Все мы грешные - Владимир Колычев

– Козлы! – прошипел Понт. – Где их найти?

– Я укажу...

– Сегодня же и возьмем. Бычье поганое!.. Пусть Клык присылает бригаду.

– Брать этих ребят лучше всего ночью. Когда они собираются вместе, в подвале одного дома, – посоветовал Старик.

– Тогда в одиннадцать на разборку.

– Ты впрягаешься? – спросил Понт.

– Да, хотелось бы глянуть на этих отморозков...

* * *

Разборки разборками, а в семь вечера Антон снова явился на свидание. Снова просидел с Аленой в кафе.

Было около десяти, когда они вошли в ее двор. Он думал проводить ее и двинуть к «Айсбергу». Оттуда должны выехать три машины с «пехотой». Он успевал.

Антон не заметил, как к нему подобрались сзади, из темноты. А когда услышал подозрительный шорох за спиной, было уже поздно. Голова содрогнулась от страшного удара, он потерял сознание.

Очнулся в каком-то замкнутом пространстве. Осмотрелся. Бетонные стены, трубы теплоизоляции. Подвал, скорее всего. Прямо перед глазами, на свету, какая-то древняя тахта, несколько пустующих кресел.

Руки связаны сзади. Голова раскалывается от боли. Наверняка приложились к ней какой-нибудь железякой. Пистолет за спиной, конечно, тю-тю...

А на него-то он и надеялся, когда без телохранителей шел провожать Алену. Но просчитался. Недооценил сопляков. Ошибки дорого стоят... Ну, ничего, они, эти ублюдки, еще пожалеют. Не знают, козлы, с кем связались.

Ага, вот и они!

Они вышли из соседнего отсека. Их пятеро, не трое, как вчера. И за собой тащат Алену. Суки, ее бы хоть не трогали!

Самый главный из них, коренастый крепыш с наглым рылом, подошел к нему.

Девушку бросили на тахту.

– Ты, яйцеголовый, очнулся уже? – осклабился он.

Антон промолчал. Негоже ему опускаться до разговора с каким-то полудурком из подвала.

– Тебя ведь предупреждали... Какой же ты непонятливый, пижон?

Все ясно, его принимают за какого-то делягу-коммерсанта. Кровью скоро будут харкать, шелупонь галимая... Вот тогда и узнают, кто он такой.

Антон молчал. Только усмехался. Его взгляд выражал глубокое презрение к крепышу и полнейшее безразличие к тому, что с ним происходит.

– Я что, не с тобой разговариваю?

В ответ Антон только пренебрежительно хмыкнул.

– А ведь говорили тебе, быдло, не тронь девчонку. Не послушался... Тебя мы, наверное, кончим... И ее, Аленку, наказать придется. Будет знать, сука, как ходить с кем попало!

А ведь не шутит. Может запросто грохнуть. Сила-то, как ни крути, на его стороне. А Алена? Неужели эта падаль изнасилует ее?

– Смотри, как я ее сейчас уделаю!.. Ты ее не трахал, так посмотри, как это делают другие... Жаль, не могу развязать тебе руки. А то бы разрешил и тебе подрочить...

И хохот.

Крепыш сунул руки в карманы и повернулся к девушке.

– Не подходи! – закричала она.

Но ей тут же заткнули рот.

Двое ухватили ее за руки, двое – за ноги, развели их в стороны. Слышалось гадкое хихиканье.

Главный подошел к Алене и молча просунул ей под юбку руку. Послышался треск разрываемой ткани.

Он вытащил руку и выставил на обозрение располовиненные трусики. Отбросил их в сторону, деловито стянул с себя до колен штаны.

– Ну, сучонка, гляди, какой у меня богатырь! – захохотал он и стал наваливаться на нее.

Но испохабить ее не успел.

В подвал ворвались несколько человек с короткоствольными автоматами.

– Стоять, падлы! – послышался знакомый голос.

Крепыш оторвался от Алены и повернулся к незваным гостям. И тут же получил сокрушительный удар ногой в пах, как раз по своему «богатырю», не прикрытому доспехами.

Второй удар прикладом в челюсть опрокинул его на пыльный цементный пол.

Его помощники отпустили девушку и подняли руки.

– Труба, братва, менты нагрянули!

Но они ошиблись. Это заявился Понт со своими громилами.

Подвальные крепыши и были теми грабителями, взявшими кассу «Айсберга». Это Мороз добивался взаимности от Алены. Это его уязвленное самолюбие загнало Антона в подвал.

– А ну к стенке, падлы! – орал Понт. – Я покажу вам, как грабить честных воров!

Он с силой ткнул одного крепыша в ребро пистолетом. И тут его взгляд упал на Алену.

– О, да вы, гляжу, деваху распластали, гады! Клевую, блин, деваху!.. Насилуете, падлы?

– Мочи их, Понт! – крикнул ему из своего темного угла Антон. – Только Алену не тронь!

Понт подскочил к другу.

– Да они че, совсем охренели? – взорвался он. – На самого Хмурого руку подняли!

Краем глаза Антон заметил, как дернулось лицо одного крепыша. Наверное, знал, кто такой Хмурый. Слышал, может, где... Не с луны же, в конце концов, свалился этот отморозок...

Понт помог ему освободиться от пут, подняться с полу.

– А мы ждали тебя, да не дождались. Вот ты, значит, где время проводишь.

– За фраера меня приняли. Наказать хотели, что я за ней увязался. – Антон кивком указал на Алену.

Она уже оправила юбку и сидела на тахте с низко опущенной головой.

– Так как же они тебя взяли? У тебя же пушка.

– А вот так, неожиданно железякой из-за угла.

– А киска у тебя блеск! За такую бы и я башку подставил.

Понт понимающе улыбнулся и тут же снова взорвался, обращая свой гнев на доморощенных грабителей:

– На кого лапу подняли, падлы!

Он подскочил к Морозу – тот уже оправился от удара и поднимался с полу. Приставил к его голове ствол.

– Молись, урод стеганый!

Его палец шевельнулся на спусковой скобе. Глаза крепыша наполнились диким страхом.

– Постой-ка, Понт, – остановил друга Антон.

Понт послушно убрал «дуру».

– Пусть пока поживет.

Антон подошел к Морозу, ухватил его сильными пальцами за подбородок, задрал лицо кверху.

– Не на того нарвался, гаденыш!

– Я не хотел... – заскулил бедняга.

– Так это ты, сучара, взял «Айсберг»?

– Прости...

– Простить?.. Да ты меня почти на пол-«лимона» нагрел...

– Я отдам!

– Отдашь. И жизнь отдашь... Где бабки?

Антон заметил, какими удивленными глазами смотрит на него Алена. Она ведь тоже принимала его за обычного коммерсанта.