Окончательный монтаж - Михаил Март

– Хранилище имеет свою Ахиллесову пяту.

Катя указала на вентиляционные отверстия под потолком. Их было четыре.

– Две трубы закачивают воздух, они оснащены вентиляторами, а две служат для оттока воздуха и выходят непосредственно на улицу. Нам нужна схема.

– Схему можно найти, труднее отыскать человека, способного пролезть в такую щель.

– Можно обойтись без человека, – пожала плечами Катя. – Один подает, другой принимает товар на улице. Нужен трос и лебедка, вот и весь фокус. Ты теперь знаешь, как сюда войти, а тому, кто будет принимать груз, здесь делать нечего.

– Умница! И что бы я без тебя делал, дорогая?!

Тем же вечером Дербенев встретился с Юлей.

– Ну, выкладывай, – нетерпеливо сказала она.

– Ты права. Есть у меня одна идейка, но ее можно осуществить в том случае, если в хранилище будет лежать что-то кроме сотни незарегистрированных картин и гнусного завещания.

– О чем ты? – наморщила лоб Баскакова.

– Картинами вора не соблазнишь, с ними много мороки. На такое дело обычные домушники не пойдут. К тому же тебе нельзя попадать в категорию подозреваемых. Нам нужно организовать налет, а на это пойдут только ради большого куша. Нужны деньги. Наличные. Валюта. В огромном количестве. Тогда я выложу тебе такую партию – комар носа не подточит, а ты из подозреваемых превратишься в жертву. Что скажешь?

Юля задумалась.

– Есть вариант… Но придется долго ждать.

– Как долго?

– Год.

– Пустяки. За это время можно довести план до совершенства. В чем идея?

– Мы договорились с владельцем строящегося отеля о создании аукционного дома.

– Что они хотят взамен?

– Мамедов, самый умытый и прилизанный среди банды будущих хозяев, уже назначен генеральным директором. Он помешан на искусстве. Отель в центре столицы и должен представлять отечественное искусство. Только шедевры. Рашид просит нас предоставить ему тридцать лучших картин на день открытия, чтобы развесить их в апартаментах. Другими словами – пустить пыль в глаза. Однажды он побывал в одном знаменитом казино в Монте-Карло. По сути, оно не лучше других, но в игровых залах висят подлинники Пикассо, Ван Гога и Дали. Казино стало знаменитым на весь мир, и Мамедов заразился этой бациллой.

– Но вы же ему не продадите картины?

– Конечно, нет. Дадим напрокат под залог. Он хочет пригласить на открытие мировых экспертов по русской живописи, чтобы весь мир узнал о том, что в апартаментах висят подлинники. Когда гости разъедутся, подлинники заменят копиями, а мы получим свои полотна назад.

– И каков залог?

– Пока мы не определились. Но у нас есть полотна, стоящие на сегодняшний день дороже двадцати миллионов долларов. Так что в любом случае залог не покроет стоимость картин.

– Ты сама не понимаешь, какую идею только что толкнула. В своем деле ты мастак, Юля, но есть высоты, до которых тебе не допрыгнуть. Залог должен составлять сумму не менее ста миллионов, на такой куш клюнет кто угодно. И у тебя их украдут.

– Тогда я потеряю картины.

– А картины украдут из отеля.

– И мы все проиграем.

– Неверно, Юлечка. Тут все зависит от того, кто будет быстрее и ловчее. Если Мамедов тебя опередит, то ты проиграла. А если Мамедова опередишь ты, то он потеряет все. Дело в том, что картины и деньги должна украсть ты.

– Ты сумасшедший, Сева!

– Во время ограбления хранилища пропадет и завещание. Но кто же обратит внимание на бумажки, когда исчезло целое состояние?!

– А как же мой муж?

– Ты думаешь, человек с больным сердцем выдержит такой удар? Тут и со здоровым сердцем жди кондрашки.

– Теперь я поняла…

– У тебя есть время подумать, Юля. Но если я возьмусь за это дело – куш пополам. Расходы на операцию из твоего кармана. В конце концов, тебя интересовало только завещание. Ты его получишь и бросишь в камин. Мой план – твое финансирование.

– Я согласна!

Конечно, сидящий перед Мамедовым фокусник Бартошевич и половины не знал из этой истории, а то, что знал, поделил на четыре четверти и лишь одну выложил на стол. О том, что Юлия замешана в деле, не упоминалось. Мамедов понял из рассказа главное – частный детектив имеет возможность проникать в хранилище с такой же легкостью, как входить в метро. План Дербенева выполнялся на все сто. Он сделал Мамедова участником сговора, но поздно. После того как план Баскаковой сработал наполовину, в игру вступать уже поздно. Однако Рашид Мамедов, прижатый к стенке, готов был согласиться на любой способ выйти сухим из воды. Верил он фокуснику или нет – большого значения не имело. Он вынужден верить от безысходности.

Рашид нарушил свою традицию и выпил рюмку коньяка.

– Вы мне не сказали, как вы собираетесь заменить деньги фальшивыми?

– Очень просто. В один прекрасный день супруги Баскаковы идут в гости к друзьям. Я знаю, когда и к кому. В эту же ночь я и мои друзья остаются в кабинете Баскакова. Мы выгружаем из книжных шкафов, а их там десять, все книги, из хранилища поднимаем деньги и запираем в шкафы. При этом оставляем пачку денег в центре хранилища, настоящие купюры. Вроде как обронили. Делаем так, чтобы до них не добрался огонь. К девяти часам утра Баскаковых увезут в больницу с тяжелым пищевым отравлением – съели что-то несвежее в гостях. И не только они отравятся, всякое случается. В это время в галерею приезжает машина с мебелью. Все документы в порядке. Задача грузчиков – занести новые шкафы в кабинет директора, а старые вывезти. К картинам, которые находятся на сигнализации, операция не имеет никакого отношения. За кабинет директора охрана не отвечает. Даже если начальник охраны решит проверить достоверность заказа, ему никто не сможет этого подтвердить – хозяева будут недоступны. Мальчики поднимут шкафы с фальшивкой в кабинет, а те, что набиты деньгами, загрузят в машину и уедут. Мы же спрячемся в лифте, дождемся, когда все затихнет, спустим фальшивки в подвал и разложим по стеллажам, а потом установим пластид с таймером. Поднимемся в кабинет, расставим книги по полкам и выйдем в зал галереи незамеченными. После чего спокойно уйдем как обычные посетители галереи. Таймер сработает ночью, деньги попросту сгорят. За исключением тех, что остались на полу.

– Так могут сгореть и картины.

– Нет. Стеллажи металлические и находятся на расстоянии от выдвижных стендов. Бетонные стены, полы и потолки не горят.

– Звучит убедительно, но смахивает на сказку.

– Я делаю свою работу. И разумеется, не за гроши. Я нашел ваши картины.

Мамедов очень внимательно посмотрел на собеседника:

– Тогда кто же мне присылает эти письма?

Рашид положил перед сыщиком компьютерные распечатки.