Приют мертвых - Дэвид Ливайн

Сьюзен прислушалась к учащенному биению своего сердца и, решив, что способна еще проплыть не больше километра, перешла на баттерфляй. Это был ее излюбленный стиль, и она почувствовала себя в своей стихии. Руки взлетали над водой и уходили в глубину, ноги действовали как одно целое. Она плыла, как русалка или некая млекопитающая амфибия. Преодолела последние метры быстро, как только могла, и коснулась стенки. Сняла очки и шапочку и оглянулась в поисках Линн.

— Неплохо, неплохо, — похвалила ее подруга.

— Я чувствую себя безобразно. Не пытайся меня утешать, — отмахнулась Сьюзен, вылезая на настил на краю бассейна.

— Резвости тебе еще не занимать, — настаивала Линн.

Растираясь полотенцем, Сьюзен поняла, что так ничего и не решила.

Бэр вошел в закусочную «У толстяка», где подавали сандвичи, и не увидел, кого искал. Ему позвонил Пэл Мерфи и сказал, что его племянник знаком с неким типом, знающим нечто такое, что может иметь отношение к миру «гороховой» лотереи, и Бэру необходимо с ним встретиться и самому во всем разобраться. Но единственным посетителем оказался неопрятного вида черноволосый малый со слегка заостренным носом, доедавший аппетитный на вид сандвич. Бэр не мог себе представить, что он и есть родственник аккуратиста и чистюли Пэла. Но в родственных отношениях разве разберешься? Он подошел к парню:

— Это ты племянник Пэла?

— А ты частный сыщик? — Парень посмотрел на Бэра слегка пучеглазыми черными глазами.

— Да.

— Ну и видок! Ты что, подрался? — Бэр не обратил внимания ни на замечание, ни на вопрос. — Я Мэтт Макмерфи, — продолжал парень. — Но все называют меня Малышом.

Бэр сел и протянул руку.

— Так ты Мерфи или Макмерфи?

— Макмерфи — мой сценический псевдоним. Пэл — брат моего отца.

— Ты музыкант? — Бэр вспомнил, что слышал, будто парень играет рок на местном радио и еще ему вроде бы попадалась рекламная листовка, извещающая о том, что Мэтт в День святого Патрика выступает в цветочном магазине.

— Да, — буркнул парень и уткнулся носом в кулек с сандвичем, с которым справлялся с видимым трудом. Но Мэтт не сдавался, и Бэр не сомневался, что он своего добьется. Однако парень прервал занятие и спросил:

— Будете что-нибудь есть?

— Нет. — Бэр отказался не потому, что не любил здешней еды, но, устроившись на стуле, почувствовал запах мокрой швабры, и это не прибавило ему аппетита. Но запах шел не от пола.

— Доедай, я подожду.

Но Макмерфи все-таки прервал процесс — завернул остатки сандвича в бумагу, сделал глоток содовой и рыгнул.

— Потом. — По его виду было заметно, что он нервничал.

— Так ты знаешь нечто такое, что может представлять для меня определенный интерес?

— Я много чего знаю, — в голосе Мэтта зазвенела неподдельная гордость. — И об экстази, и о кокаине, и о травке.

— Это не для меня. А о «гороховой» лотерее, может, что-нибудь знаешь?

— По правде сказать, ничего. Но мне знаком парень, работающий водном из таких домов. И он утверждает, что был свидетелем какой-то разборки. Если только это не пьяный треп.

— Что за разборка? — поинтересовался Бэр.

— Не знаю.

— Кто этот парень?

— Сомневаюсь, стоит ли мне говорить, — поморщился Макмерфи. — Этот парень может в два счета меня раздавить. — Мэтт явно нервничал. Глаза, словно несколько дней назад подведенные черным карандашом, бегали из стороны в сторону. На нем был пыльный костюм поверх красного жилета, из-под которого виднелась черная рубашка с расстегнутым воротом. На шее — кельтский крест на сыромятном ремешке. Наряд щеголя, для него это было, видимо, естественно. Однако в данный момент Мэтт имел весьма помятый вид. Его костюм выглядел так, будто он спад в нем во время долгой поездки в двуколке.

— Как же нам поступить? — спросил Бэр. — Ты как бы случайно о нем обмолвился, я как бы случайно его встретил, и ты тут вовсе ни при чем?

— Нет. — Мэтт пососал соломинку, но содовая кончилась, и он покосился в сторону раздаточного автомата. — Так не пойдет. Но дядя попросил вам помочь. Пожалуй, я повидаюсь с тем парнем, спрошу у него, захочет он что-нибудь рассказывать или нет, а затем вам позвоню.

— Хорошо, — согласился Бэр. — На этом и остановимся. Предложи ему денег.

— У меня нет денег, — насупился Макмерфи.

— Я не сказал — дай. Предложи, если он согласится со мной поговорить. Я ему немного заплачу, если от его сведений будет какой-нибудь толк.

— Тогда ладно, — успокоился Мэтт. — Тогда все в порядке.

Бэр, опасаясь, что их беседа кончилась как-то неопределенно, протянул визитную карточку:

— Позвони, как только твой парень дозреет до разговора со мной.