Джоконда улыбается ворам - Евгений Сухов

Герцог скучал. Осталось как можно побыстрее спровадить военного эксперта с порога и заняться привычным для себя делом: приготовлением к празднеству. В этот раз гостей должно собраться особенно много, и важно, чтобы никто из приглашенных не остался равнодушным и уж тем более не заскучал.

– Боюсь, что при дворе вашим талантам не найдется места, – развел руками герцог. – Но уверен, что вы обязательно отыщите применение своим талантам в Милане. Город у нас большой и невероятно красивый, присмотритесь к нему, он вам понравится. Если что, можете обращаться ко мне, я всегда буду рад вам помочь, – завершил герцог аудиенцию.

– Спасибо за любезность, ваша светлость, – поднялся Леонардо да Винчи, взяв с пола зеленый суконный мешок. – Мне бы не хотелось вам более докучать.

– А что это у вас там? – с любопытством спросил герцог, указав пальцем на предмет, что Леонардо держал в руках.

– Это лютня…

– Лютня? – в голосе Лодовико Сфорца прозвучал интерес. – Разверните ее.

Развязав горловину, стянутую тонким шелковым шнуром, Леонардо извлек лютню.

– Взгляните, ваша светлость.

– Странно, я никогда не видел лютню такой формы, – все более удивляясь, произнес герцог.

– Лютни бывают разной формы, ваша светлость, – приподнял музыкальный инструмент Леонардо, продемонстрировав его герцогу со всех сторон. – А эту лютню я смастерил из конского черепа.

– Из черепа? – глаза герцога от изумления расширились.

– Для лютни главное подобрать подходящую форму, чтобы был красивый звук, и череп лошади – весьма подходящая конструкция. Внутри большая полость, и звуки оттого получаются гораздо басовитее и сильнее.

– Право, оригинально! Никогда не думал, что такое возможно! – произнес обескураженный герцог.

Все-таки Леонардо сумел его удивить.

– Уверяю вас, музыкальные инструменты бывают еще более затейливые.

– Разрешите взглянуть на вашу лютню?

Герцог проявил нешуточный интерес к поделке, что случалось с ним крайне редко.

Леонардо протянул лютню. Взяв инструмент, герцог с нескрываемым интересом принялся ее разглядывать. Струны, собранные в пять пар, были изготовлены из черных длинных конских волос, накрепко переплетенных между собой. Сам инструмент украшали два сильно загнутых бараньих рога, инкрустированных чеканным серебром. Нос лютни искусно декорирован в виде какой-то хищной сказочной птицы.

– Весьма занятно, никогда не держал в руках ничего подобного. Так этот инструмент может еще и играть?

– И очень даже превосходно, – скоромно отозвался Леонардо. – Уверяю вас, вы никогда не слышали столь высокого и выразительно звучания.

– Прошу вас, – протянул герцог лютню, – продемонстрируйте!

Леонардо да Винчи бережно взял в руки лютню. Уверенно провел сильными пальцами по натянутым струнам, вслушиваясь в гармонию звука, а потом затянул высоким чистым голосом песню.

Герцог слушал внимательно, его круглое лицо выражало удовольствие, а когда песня закончилась, он восторженно произнес:

– А вы, оказывается, очень хорошо поете, любезный Леонардо, да и в лошадях неплохо разбираетесь. Ха-ха-ха! Знаете, завтра у нас состоится карнавал с музыкальным представлением, так что я предлагаю вам стать придворным музыкантом.

– Спасибо, ваша светлость, я с радостью приму ваше предложение. К карнавалу я могу сделать маски, каких, уверен, вы не отыщете во всей Европе.

Герцог едва покачал головой:

– А вы, я вижу, умеете хвастать, дорогой мой Леонардо.

– Одна из этих масок у меня здесь, в мешке. Если желаете, я могу вам продемонстрировать.

– Извольте, любопытно взглянуть. Вижу, что вы умеете удивлять.

Леонардо вытащил из мешка разукрашенную маску с аккуратным носом и слегка выступающим подбородком. Внешне она чем-то напоминала самого Лодовико.

– Это мой подарок вам, ваша светлость, – протянул Леонардо маску.

– Благодарю…. Весьма любопытно, – повертел герцог в руках маску. – А что здесь за надпись?

– Здесь написано на древнегреческом: «Если ты дорожишь своей свободой, то не открывай, потому что мое лицо станет для тебя тюрьмой любви!»

– Ха-ха-ха! Занятно! В таком случае мне придется пересажать в темницу всех моих возлюбленных. А знаете, любезный Леонардо, возможно, это и будет для меня наилучшим выходом… Вижу, что вы не только хорошо разбираетесь в пушках, но и, что более важно, в маскарадах! Чего же вы не сказали о ваших главных талантах раньше?

– Мне думалось, что это не столь важно.

– Во дворце важно все! Надеюсь, что с вашим появлением наши развлечения станут еще более насыщенными.

* * *

Взяв Леонардо под локоток, Лука, придворный музыкант, повел его по аллее парка, усыпанной разноцветным гравием.

Дворцовый парк впечатлял с первого взгляда. В его основе была правильная геометрическая планировка, исходящая от центра, а далее, подобно солнечным лучам, разбегались прямые аллеи из постриженного тисового дерева. Разбитый на трех уровнях сад казался невероятно объемным, а деревья, постриженные в геометрические фигуры, выглядели игрушечными. Через кипарисы, выстроившиеся в ровный ряд, в перспективе открывался большой пруд, в котором плавали лебеди, а лабиринты, построенные из самшитовых кустов, были столь сложны, что неподготовленный гость мог проплутать в них ни один час.

– Как вам дворец? – посмотрел Лука на Леонардо.

– Он великолепен!

– Миланский двор едва ли не один из лучших в Европе, мой друг, а когда к власти пришел Лодовико Сфорца, так он сделался во сто крат краше! Здесь все подчинено удовольствиям и развлечениям. Здесь отцы продают своих дочерей, братья – сестер, а мужья – жен! Здесь абсолютно нет никаких запретов. Все покупается и все продается. Герцог содержит целую армию слуг, поваров, конюхов. А во время бала здесь поет фламандский хор, лучший в Европе. Сюда стекаются маги и астрологи всех мастей. У герцога имеется личный астролог, без совета которого он не делает ни шагу.

– Первое впечатление у меня несколько другое, – сдержанно отозвался Леонардо.

– Уверяю вас, что оно у вас поменяется, как только вы поживете здесь неделю. А что вы скажете о саде?

– Он великолепен! Во Флоренции такого нет, – отдал должное мастерам Милана художник.

– Полностью с вами соглашусь, Леонардо. Над его созданием трудились лучшие архитекторы, выписанные из Неаполя. А знаете, чем он еще интересен?

– Полагаю, что отсюда очень интересная перспектива на фасад дворца герцога.

– О, да! – восторженно ответил музыкант. – В саду невероятная геометрия, как если бы его разбивали по линейке.

– А еще здесь великолепный кружевной партер. Признаюсь, я никогда такого прежде не встречал.