реабилитационный центр – это шанс изменить твою жизнь. Не загубить ее окончательно. Ты не останешься навечно несовершеннолетним подростком. И уж если для тебя здесь паршиво, – Бри очертила рукой круг в воздухе, – тогда ты точно не захочешь оказаться в настоящей тюрьме и испытать на своей шкуре, каково там.

О тюрьме Рикки задумался с таким выражением на лице, что Бри озадачилась вопросом: а размышлял ли он когда-нибудь вообще о направлении, в котором «плыл»?

– А что потом? Отец не ждет меня дома. А мать…

«…нас бросила», – озвучила мысленно Бри то, что Рикки не нашел в себе сил сказать.

– Это плохо.

Рот помрачневшего подростка выгнулся вниз:

– Так вы не поможете мне?

– Если ты добровольно предоставишь мне информацию о Джаспере, я обязательно извещу и судью, и обвинителя о том, что ты сотрудничал со следствием. Но обещать тебе ничего не могу.

Рикки принялся расковыривать очередной струп:

– Пару недель назад, когда я зашел к Джасперу, он ругался с братом по телефону. Это было мерзко.

– А ты знаешь, из-за чего они поругались?

Рикки кивнул:

– Знаю. Джаспер разговаривал по громкой связи. Брат продал ему какой-то редкий вид питона, а змеюка сдохла. Джаспер был вне себя от злости. Он обвинял брата в том, что тот всучил ему испорченный товар, а брат отрицал, божился, что не виноват.

Бри даже представить себе не могла, что человек мог убить другого человека из-за погибшей змеи.

Рикки втянул носом воздух:

– Джаспер сказал: «Ты должен мне двадцать пять кусков баксов. А брат: «Да пошел ты…» Тогда и Джаспер его послал.

– Это большая сумма за змею.

– Да вообще улёт, – согласился Рикки и откинулся на спинку стула. Его обида на весь белый свет и правоохранителей, в частности, похоже, поблекла. – Вы скажете судье, что я помог следствию?

– Обязательно скажу, – пообещала Бри. – А ты будешь лечиться в реабилитационном центре?

Рикки выдохнул всей грудью:

– Да.

– Вот и хорошо, – встала Бри. А затем добавила: – Я буду следить за твоим делом.

Вызвав охранника, чтобы тот сопроводил Рикки в камеру, Бри поспешила на улицу. У входа она нашла Мэтта.

– Кто звонил? – поинтересовалась Бри.

– Никто. Просто мне показалось, что Рикки станет более разговорчивым, если я выйду.

– Хороший ход, – Бри сообщила другу информацию, полученную от подростка.

– Теперь мы знаем, почему Джаспер не пожелал нас посвящать в подробности своих телефонных переговоров с братом, – заметил Мэтт.

– И у нас есть двадцать пять тысяч причин, по которым Джаспер мог желать смерти брата.

Глава двадцатая

Приближался час обеденного перерыва, а Мэтт шагал рядом с Бри по парковке за участком шерифа. По асфальту завьюжил ветер, закружив опавшие листья и пустую пластиковую бутылку; та заметалась, завертелась и врезалась в цоколь здания. Мэтт устремился к ней, чтобы подобрать.

Бри сгорбилась под леденящим порывом ветра:

– У тебя куртка не застегнута на молнию. Неужели тебе не холодно?

– Да вроде нет.

– Это все твоя скандинавская кровь, – Бри открыла дверь, и они зашли внутрь. – А я так просто окоченела.

Мэтт бросил пустую бутылку из-под воды в бак для мусора.

Когда они пересекали комнату для инструктажа, их тормознул Тодд:

– Фара Рок отклонила наше приглашение приехать в участок на патрульной машине. Посланный за ней полицейский застал в доме Фары ее брата, а тот оказался адвокатом. Они приедут в участок вместе.

– Спасибо, Тодд, – поблагодарила Бри. – Давайте запросим доступ к аккаунтам в приложениях для знакомств, как Фары, так и Моники. Нам не нужен для этого ордер.

– У меня есть кому это поручить, – Тодд повернулся к полицейскому, сидевшему в компьютерном центре.

Мэттом овладело раздражение:

– Я знаю, что адвокаты являются неотъемлемой частью нашей системы правосудия, но нам они частенько мешают, не давая провести полноценный допрос.

– С тобой не поспоришь, – фыркнула Бри по пути к ее кабинету.

Едва они вошли внутрь, в дверях нарисовалась Марж. Не дожидаясь, когда Бри и Мэтт снимут куртки, она взмахнула блокнотом в руке и затараторила:

– Нам названивают репортеры насчет убийства. Похоже, утечка информации. Кто-то выболтал подробности дела. Репортеры спрашивают, действительно ли жертва была задушена полиэтиленовой лентой.

– Хм…, – опустилась в свое кресло Бри; новость ее и обескуражила, и расстроила. – До чего же я ненавижу эти утечки! – насупив брови, Бри покачала головой. – Я дам сегодня пресс-конференцию. Постараемся унять их любопытство. И будем надеяться, что прочие подробности расследования никто не сольет.

Марж окинула Бри взглядом:

– В вашем шкафу висит чистая униформа. У вас грязь на лице, а в волосах застряла соломинка.

Подняв руку к затылку, Бри нащупала жесткий стебелек, сняла его и бросила в мусорное ведро под рабочим столом.

– Она выглядит отлично, – Мэтт даже не заметил соломинки.

Марж посмотрела на него взглядом директрисы средней школы:

– Ты не политик, но даже если бы и был таковым, тебя не стали бы осуждать за мятую униформу. На тебя работает твоя брутальная мужская красота. Тебе к лицу даже растрепанные волосы.

Мэтт попытался состроить виноватую гримасу, но у него это не вышло. И помешать уголку рта выгнуться вверх ему тоже не удалось:

– Ты находишь меня брутальным красавчиком?

Марж округлила глаза.

– О шерифе публика будет судить по внешнему виду, – повернувшись к Бри, она еще раз окинула ее оценивающим взглядом: – Темные круги под глазами – это хорошо. Пусть люди думают, что вы работаете сутки