Патрик Кензи - Деннис Лихэйн

— Будь он там, думаю, он бы давно сюда вломился.

— И что ты будешь делать, Коди, когда он сюда вломится?

Коди выдернул из-за пояса пистолет 38-го калибра и ткнул стволом мне в лицо:

— Застрелю его, всего-то и делов.

— Его это только пуще разозлит.

Коди хмыкнул и постучал стволом мне по носу, по левой ноздре.

— Ты меня унизил. С тех пор я об этом только и мечтаю. По правде сказать, у меня даже встает. Что ты на это скажешь?

— Скажу, что тебе надо сменить проводку в эрогенных зонах.

Он взвел курок большим пальцем и еще плотнее прижал пистолет к моей ноздре.

— Так что, теперь ты меня застрелишь, Коди?

Он пожал плечами:

— Если честно, я был уверен, что убил тебя еще в ванной. Мне раньше никого не приходилось отправлять в нокаут. Я и не пытался.

— Новичкам везет. Мои поздравления.

Он улыбнулся и еще раз похлопал меня по лицу. Я моргнул, а когда открыл глаза, оба Коди вернулись, и прозрачный стоял справа от настоящего.

— Мистер Фальк, — сказал Леонард.

— Да? — Коди пристально вглядывался во что-то интересное у меня на голове.

— Хреново дело. Или мы звоним в полицию, или везем его куда-нибудь подальше и там кончаем.

Коди кивнул и наклонился к моей голове еще ниже.

— У тебя там кровища течет.

— Из виска?

Коди покачал головой:

— Скорее из уха.

Только тут до меня дошло, что уже некоторое время я слышу в голове пронзительный тонкий звон.

— Из внешнего или внутреннего?

— Из обоих.

— Да, пару раз ты мне хорошо вмазал.

Он выглядел довольным:

— Спасибо. Хотел убедиться, что все сделал как надо.

Он убрал ствол от моей ноздри и сел на пол передо мной. Пистолет по-прежнему смотрел мне прямо в лицо.

Я едва ли не явственно видел, как в его мозгу зреет и обретает форму план. От этого плана веяло такой ледяной злобой, что в комнате сразу похолодало.

Я знал, что он скажет, еще до того, как он открыл рот.

— А что, если нам действительно его мочкануть? — обратился Коди к Леонарду.

Леонард вытаращил глаза и положил полотенце с кубиками льда на край стола.

— Ну…

— Конечно, ты рассчитываешь на премиальные? — спросил Коди.

— Ну да, мистер Фальк, само собой, но вначале нам надо все как следует обдумать.

— А чего тут думать? — Коди подмигнул мне, не опуская пистолета. — У нас его бумажник и ключи. А его «порше» припаркован перед домом Левенштайнов. Загоним машину в гараж, запихнем его в багажник и увезем отсюда. — Он наклонился и провел стволом мне по губам. — А там… Застрелим? Нет, лучше зарежем.

Леонард уставился на меня широко раскрытыми глазами.

— Знаешь, Леонард, а «мочить»-то меня придется тебе. Прям как в кино.

Коди еще раз шлепнул меня по щеке. Что-то это совсем перестало мне нравиться.

— Убить человека, мистер Фальк, — выдавил из себя Леонард, — это не такой уж пустяк.

— Да? А что тут такого?

— Ну, это… Ну, как бы…

— Это непростое дело, — сказал я Коди. — Всегда есть риск, что упустишь нечто важное.

— Например?

Со стороны казалось, что ответ его не очень-то интересует.

— Например, может оказаться, что кому-то известно, что я поехал сюда. Или кто-то сумеет это выяснить. А потом нанесет вам визит.

Коди засмеялся:

— И «спалит мои рестораны к чертовой матери, а самого меня сделает инвалидом». Помню-помню. Ты это имеешь в виду?

— Для начала.

Коди задумался. Прислонившись затылком к мясницкой плахе, он, с трудом скрывая восторг, смотрел на меня из-под полуопущенных век. Он чуть ли не хихикал, как двенадцатилетний пацан, впервые попавший в стрип-клуб.

— А мне действительно нравится эта идея, — проговорил он.

— Замечательно, Коди, — энергично закивал я. — Очень за тебя рад.

Он широко раскрыл глаза и придвинулся ко мне. Меня обдало горьковатым запахом кофе и зубной пасты.

— Я уже слышу, как ты визжишь. — Его тонкий язык скользнул к опухшей губе. — Ты лежишь на спине, корчишься от страха, а я всаживаю нож тебе в грудь.

И его кулак со свистом рассек воздух.

— А потом вытаскиваю нож и пыряю тебя еще раз.

В глазах у него появился блеск.

— А потом еще раз. И еще. Ты орешь во всю глотку, кровь хлещет, а я все колю и колю.

Он еще несколько раз полоснул кулаком воздух. Губы у него растянулись в плотоядной улыбке.

— Ничего не выйдет, — хрипло произнес Леонард. Шумно сглотнул и добавил: — Мистер Фальк! Ничего не выйдет. Если мы собираемся сделать это, то нам нельзя вытаскивать его из дома, пока не стемнеет. А это еще не скоро.

Коди не сводил с меня глаз. Он смотрел на меня так, будто я был муравьем, пытающимся утащить на пикнике салфетку.

— Проведем его через гараж и запихнем в багажник «порше».

— А потом что? — спросил Леонард.

Его глаза метнулись от меня к Коди.

— Так и будем кататься с ним в багажнике до темноты? В «порше» шестьдесят третьего года выпуска? Сэр?.. Пока светло, ничего у нас не выйдет.

Лицо Коди приняло такое выражение, словно сегодня был сочельник, а ему сказали, что рождественские подарки он получит только завтра утром. Он обернулся к Леонарду:

— Что, кишка тонка?

— Нет, мистер Фальк. Я просто пытаюсь вам помочь.

Коди посмотрел на часы у меня над головой. Посмотрел на задний двор. Посмотрел на меня. Несколько раз хлопнул ладонью об пол и заорал:

— Твою мать! Твою мать! Твою мать!

Упал на колени и с силой шарахнул ногой по шкафчику похожего на мясницкую плаху стола, вышибив дверцу.

Звериным рывком бросил тело вперед — я видел, как у него на шее напряглись жилы, — и придвинулся ко мне лицом так близко, что задел кончиком своего носа мой.

— Ты, — сказал он, — умрешь. Понял меня, козел?

Я промолчал.

Он боднул меня лбом.

— Понял, спрашиваю?

Я ответил ему пустым, ничего не выражающим взглядом.

Он снова меня боднул.

Мой череп словно взорвался от боли, но я стиснул зубы и не издал ни звука.

Коди отвесил мне оплеуху и вскочил на ноги.

— А что, если замочить его прямо здесь? Прямо сейчас?

Леонард поднял свои ручищи:

— Улики, мистер Фальк. Улики. Предположим, что хотя бы один человек знает или даже просто подозревает, что он направился сюда. А потом находят его труп. Сюда нагрянут криминалисты. И