Криминальная мистика - Алексей Макеев

Измерив дочь уничтожающим взглядом, Марианна гневно провозгласила:

— Бесстыжая, распутная дура! Как ты могла?! Да я не знаю, что с тобой за это сделать!..

Выслушав ее, Илона уперла руки в бока и язвительно рассмеялась прямо ей в лицо.

— Это ты-то меня берешься учить нравственности и морали? Да, я трахаюсь с мужиками. Но я не замужем и никому клятв верности не давала. В отличие от некоторых, подставляющих свой передок всякому желающему, имея нормального мужа.

Лицо Марианны покрылось пунцовыми пятнами, и она, опасливо покосившись в сторону молчаливо стоявшей Тамары Федоровны, выпалила:

— Что ты этим хочешь сказать?

— А что говорить? — все так же язвительно переспросила Илона. — Ты вчера вечером где была? Стоп! Я знаю, что ты сейчас скажешь: у своей подруги Рины Костинец. Да? А вот фигушки! Ты ездила на случку с зубным доктором Калиниченко. А еще у тебя любовники — Жалавян, Ребров, Парфенов Колян, сотрудник прокуратуры. Ну, опровергни меня! Молчишь? И ладно бы, мужа не было…

— Заткнись! — стиснув кулаки, затряслась от ярости Марианна. — Муж… Был бы муж — как муж… А то — название одно. А я — живой человек! И я имею право…

— Ой, держите меня семеро! — перебил тираду язвительный смех Илоны. — Я ща со смеху помру! Это папа Женя — хреновый муж? Это он-то никчемный мужик? Уж насчет этого ты, давай, не свисти. Мужик он — о-го-го какой! Уж я-то в мужиках разбираюсь!

При этих словах глаза Марианны стали большими и круглыми. Она раскрыла рот, судя по всему, не находя ни слов, ни сил, чтобы что-то сказать, и, прошептав:

— Неужели ты и он… — замолчала, не зная, как закончить фразу.

— Да! Представь себе! — гордо вскинула подбородок Илона. — Только не он, а я сама. Это было в сентябре, когда ты укатила на море к своим кобелям. Ну, ты же обожаешь бархатный сезон, темпераментных абхазов… И вот вечером, смотрю — папа Женя такой грустный, такой несчастный, что мне его жалко стало. Вот я и пришла к нему ночью. Он спросонья подумал, что я — это ты. Ну, и… Знаешь, мне очень понравилось. Да! Это было здорово! Суперский кайф! Правда, когда он включил ночник и увидел меня, то из-под одеяла выскочил как ошпаренный. Я так смеялась! А он подошел к окну и сказал, что мы живем на перекрестке тьмы, что отсюда надо бежать. Бежать, куда глаза глядят…

Внимая снохе и внучке, Тамара Федоровна лишь ошеломленно качала головой и время от времени крестилась, бормоча:

— Господи! Прости им грехи их тяжкие!..

А вот Гуров в этом скандальном диалоге сразу же уловил то главное, что мгновенно натолкнуло его на неожиданную мысль, и он убежденно произнес:

— Вот и разгадка исчезновения Евгения Перлинова! Его никто не похищал. Он уехал сам. Только вот — куда? Тамара Федоровна, ну-ка припомните, куда и к кому мог уехать ваш сын? Может быть, у него была какая-то первая любовь, например?

В этот момент из бытовки вышел Стас, поправляя свою кожанку. Он укоризненно посмотрел на Илону и сокрушенно покрутил головой:

— Ремня тебе хорошего не хватает!

— Стасик, ты предлагаешь заняться садомазо? — простирая к нему руки, расцвела улыбкой Илона. — Давай попробуем! Признайся, тебе сегодня ночью было хорошо? Ну, хорошо же? Со мной ведь правда лучше, чем со всякими там старыми кошелками? Чего молчишь? Кстати, как говорят в таких случаях — а поцеловать?! Не хочешь? Или стесняешься?

