Разгадка - Калья Рид

– Я отказался от него. Он больше не мой клиент.

Мое окно опущено. Теплый ветерок трепал мне волосы, застилая глаза. Я даже не пыталась убирать их с лица. Просто наслаждалась моментом свободы. Где не было никаких забот и тревог. Зато был Макс, и именно он вырвал меня из этого блаженства.

Я повернула голову и растерянно уставилась на него.

– Что?

Не сводя глаз с дороги, Макс переключил передачу. Сегодня он надел простые джинсы и темно-синюю футболку. Проникая в открытый люк, солнце ложилось ему на руки золотистыми полосами.

Стоял жаркий летний день. Такой, когда хочется откинуться на подголовник, закрыть глаза и ничего не делать, лишь грезить о чем-то приятном. Мы ехали по извилистой проселочной дороге. Вокруг нас не было ничего, кроме зеленой травы. Мы даже не знали, куда едем; просто куда-то подальше от Маклина.

Прошла неделя с того момента, как я узнала правду о Лане. Мне очень хотелось бы сказать, что все стало налаживаться, но, увы, ничего не изменилось.

Отец Ланы по-прежнему оставался на свободе. Лана по-прежнему жила в доме родителей. И я тоже. Я не уходила, пока она была там. Поэтому я умоляла ее уйти оттуда, но она не желала меня слушать. Она всегда говорила одно и то же: ничего не случилось. Конечно, пока он не трогал Лану, но как долго это продлится? Наверняка рано или поздно все повторится. Я не знала, когда именно, но я чувствовала, что эта неизбежность подбирается к нам обеим.

Избегать отца Ланы было невозможно. После вечеринки я ожидала, что он что-то скажет мне, но он промолчал. Лишь пристально посмотрел на меня. Иногда он улыбался, как будто знал, как сильно я хотела кому-то все рассказать, но не могла. Сталкиваясь с ним, я всегда реагировала одинаково. В моей груди что-то сжималось, меня охватывала паника, парализуя мое тело и ум. Лишь когда он выходил из комнаты или из дома, я снова могла дышать спокойно.

Иногда, чтобы я почувствовала это, ему даже не требовалось находиться рядом со мной. Я могла гулять с Ланой по улице, смеяться над ее словами или просто идти куда-то, но вдруг на меня внезапно накатывала боль. Начиналась она от бедер, постепенно распространяясь вверх по всему телу, словно по ветвям деревьев.

Иногда я просыпалась среди ночи и садилась в кровати, тяжело дыша и лихорадочно оглядывая комнату. Порой я даже не сразу понимала, где нахожусь, словно несколько часов провела без сознания. Но реальность всегда настигала меня, напоминая мне, что в моей жизни все не так, что она медленно разваливается у меня на глазах.

Мое поведение пугало меня до смерти. Я списывала все на панические атаки, но знала, что они должны скоро пройти. Я не знала, как долго смогу продержаться.

Когда я не была с Ланой, я была с Максом. Я серьезно отнеслась к его просьбе провести лето вместе. Я проводила с ним почти каждый день, но никогда не оставалась на ночь. Вскоре мы начали спорить по этому поводу.

Он просто отказывался понять, почему я по собственной воле живу у Ланы, зная, что ее отец обитает с нами под одной крышей.

Больше всего на свете мне хотелось переехать к нему. Чтобы по утрам просыпаться, обнимая его. Чтобы, открывая глаза, наклоняться к нему и целовать его. В ответ он бы перекатил меня на спину, вжал в матрас и крепко меня обнимал, пока все мои проблемы не исчезли.

– Я сообщил ему, что отказываюсь от него как от клиента, – повторил Макс.

Мои ресницы быстро затрепетали. Я села прямо.

– Когда?

– Со вчерашнего дня.

Я сглотнула, пытаясь не обращать внимания на крадущийся по мне страх.

– Что он сделал?

Макс поерзал на сиденье и машинально сжал руль еще крепче.

– Мой секретарь стояла за дверью, поэтому он сделал то, что всегда делает на публике. Сохранил самообладание и просто ушел.

Я кивнула. Это меня не удивило. Отец Ланы был человеком умным. Он вряд ли станет устраивать сцену, чтобы дать выход своей злобе. Если он это и сделает, то за закрытыми дверями, пока будет обдумывать месть.

Я с тревогой посмотрела на Макса.

– Ты считаешь, что он ничего не сделает?

– Нет. – Макс посмотрел на меня. – А ты думаешь, что да?

Я побарабанила пальцами по подлокотнику.

– Я думаю, что мы все пытаемся стать победителями в проигранной игре.

– В том-то и дело, Наоми. Это не игра. Это разница между черным и белым. Добром и злом. Это не игра. Он испоганил чью-то жизнь, и ему это не сойдет с рук.

Каждое его слово клокотало яростью. Было видно, что он едва сдерживается.

– Я знаю, – мягко сказала я. – Но все не так просто. Будь это так, он бы уже давно сидел за решеткой.

– Обещаю, это ему так не пройдет, – с жаром сказал Макс.

Я отвернулась к окну. Я не хотела говорить об отце Ланы. Мы задумали поездку для того, чтобы снять стресс и ни о чем не думать.

– Я кое о чем думала, – осторожно сказала я.

– И что это?

– Уехать от всей этой… фигни. Куда-то не слишком далеко. – Чувствуя на себе его взгляд, я пожала плечами. – Может, в округ Колумбия?

Макс отпустил педаль газа и притормозил на обочине. Остановил машину, повернулся ко мне и посмотрел на меня. Я повернулась к нему. Моя голень коснулась его бедра. Я не стала отстраняться. Даже когда мы не занимались сексом, мое тело продолжало желать его. Он был моим утешением. Думаю, так оно останется на всю жизнь.

В общем, я поделилась с ним идеей убедить Лану переехать в округ Колумбия.

Несколько дней назад меня осенило: нам нужно найти компромисс. Ей тяжело учиться в колледже, она не может находиться вдали от привычной обстановки.

Но что, если я скажу ей, что она может уехать из дома, но все равно оставаться близко к своему родному городу? Что, если неподалеку будет место, которое она знала всю жизнь, но где она окажется в безопасности?

Мой план получился не без изъянов, но он обретал форму, становясь со временем все более логичным.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – спросил Макс.

– Самая лучшая, – уверенно заявила я. – И единственная, которая имеет смысл.

Он кивнул и устремил взгляд на дорогу. Я знала, что он согласен с моим планом, но он обдумывал каждый вариант, пытаясь представить, что может пойти не так.

– И когда начнется поиск квартиры?

– Как можно скорее.

– И давно ты думаешь об этом?

– Не очень.

Я покосилась на него.

Он снял солнечные очки и буквально впился в меня взглядом.

– Я уже несколько дней обдумываю это со всех сторон, – призналась я.

Он поднял брови.