Выход есть всегда - Марина Серова

Мои мысли плавно перетекли с Власова на Парамонова, причем подозрительных среди них уже и не было. Игорь Константинович, как мог, старался помочь школьной подруге своей жены, а я искала в каждом его действии скрытый подтекст. Хорошо, что Света взяла тайком у мужа мою визитку и позвонила мне. Она помогла мне разобраться сразу с двумя версиями.

Вдова, пусть очень кратковременно, но все же побывала у меня под подозрением. Но стоило мне поговорить с Ольгой Витальевной, как все мои подозрения рассеялись. Мы довольно быстро смогли найти с ней общий язык, хотя она, с подачи Шумилова, тоже считала, что мне нужна информация для СМИ.

В тот момент, когда мои мысли перескочили на Алексея Петровича, я въехала во двор своего дома и увидела Людмилу Усову, стоящую около белой «Ауди», припаркованной рядом с моей парадной. Логическая цепочка моих размышлений сразу же оборвалась. Я заехала на свободное парковочное место и вышла из машины. Увидев меня, Люда наклонилась к открытому боковому стеклу со стороны водителя — за рулем сидел ее супруг. «Их еще и двое», — безрадостно подумала я, догадываясь, что мне предстоит держать отчет перед клиентами. В сущности, похвастаться мне пока было нечем.

— Здравствуйте, Татьяна, — Людмила шагнула в мою сторону, — а мы вот с Сергеем решили поговорить с вами. Извините, что без предупреждения. Просто проезжали мимо…

— Хорошо, давайте поднимемся ко мне, — предложила я.

Люда сделала знак своему мужу. Тот вышел из машины и поспешил за нами.

Я не стала извиняться перед Усовыми за кавардак в моей квартире — пусть видят, что домашние заботы у меня сейчас не на первом плане.

— Нам сегодня звонил адвокат, — заговорила Люда, расположившись в том же кресле, что и в прошлый раз. — Он просил дать в суде свидетельские показания. Суворов думает, если мы расскажем о том, что Варя спасла нашу дочь, это как-то ей поможет.

— Лично я и не смогу пойти в суд, потому что в воскресенье вечером уезжаю в командировку, — стал оправдываться Сергей, — на всю неделю.

— А я остаюсь за начальника отдела. Дел невпроворот…

— Тем не менее было бы неплохо, если кто-то из вас пошел бы в суд и дал показания, — заметила я.

— Таня, я не поняла, — Людмила посмотрела на мужа и поправилась, — мы не поняли, у вас что же, нет никаких подвижек в расследовании?

— Подвижки есть. Я знаю наверняка, что Варя не убивала Кулика.

— Мы в этом и не сомневались, — заметила Усова. — Вам удалось выяснить, кто это сделал и почему?

— Варю шантажируют жизнью близкого человека, поэтому она и взяла на себя чужую вину.

— Шантажируют? — Люда с тревогой посмотрела на мужа, потом снова повернулась ко мне. — Но кто?

— Настоящий преступник.

— Ну хоть что-то вам о нем известно? Кто он? За что убил директора фирмы? — вопрошала Людмила, то и дело поглядывая на мужа.

— Я думаю, что убийство связано с профессиональной деятельностью Кулика.

— Бизнес хотели у него отнять, да? — предположила Людмила.

— Кулик был только генеральным директором, фирма принадлежит другому человеку, который живет за границей.

— Ну, должность гендиректора тоже заманчивая. Ради этого кресла, пожалуй, могли и убить, — подал голос Усов.

— Валерий Михайлович был большим профессионалом в области строительной индустрии, к тому же человеком принципиальным. Скорее всего именно эта несговорчивость и стоила ему жизни.

— Ну а при чем здесь Варя? — поинтересовалась Людмила.

— У меня есть две версии. Первая — она стала случайной свидетельницей убийства. Ее могли устранить, но потом решили, что выгоднее свалить убийство на нее. Вторая — изначально убийство и планировалось так, чтобы тень подозрений легла на Котлярову.

