Архитектор пряничного домика - Дарья Донцова

Я схватил свой мобильный и быстро набрал номер.

– Да, Ваня, – ответила Моника.

– Пожалуйста, не удивляйся моим вопросам, просто ответь на них, – попросил я.

– Хорошо, – согласилась Гранкина.

– Ты уже забрала телефон Риты?

– Нет, Вадик еще до Нью-Йорка не долетел.

– Когда возьмешь трубку, не отвечай на звонки. Выключи ее.

– Ладно.

– Я приеду и возьму сотовый.

– Пожалуйста.

– Если я правильно понял, номер, которым пользуется Рита, оформлен на тебя?

– Да.

– А твои личные номера оформлены на подставных лиц, поскольку ты не желаешь, чтобы кто-то мог найти твой контакт через мобильного оператора?

– Верно.

– На твоей визитке, той, что ты раздаешь всем, указан номер помощницы?

– Конечно.

– Ты оставила карточку Наталье и Валентине?

– Да.

– Набрав указанный там номер, они попадут к Маргарите?

– Ваня, Рита пропускной пункт. Мой контакт есть всего у нескольких очень близких людей.

– Отлично. Ни в коем случае не открывай никакие сообщения. И вообще лучше не бери трубку, пусть в больнице останется.

– Поняла.

Я выдохнул и увидел, что Настя вернулась из туалета и села за стол.

– Как ваше самочувствие? – спросил я.

– Голова болит, – поморщилась Анастасия, открыла сумку, вытащила оттуда красивую коробочку, вынула из нее одну таблетку и уронила.

Я сделал попытку наклониться, но был остановлен спутницей.

– Спасибо, Иван Павлович, пусть валяется, я не стану глотать то, что побывало на полу. У меня еще есть.

Анастасия проглотила другую пилюлю и убрала коробочку.

– Сейчас немногие люди носят лекарство в специальной таблетнице, – сказал я, – но раньше, когда снадобье делали аптекари, такие аксессуары пользовались большой популярностью. У меня был друг, вот он собирал таблетницы.

Настя улыбнулась.

– Мне нравится окружать себя красотой. Обычный блистер скучен, и он есть у всех в сумках. А у меня вот такая прелесть. Я не коллекционирую ничего конкретного: книги, статуэтки, значки, открытки. Просто мне нравится пить чай из дорогой фарфоровой чашки, непременно с блюдцем, чтобы на столе была скатерть, а не клеенка. Или кружевная салфетка, а не пластиковая квадратная подстилка. Ой, что-то мне опять кое-куда надо!

Егорова вскочила и поспешила в сторону двери с табличкой WC. В кафе вошла женщина со щенком пуделя.

– Никто не против, если собака тут посидит? – спросила она.

– Поскольку в зале никого нет, кроме меня, то ваша псинка может делать что хочет, – улыбнулся я, – дома меня ждет двортерьер Демьянка.

Дама посадила щенка на диван, тот мигом спрыгнул, принялся бегать по залу, потом заинтересовался таблеткой, которая валялась на полу. Я взял со стола бумажную салфетку и с ее помощью поднял овальную пилюлю, на которой была выдавлена буква Z. Потом тщательно завернул в бумагу таблетку и положил в карман своего летнего пиджака. Настя вернулась минут через десять, вид у нее был не самый бодрый.

– Вам плохо? – спросил я.

– Нет, нет, – заверила меня Егорова, – просто я устала. И вспомнила один разговор с Валентиной и Наташей. Когда мы все вместе сидели за столом, беседа казалась просто болтовней. Но сейчас мне пришла в голову мысль, возможно глупая… Скорее всего, идиотская. Но она не дает мне покоя.

– О какой беседе идет речь? – осведомился я.

В кафе вошли две девушки, они сели за соседний столик. Одна из них взглянула на меня и зашептала что-то приятельнице.

– Только не сочтите меня дурочкой, – попросила Анастасия.

– Никогда в жизни, – пообещал я.