Исповедь обманутой жены - Галина Владимировна Романова

– Вы позвонили на его номер, – севшим от напряжения голосом, произнес он. – Когда раздался звонок на его номер. Я так обрадовался. Подумал, вдруг это он. Если вы не знали, что это его номер, хотя я его указывал, когда писал заявление… как вы узнали о нем?

– Хороший вопрос, Олег Иванович.

Юля медленно двинулась к стоянке, где оставила машину. Машина Свишина тоже была там.

– В моих руках совершенно случайно оказался список из нескольких номеров телефонов.

Она запнулась, не зная, как деликатнее продолжить дальше. Чтобы не подставить себя. Чтобы не побудить Свишина к опасным маневрам, способным навредить ей.

– Номеров телефонов, которые могут принадлежать людям, причастным к этому сложному, запутанному делу.

– Что это за люди? Кто они? Ну, кроме моего брата, разумеется.

– Я не знаю, – призналась она. – Два номера из списка – это номера вашего брата. Три номера – стационарные. Но не нашего города. Я пыталась позвонить, бесполезно. Остальные номера не отвечают. Выключены. Заблокированы.

– Ну так пробейте их по своим каналам! – воскликнул Свишин.

– Не могу. Я не веду этого дела. Я уже получила выговор за то, что лезу не в свое дело.

– Так отдайте список вашему дотошному лейтенанту, – неуверенно порекомендовал он.

– Не могу, – нехотя призналась Юля, открывая свою машину.

– Что так? – Свишин прищурился и вдруг догадливо закивал: – Конфликт интересов?

Так?

– Возможно. – Юля полезла на водительское сиденье. – Извините, что не смогла вас ничем порадовать.

– Равно как и я вас, – отозвался он с раздражением.

Постоял возле ее машины, потом медленно начал обходить свою, щелкнув сигнализацией. И неожиданно вернулся.

– Слушайте, Юлия Васильевна, у вас есть с собой копия этого списка?

– Что?

Она растерялась. Она не знала, как правильнее поступить, как умнее соврать. Он стоял перед ней и требовательно шевелил пальцами. Он хотел взглянуть на лист бумаги, который прятался у нее в кармане кожаной куртки.

– Я хочу посмотреть на эти номера телефонов. Они у вас с собой?

Она мысленно обругала себе и послушно вложила в его ладонь свернутую в несколько раз бумагу. Олег Иванович быстро пробежал взглядом номера. Даже сверился со своим мобильником. И отрицательно мотнул головой.

– Нет. Ни один номер мне незнаком. Разумеется, кроме номеров моего брата. Как думаете, кому они могут принадлежать?

– Я не могу знать наверняка. Могу только предположить, что номера могут принадлежать таким же обманутым людям, бывшим владельцам квартир, как и ваш брат.

Юля завела машину. Ей надо было уезжать. Ей надо было драпать от этого въедливого мужика поскорее. Пока он из нее не вытянул еще какой-нибудь тайны.

– Вот что, Юлия Васильевна. – Он сложил бумагу и сунул ее во внутренний карман своей куртки. – Я постараюсь выяснить. Ничего не обещаю, говорю заранее. Но постараюсь.

– Что? Что вы делаете? – Она ткнула пальцем в сторону его кармана. – Зачем вы забрали список?

– Чтобы попытаться по номерам выяснить, кому они принадлежат. Не уверен, что смогу найти желающих помочь мне. Я уже говорил, в кругу моих знакомых поползли всякие нехорошие разговоры на мой счет, но… Но постараюсь. Ждите звонка.

И уехал, простившись лишь кивком. А она не могла прийти в себя еще минут десять, молотя от бессильной злости по баранке руля ладонями.

Она подставилась! Бездарно, классически подставилась! Ничто не мешает этому человеку прямиком отправиться к Левкину и выложить перед ним бумагу с номерами телефонов. Ничто не мешает ему выдать источник.

Если это случится, то ей капец! Левкин ей не простит. Левкин ее подставит. Он просто вынужден будет доложить обо всем руководству. А руководство ее просто-напросто попрет с работы.

– Дура ты, Юленька, – простонала она, выезжая с парковки. – Какая же ты доверчивая дура, Юленька!