— Татьяна, скажите, вы успеете узнать имя настоящего убийцы до суда? — со всей строгостью спросила Людмила.

— Времени действительно остается очень мало. Варя во всем призналась, и следователю нет никакого смысла затягивать с передачей дела в суд. Рузаев уже подчистил все шероховатости, свел до минимума нестыковки, — сказала я, вспомнив об экспертизе, показавшей, что на пальцах Варвары нет пороховых газов, — так что судья может и не обратить на эти «мелочи» никакого внимания.

— Так что же, все напрасно? — расстроилась Людмила. — Варю уже не вытащить?

— Мы еще поборемся! Говоря «мы», я имею в виду и адвоката Суворова в том числе. Пообщавшись с ним, я поняла, что на него можно положиться.

— Знаете, Татьяна, при первом общении он нам тоже пустил пыль в глаза, — заметил Сергей. — А когда я снова с ним встретился, то понял, что для Вари от такого защитника будет больше вреда, чем пользы…

— Вот именно сама Варя больше всего и осложняет ему работу. Если бы она рассказала ему, как все было на самом деле…

— Не рассказала, значит, не доверяет, — высказалась Люда.

— На Котлярову оказывается мощное моральное давление. Признаваясь в убийстве Кулика, она спасает жизнь своего близкого родственника.

— Бедняжка, — вздохнула Людмила.

— Так что там с адвокатом? — уточнил Усов.

— Суворов неспроста вызвал вас в суд. Он понимает, что ваши показания не слишком повлияют на решение судьи, но вот затянуть судебный процесс они могут. Это даст мне фору, понимаете?

— Ну, допустим, я или Люда, мы отвлечем на себя внимание на полчаса. Разве это что-то изменит? — засомневался Сергей.

— Кроме вас Варин адвокат вызовет и других свидетелей. Он пообещал мне, что будет максимально затягивать слушания.

— Ну хорошо, — согласилась Усова, — я пойду в суд. Отдел без меня не пропадет. Если надо тянуть в суде время, я попробую включить «дуру» — буду переспрашивать вопросы, отвечать на них издалека, держать паузы…

— Злоупотреблять этим все же не стоит, иначе судья догадается, что адвокат при помощи свидетелей сознательно тянет время. Но и короткие односложные ответы тоже нежелательны. Короче, надо соблюдать баланс между «водой» и действительно существенной информацией.

— Буду стараться.

Я объяснила своим клиентам профессиональную версию убийства Кулика с такой уверенностью, что они сразу приняли ее на веру. А если я ошиблась? Ну были у Валерия Михайловича какие-то «рабочие моменты». У какого руководителя их нет? Только у того, который делегировал все свои полномочия замам, переложив всю ответственность на их же плечи. Но разве это про Кулика? Скорее всего, что нет. Мне припомнился первый разговор с Катей. Она тогда охарактеризовала погибшего директора как большого профессионала. «Валерий Михайлович был весь в работе, — вспоминала она. — Мы его редко видели — он то на объектах пропадал, то встречался с подрядчиками, то в мэрии вопросы решал… Мы при нем все тендеры выигрывали…» Да, при его жизни выигрывали, а после смерти первый же тендер провалился. А если быть точнее, то фирма «XXI век» просто не приняла в нем участия, так как в тот день были похороны директора. А выиграла тот тендер фирма «Дом-Дом». Не исключено, что Кулика заказал кто-то из конкурентов. Я не могла однозначно утверждать это, потому что были еще «рабочие моменты». Ольга Витальевна случайно подслушала разговор мужа с Шумиловым, из которого поняла, что гость уговаривает Валерия Михайловича начать строительство какого-то объекта. Кулик отклонил проект, потому что тот не соответствовал строительным нормам и правилам. Тем не менее он пообещал Шумилову еще раз посмотреть техдокументацию, пообещал и… потерял покой. По словам Ольги Витальевны, он еще несколько дней находился в глубокой задумчивости, отвечал невпопад на ее вопросы, нервно подергивал плечом. Через несколько дней «рабочие моменты», по мнению Ольги, рассосались. Но так ли это на самом деле?