Ребус старого пирата - Борис Бабкин

– Что это? – Блойд посмотрел на шкатулку. Вилли, улыбаясь, осторожно ее открыл.

Блойд увидел небольшую похожую на дольку апельсина частицу шара.

– Я так понимаю, – улыбнулся Вилли, – здесь изображена Африка.

– Я убью тебя, фашистская морда! У тебя была часть, и ты молчал?

– Я ее нашел как раз перед твоим приездом. Изучил записи деда и дяди и понял, что надо искать в камине. И действительно, в забитой хламом комнатушке я обнаружил камин. Обследовал его три часа. Все делал сам, боялся, что прислуга может кому-нибудь об этом шепнуть. И когда думал, что это просто предсмертная шутка деда, нашел железный ящик, а в нем – шкатулка. Открывал я ее с замиранием сердца. Когда увидел этот ломтик, не поверил, что это одна из тех семи частиц, которые разыскивают. Поэтому я тебе и позвонил. С помощью лупы я внимательно осмотрел ее и разглядел горы, реки, растительность. Я сравнил изображение с картой Африки и понял, что это южная часть.

– Вот это да! – Блойд улыбнулся. – А это алмазная крошка? – увидел он блеск по краям металлического ломтика.

– Да.

– Ты говорил, что ты двоюродный брат Карла и…

– Я врал. Я внук гауптмана Краузе. И родственник генерала Клюге, который, кстати, тоже был на том самом корабле, где нашли все семь частиц глобуса. Хотя, если честно, я сомневаюсь в этом. Если все было у них, что им помешало узнать место и забрать сокровища? Хотя был конец войны, их разыскивали как военных преступников, поэтому они вполне могли отложить поиски. Но как пленным удалось утащить несколько частиц? И как они оказались на корабле, на котором пытались скрыться в Южной Америке офицеры гестапо? Как эти пленные попали на корабль?

– Ну, это вообще не по адресу, – усмехнулся Блойд. – Можно я осмотрю эту штуку?

– Конечно. Только аккуратнее, потому что при малейшем повреждении пазы не совпадут, а без этого глобус не собрать. Хотя мне кажется, что, даже не собирая, на одной из частей можно увидеть значок, указывающий место, где лежат сокровища. Но все-таки осталось шесть.

– Меньше. Как ты говоришь, у Густава фон Бергера есть парочка таких лепестков. Выходит, надо искать четыре. Неужели они были у этого русского графа? Видишь ли, в чем дело… Участников тех событий не осталось, расспросить некого. Я очень рассчитывал на записи, которые нашли у Штольца, но и там ответа нет. Надеяться на то, что все знает Густав, глупо. Он не искал бы остальные части. У него наверняка есть одна или две, вполне возможно, и три. Но он в поиске. Хотя, – задумчиво пробормотал Вилли, – Индия – страна загадок. Вполне возможно, место указано и здесь, – он кивнул на часть глобуса, – но чтобы выяснить это, нужны…

– Да ты ерунду городишь, – возразил Блойд. – Должно быть отмечено, где…

– А ты сам подумай, зачем пират сделал два шарика?

– А я откуда знаю? И зачем же?

– И я не пойму. Значит, ответ во всех семи, собранных в глобус, частицах. Другого объяснения нет.

– Значит, будем искать, – усмехнулся Блойд.

Лондон

– Черт бы побрал Чарли! – недовольно вздохнула Диана. – Почему молчит?

– Может, убили? – предположил Гарри. – На Аляске их чуть не схватили, но они сумели выбраться. Правда, постреляли немного и одного полицейского ранили. А в Индии, газеты пишут, бойня была. Убиты трое индийцев.

– Значит, Чарли жив.

– А если его взяли или убили? С ним кто там был?

– Какой-то Корни, переводчик и проводник. Оказывается, они вместе где-то воевали. Но почему он молчит?

– Может, сказать нечего. Твой брат не из тех, кто попусту болтать любит. Да, у меня есть для тебя довольно смешная новость. Помнишь, ты в Намибии разбиралась с одной мадемуазель из французского легиона?

– И что?

– Эта Пантера здесь, в Лондоне. И брат ее Анри с ней. Однако Анри не солдат, а вот она ничего зверь. Вы тогда целых полчаса выясняли, кто из вас по праву Пантерой зовется.

– Что она здесь делает?

– Да есть у меня одна мыслишка… Старого француза, который так всем нужен, двое соотечественников забрали. Вот я и думаю, а не Пантера ли…

– Пантера – я! – раздраженно перебила Диана. – А где ты ее видел?

– Не я, Дэн ее засек. Они в бар вошли и еще четверо с ними. Я Тома туда послал. Пантера… извини! – Заметив, как перекосилось лицо Дианы, Гарри засмеялся. – Жаклин его не знает, он сможет услышать, о чем они говорят.

– Это ты хорошо придумал.

– Как отец?

– С ним сейчас постоянно врач. – По ее тону Гарри понял, что она недовольна.

– На твоем месте я связался бы с Карлом, – сказал рослый лысый мужчина.

– Ты не знаешь, что сделает Карл? – усмехнулась Жаклин. – Пришлет своих головорезов, и с нами покончат. А я имею такое же право на этот глобус, как и он. И даже больше.

– Ну, кто больше, кто меньше, это, как говорят, только Богу известно. Если кто и имеет право, на него, так это его прадед…

– Кто знает, как эта штука попала к барону? И как на корабле с гестаповцами оказались пленные?

– Я и говорю: только Бог знает правду. Хотя Карлу я тоже не верю. Есть мнение, что он может и нож в спину всадить, и тайком последнюю галету съесть, и раненого оставит запросто. Было уже такое.

– А ты, Капитан, видел здесь знакомых? – спросил Анри.

– Положим, у нас с тобой знакомых общих быть не может. А вот наших с ней, – кивнул он на Жаклин, – видел. Кстати, сейчас увидите одного.

– Кого? – спросила Жаклин.

– Вон там, – Капитан кивнул влево, – там пьет пиво человек Спрута. А Спрут с Дианой работает.

Сидящий в углу бара плотный молодой мужчина пил пиво. К нему подошли четверо. Он зевнул, а потом неожиданно резко двинул ногами стол и выплеснул пиво в лицо бросившемуся на него человеку. Затем кружкой ударил четвертого по лбу и метнулся к окну, но его ударила в затылок брошенная бутылка. Плотный, падая, головой разбил стекло. Бармен схватил мобильник.

– Не стоит, – шагнул к стойке Капитан.

– Но он умрет, – испуганно проговорил бармен.

– У каждого своя судьба, – усмехнулся Капитан. Четверо его людей нацелили оружие на перепуганных посетителей.

– Он жив. – Жаклин присела около лежащего с окровавленным лицом плотного. – Берите его и поехали. А это за шум и разбитое стекло. – Она бросила бармену пачку денег.

– Щедрая ты, – засмеялся Капитан.

– Подожди, – сказал Гарри, – значит, ты говоришь, что знаешь, у кого глобус?

– Не глобус, – ответила Линда. – А того, кто знает, где он.

– Ну, положим, это можно и придумать. А ты, похоже, собираешься заняться поиском…

– А что, если да?