Кофе с мышьяком - Александра Столярова

– Нет, она мне незнакома. А жаль, девочка-то хорошенькая. Неудивительно, что Архипов на нее запал... Извини, Стаська...

– Извиняться совершенно незачем, мы с Архиповым чужие люди, и он имеет право клеить девиц хоть пачками, – сухо ответила я. – Лишь бы не страдали интересы моего сына, а вот за них я глотку любому перегрызу.

– Вижу, ты настроена серьезно. Но эту... как там ее... Соколову Камиллу я в первый раз вижу. Жаль, что не могу тебе помочь.

– Зато в другом можешь. Ром, расскажи мне еще раз про вчерашнее нападение у «Комильфо».

Он заметно скис и взглянул на меня с укором.

– Стаська, тебе обязательно ворошить эту нехорошую историю? Меня и так следователь доконал вопросами.

– Вот именно, милый, история очень нехорошая. И поэтому расскажи все сначала. Желательно ничего не упуская.

– Ты страдаешь склерозом? Я вчера тебе все рассказал. И потом, Стаська, зачем тебе это нужно? Заделалась частным сыщиком? А как же журналистика – теперь побоку?

– Рома! – сердито сказала я. – Мне это очень нужно. Долго объяснять, просто поверь на слово.

Он пожал плечами и почти слово в слово повторил свой вчерашний рассказ.

– Ром, ты что-то путаешь. Я побывала на ресторанной парковке, и служитель сообщил, что тип в бейсболке несколько минут разговаривал с тобой через окно машины. О чем?

– Несколько минут? – искренне удивился Ромка. – А по-моему, гораздо меньше.

– Он просто попросил у тебя закурить?

– Да, попросил сигарету. Потом сказал что-то необязательное в духе «погода сегодня хорошая, не так ли?» и поблагодарил.

– И он не лез к тебе в машину?

– Стася, ты как-то нехорошо обо мне думаешь. Мужчины ко мне в машину не лезут, этим все больше занимаются девушки... определенной профессии.

– Ну тогда я совсем ничего не понимаю! – раздосадованно воскликнула я. – Ром, а может, ты что-то перепутал? Ну, вдруг у тебя от стресса память слегка отшибло?

– Запросто, – легко согласился он. – Я уже ментам сказал, что вообще не могу этого типа вспомнить и описать его внешность. Так что, может, и отшибло.

– Ну, знаешь! – возмутилась я. – Такой легкомысленный подход к делу меня просто убивает. Ведь он мог тебя зарезать!

– Тогда бы я точно не смог дать никаких показаний, – рассмеялся Ромка. – Так что не обессудь.

– А не связано ли это покушение с твоим бизнесом? У тебя есть враги?

– Мои главные враги – конкуренты. Но я что-то не представляю никого из них с ножиком в руке. Не те методы. И потом, не такая уж я крупная шишка, чтобы меня убивать.

– Но ведь ты владелец фирмы...

– Стась, в Москве таких компаний, торгующих бытовой техникой, море. Мы, конечно, не самое мелкое предприятие, даже наоборот, и пусть даже меня есть кому прикончить, но не такими же дилетантскими методами.

По поводу дилетантства я была с ним согласна. Никакой киллер не пойдет на дело с выкидным ножом, с которым к тому же не умеет обращаться. Мои мысли прервала медсестра, которая заглянула в палату и сухо попросила меня уйти, – больному нужно было отправляться в процедурную, чтобы обработать рану.

– Ладно. – Я поднялась. – Еще увидимся. За мной стейк, а за тобой попытки все вспомнить и рассказать мне как можно точнее. Будь здоров.

Выждав два часа, я позвонила Филиппову как раз в намеченный срок. Услышав мой голос в трубке, бывший муж застонал.

– Подгорная, не успел я ступить на родную землю, не успел руки помыть с дороги, а ты уже тут как тут. Что тебе опять нужно?

– Твоя помощь нужна, родной.

– Разве я тебе не помог? Сделал все, что ты просила...

– Спасибо, Сереж, но теперь мне снова нужна информация. Выясни, пожалуйста, все, что сможешь, о Тетерине Игоре Витольдовиче, руководителе компании «Альфа-стайл».

– Что конкретно тебя интересует? – Тон Филиппова ясно свидетельствовал о том, насколько он сожалеет, что включил телефон. И даже о том, что не сменил вовремя номер мобильника.

– Меня все интересует. Конечно, любимое блюдо, которое он заказывает на обед, и имя детсадовской любви устанавливать не надо, но все остальное...

– А не много ли ты хочешь, Подгорная? – взбеленился бывший муж.

– Совсем нет. – Я была сама кротость и смирение. – Для такого матерого профи это не должно составить трудностей.

– Спасибо, что детсадовскую любовь разрешаешь не разыскивать, – буркнул он. И отключился, даже не попрощавшись. Правильно я сделала, что развелась с этим невоспитанным нахалом!

Я приготовилась терпеливо ждать как минимум сутки, но Филиппов меня приятно удивил. Позвонил, когда не было еще и семи вечера, и, не тратя лишних слов, сурово сказал:

– Кое-что удалось выяснить.

– Сереженька! – обрадовалась я. – Надо же, какой ты молодец! Я и не ожидала от тебя такой оперативности.

– Раньше сядешь – раньше выйдешь, – ответствовал тот. – Я решил, что чем раньше разделаюсь с твоей просьбой, тем скорее смогу заняться собственными делами.

– Ну же, не тяни, я слушаю тебя, – нетерпеливо сказала я.

– Что, по телефону? Слишком долго рассказывать, да и потом, сейчас у меня времени маловато...

– Тогда пришли по электронке письмо. Впрочем, помнится, писательских способностей за тобой замечено не было.

– Нет уж, вся эта писанина по твоей части. Мне проще устно.

– Тогда говори.

– Давай встретимся в городе, там и поговорим, – предложил Филиппов.

– Это еще где? В «Макдоналдсе»?

– Туда ты со своим художничком ходи, – подпустил шпильку бывший муж. – А я тебя приглашаю в хороший ресторан. Итальянскую кухню уважаешь?

– Без итальянской кухни никак не получится? – спросила я обреченно. – У меня работы по горло.

– А у меня, значит, не по горло! – взвился он. – Мы тут всем офисом сидим на диване и в носу ковыряем, одна Подгорная трудится в поте лица. Писательница, блин!

– Не ори, молоко скиснет!

– Ну Стась, будь человеком, – заныл Филиппов, явно пытаясь давить на жалость. – Целый день как белка в колесе, да еще после восьмичасового перелета, начальство лютует, присесть некогда, пожрать даже некогда! Я знаешь какой голодный!

– Ладно, черт с тобой! Говори, где и когда.

– А хочешь, я за тобой заеду? Ты все там же, на Липецкой живешь?

– Нет уж, я сама приеду. Какой адрес?

Филиппов продиктовал мне адрес ресторана, вырвал из меня обещание не опаздывать, и мы распрощались. Ехать надо было к половине девятого, а значит, времени у меня оставалось немного.

Давненько я не ужинала в приличных заведениях, все больше обходясь стряпней гениальной Антонины или чашкой кофе в какой-нибудь кофейне. Соответственно, мой гардероб был совсем не предназначен для светских вылазок. Я залезла в шкаф и уныло перебрала вешалки. Джинсы, джинсы, еще раз джинсы. Свитера всех мастей и фасонов. Любимый летний сарафанчик – годится только для чаепития на даче. М-да, что-то я совсем не в форме. Может, потому Алекс от меня и сбежал аж в Испанию?