Счет за счастье - Владимир Григорьевич Колычев

Ерема справился, опустил спинку кресла. Он перемещался с одного сиденья на другое, когда в стекло вдруг что-то ударило. Он вздрогнул, дернулся, чтобы соскочить, но заставил себя остановиться. Если это киллер, то спастись невозможно: оружия у них нет, а сбежать нереально. Если будут стрелять, то он умрет первым, закрыв от пули любимую женщину. А потом умрет она. Они умрут вместе. О такой смерти можно только мечтать.

Но не было никакого киллера. В лобовое стекло ударилась какая-то ночная птица, оставив после себя едва заметное перышко. Ульяна засмеялась, улыбнулся и Ерема. Ничего страшного, можно продолжать.

Но Ульяна продолжить не позволила:

— Мне страшно! Давай уедем отсюда!

Он кивнул, кое-как привел себя в порядок, завел двигатель.

Они плутали по лесам и полям до глубокой ночи, наконец выскочили к какому-то селу, узнали название, сверились по карте. И выехали на дорогу, по которой к утру добрались до Нижегородского шоссе.

— Костя где-то на этой дороге, — сказала Ульяна.

— Где вы договорились встретиться?

— Зачем нам встречаться? — не поняла она.

— Ну, вы же как бы вместе меня искали.

— Вместе. Но каждый сам по себе… На самом деле Костя не очень верил, что Вахлам хочет… будет тебя убивать.

— А то, что хочет убить, верил.

— Знал.

— Но меня не предупредил.

— Не знаю. Знаю, что Костя взбаламутил воду, спасибо ему за это.

— Значит, встречаться с ним ты не планируешь?

— Ты с ним встретишься, а мне зачем?

— Это хорошо, что незачем, — кивнул Ерема.

Костя не красавец, но успехом у женщин пользовался. И акций у него в районе двадцати процентов, это при том, что рынок работал и успешно, и давно. Одним словом, завидный жених, Ульяна могла купиться. Вдруг у них роман, а Ерема и не знает.

— Ты меня ревнуешь? — Ульяна удивленно посмотрела на него.

— С чего бы это?

— В том-то и дело, что не с чего!

— Не с чего. Но я тебя ревную… Ты слишком красивая, чтобы не ревновать!..

— Тогда ревнуй. К единственному мужчине, который может меня обнимать, целовать. К себе ревнуй!

— А я могу?

— Только не в машине.

Ерема остановился у ближайшей придорожной гостиницы. Машину поставил так, чтобы ее не было видно с дороги, снял номер в гостинице. Он торопился, а Ульяна улыбалась, глядя на него нежно и с иронией.

Гостиницу открыли совсем недавно, отделка свежая, мебель новая, тараканы по душевому поддону не ползали. Ульяна первым делом отправилась в душ, вышла к Ереме в халате на голое тело.

— Я пока расчешу волосы, — сказала она, с намеком глянув на дверь, из которой вышла.

Ерема и сам понимал, что не дело это — соваться к ней в лагерной и дорожной пыли. Сходил в душ, вышел к Ульяне, взял у нее из рук расческу, провел по волосам. Одновременно с этим распахнул полы ее халата.

— Ты даже не представляешь, как я тебя ревную к самому себе!

— Тогда ревнуй еще сильней!

Она поднялась во весь рост, повернулась к нему, скинула халат, и они вместе завалились на кровать, матрас на которой мягкий, упругий, не то что сетка лагерной койки. И Ульяна такая знойная, горячая и, главное, податливая. Ерема с головой погрузился в сбывшуюся мечту.

Выныривал он долго, Ульяна лежала на животе, голая, обессиленная, кожа на попке чистая, нежная. Вдруг захотелось еще. И она, почувствовав это, мотнула головой:

— Лучше подай завтрак в постель!

Первый этаж здания занимало кафе, Ерема спустился вниз, заказал две яичницы, бутерброды с черной икрой, кофе. Дождался, когда приготовят, оплатил заказ и с подносом в руках отправился в номер. Через холл, в котором находилась стойка администратора.

А за стойкой двое, один чернявый, другой шатен, оба высокие, худощавые, сосредоточенные, напряженные. Один разговаривал с девушкой, показывая ей что-то, другой смотрел по сторонам. Этот второй и заметил Ерему, легонько толкнул в бок своего дружка, подавая сигнал.

А Ерема как будто и не замечал. Шел с блажной улыбкой на губах, шатен на это повелся. И не успел среагировать, когда Ерема бросил в него поднос. Горячий кофе выплеснулся в лицо, шатен выругался, полез в карман — вряд ли за носовым платком. Ерема оставил его на потом и атаковал чернявого. С разгона, наотмашь ударил его кулаком в висок. И тут же переключился на шатена.

Чернявый смог выхватить пистолет к тому времени, как Ерема вернулся к нему. Ему бы на кулаки перейти, закрыв голову и корпус от ударов, а он выбрал оружие. И не успел закрыться от сильного удара в горло. Пистолет выскочил из руки, Ерема ударил ногой шатена, который также схватился за оружие.

Оттолкнув чернявого, Ерема рванул за упавшим пистолетом, но не смог взять его в руку, только протолкнул по скользкому кафельному полу вперед. Но вместе с тем он значительно продвинулся к лестнице на второй этаж. Наклоняясь за пистолетом в следующий раз, он встал на колено, в этот момент шатен выстрелил, пуля прошла над головой.

Схватив пистолет, Ерема нырнул в сумрак лестничного проема, куда одна за другой влетели две пули. Одна прошла, не больно чиркнув его по плечу. Ерема выстрелил в потолок, давая понять, что приближаться к нему смертельно опасно. И киллеры правильно поняли сигнал — решили не рисковать. Они выскочили на крыльцо, у которого стояла белая «пятерка». Когда Ерема выскочил вслед за ними, стрелять было уже поздно. И преследовать преступников он тоже не мог, ключи от машины остались в номере. Да и сама «девятка» находилась довольно далеко, пока до нее дойдешь.

Администраторша оставалась за стойкой, с бледным видом она крутила диск телефона. Увидев Ерему, она отбросила от себя трубку.

— Чего ты? — На всякий случай он спрятал пистолет под рубашкой. — Это же в меня стреляли!

— Ну да, — кивнула она.

— Эти люди меня искали?

— Вас!

— Фотографию мою показывали?

— Да.

— Они за стойку руками держались, — сказал Ерема. — Не трогай ничего, милиция подъедет, пальчики снимет, надо знать, кто на меня охотится… Извини, мне надо ехать!

Ульяна слышала выстрелы, она уже оделась к тому моменту, когда Ерема вошел в номер.

— Ты живой! — Она потянулась к парню, в порыве радости собираясь броситься ему на шею. Но не бросилась. Сама понимала, что сейчас не до телячьих нежностей.

— Уходим!

Они покинули гостиницу, вышли к машине, прежде чем сесть, Ерема заглянул под днище. Мало ли, вдруг «девятку» заминировали.

— Ищут нас братья, — сказал он, разгоняя машину.

— Братья?!

— По оружию!

Ерема достал ствол. Чешский «СZ-75», неслабая машинка. Но лучше бы он захватил самого киллера.

— И