Уши Станислава зацвели маковым цветом. Он стоял, пряча взгляд и не зная, куда деть руки. Неожиданно Илона подошла к нему и, обхватив его шею руками, звонко чмокнула. В очередной раз перекрестившись, Тамара Федоровна шлепнула ее ладонью по спине:

— Перестань! Хоть каплю стыда-то поимей! Знаете, Лев Иванович, да — была у Жени подружка, когда он еще учился в институте. И вроде бы все у них было всерьез. А потом чего-то они рассорились. Она сразу же вышла замуж за другого, а он встретил Марианну. Я как-то ездила в Липецк, была в нашем Заречном, и мне кто-то говорил, что бывшая подружка Жени родила именно от него. Тот, за которого она вышла замуж, детей иметь не мог. Они лет десять прожили вместе, а потом развелись. Но там ли она сейчас живет — я не знаю.

— Как ее звали? — спросил Лев, покосившись в сторону Крячко, который, пытаясь вызволить свою шею из объятий Илоны, что-то протестующе нашептывал ей.

— По-моему, Наташа… Точно! Наталья Князева. — Вспомнив имя, Тамара Федоровна огорченно добавила: — Вот только как теперь она по мужу пишется, не знаю, и где проживает — тоже. Это все, чем могу помочь… Илонка! Черт ты липучий! Да отвяжись от человека! — не выдержав, сердито прикрикнула она.

— У тебя по поводу случившегося здесь инцидента претензии есть? — строго поинтересовался Гуров, взглянув на Стаса.

— Ладно, будем считать, что ничего не было! — отмахнулся тот.

— Как это не было? — тут же возмутилась Илона. — Было, и еще как было! И поэтому, как всякий честный человек, ты обязан на мне жениться! Ну, или хотя бы позвонить. Как, позвонишь?

— Хорошо, хорошо, позвоню… — закивал Крячко, вполголоса пробормотав Льву: — Давай быстрее делать ноги, а то и в самом деле женит на себе — век воли не видать!

…Выруливая с улицы Радостной, Гуров с непонятной улыбкой покосился в сторону приятеля.

— Ну, рассказывай, жертва похищения, как тебя угораздило вляпаться в такую ситуацию?

— А-а! — досадливо поморщился Станислав. — Даже вспоминать неловко…

…Когда ему позвонила Илона, он уже ехал из Одинцова к себе домой. Дальнейшую работу с обнаруженным арсеналом и обыском офиса взял на себя Вольнов, и поэтому Стас, ощущая изрядную усталость, решил хотя бы этой ночью отоспаться. В дороге он известил Юлию, что их рандеву не состоится. Однако едва дал отбой, как его телефон запиликал, извещая о том, что поступил звонок от неустановленного абонента. Представившись, Илона поинтересовалась результатами поисков ее папа́ и неожиданно предложила:

— А хотите, я вам покажу, где он сейчас находится? Что уж вы будете мучиться?

Она назвала место, где предполагала встретиться с Крячко, и он решил рискнуть — а вдруг в самом деле удастся узнать что-то дельное? Когда он приехал, Илона уже ждала его в своей машине. Пояснив, что туда, где якобы находится Перлинов, нужно ехать только на ее авто, она предложила его «мерина» спрятать где-нибудь невдалеке от дороги. Когда он сел в ее машину, Илона закурила сигарету и протянула пачку ему. Чтобы не обижать девушку отказом и поддержать доверительные отношения, Стас, не подозревая ничего дурного, тоже достал тонкую, как соломина, «дамскую» сигарету и закурил.

Однако всего после пары затяжек он вдруг почувствовал, как его тело отчего-то стало вялым и непослушным. Илона, не обращая внимания на происходящее с ним, лишь прибавила газу, и вскоре Стас увидел себя в подвальном гараже ее дома. Явив недюжинную силу, девушка в одиночку затащила его в шоферскую бытовку, где раздела и приковала руки пластмассовыми наручниками, скорее всего, купленными где-нибудь в секс-шопе, к трубам отопления. После этого влила ему в рот чего-то жгучего, отчего в голове сразу же посвежело, и вернулась чувствительность рук и ног.