Зернышки в кармане - Агата Кристи

– Крупа?

– Да, сэр.

– Что значит «крупа»? Сухие полуфабрикаты? «Завтракфермера»? «Уитифакс»? Или зерна пшеницы, ячменя…

– Именно, сэр. Зерна. Мне показалось, что это рожь.Довольно много.

– Понял… Странно… Может, это образцы… в связи скакой-нибудь торговой сделкой.

– Совершенно верно, сэр… но я решил, лучше вам сказать.

– Все правильно, Хей.

Несколько мгновений инспектор Нил, положив трубку, смотрелпрямо перед собой. Его привыкший к порядку мозг переходил ко второй фазерасследования – до сих пор отравление лишь подозревалось, теперь же фактотравления был налицо. Профессор Бернсдорф хоть и говорил неофициально, но втаких делах на его слова можно положиться. Рекса Фортескью отравили, и яд ему,скорее всего, дали за два-три часа до появления симптомов. Выходит, сослуживцыумершего к смерти своего босса, судя по всему, не причастны.

Нил поднялся и вышел из кабинета. Сотрудницы пыталисьработать, но пишущие машинки стрекотали далеко не с самой высокой скоростью.

– Мисс Гриффит? Можно вас еще на минутку?

– Конечно, мистер Нил. Ничего, если я отпущу девушекпообедать? Время перерыва давно прошло. Или вам удобнее, чтобы они перекусилиздесь? Тогда мы что-нибудь закажем.

– Нет. Пусть идут обедать. Но потом они должнывернуться.

– Разумеется.

Мисс Гриффит последовала за Нилом в кабинет босса. Села иприняла свойственный ей сосредоточенный и деловой вид.

Не ходя вокруг да около, инспектор Нил сообщил:

– Мне только что звонили из больницы Сент-Джудс. Вдвенадцать сорок три мистер Фортескью скончался.

Мисс Гриффит и бровью не повела, просто покачала головой.

– Я подозревала, что он сильно болен, – сказалаона.

Надо же, подумал Нил, ничуть не расстроилась.

– Будьте любезны, расскажите о его семье, домашних.

– Пожалуйста. Я уже пыталась связаться с миссисФортескью, но, видимо, она уехала играть в гольф. До вечера ее дома не будет.На какой площадке она играет, точно не известно. – Как бы объясняя, онадобавила: – Они живут в Бейдон-Хит, а вокруг него есть три отличные площадкидля гольфа.

Инспектор Нил кивнул. В Бейдон-Хит жила почти сплошьгородская знать. Он отстоял от Лондона всего на двадцать миль, связь пожелезной дороге была бесперебойной, да и машиной добраться относительно легко,даже в часы пик.

– Будьте любезны, точный адрес и номер телефона.

– Бейдон-Хит, три-четыре-ноль-ноль. Дом называется«Тисовая хижина».

– Как? – Вопрос сорвался с губ помимо волиинспектора Нила. – Вы сказали «Тисовая хижина»?

– Да.

В глазах мисс Гриффит мелькнуло легкое любопытство, ноинспектор Нил уже взял себя в руки.

– Пожалуйста, поподробнее о его семье, если можно.

– Миссис Фортескью – его вторая жена. Намного моложеего. Они поженились два года назад. Первая миссис Фортескью давно умерла. Отпервого брака у него два сына и дочь. Дочь живет с ним, как и старший сын, онсовладелец фирмы. К сожалению, сейчас его нет – уехал по делам в СевернуюАнглию. Должен вернуться завтра.

– Когда он уехал?

– Позавчера.

– Вы пытались до него дозвониться?

– Да. Как только мистера Фортескью увезли в больницу, япозвонила в Манчестер в отель «Мидленд», думала, он там, но сегодня утром оноттуда выписался. Вообще он собирался в Шеффилд и Лестер тоже, но это неточно.Могу назвать фирмы в этих городах, с которыми он связан.

Да, подумал Нил, женщина деловая, и, взбреди ей в головуубить человека, она бы это провернула весьма по-деловому. Но он отогнал этимысли и снова сосредоточился на фамильном древе семейства Фортескью.

– А второй сын?

– Он разошелся с отцом во взглядах и живет за границей.

– Оба сына женаты?

– Да. Мистер Персиваль женат три года. Он и женазанимают отдельную квартиру в «Тисовой хижине», хотя скоро переезжают всобственный дом там же, в Бейдон-Хит.

– А до миссис Персиваль Фортескью вы утром тоже недозвонились?

– Она на весь день уехала в Лондон. А мистерЛанселот, – продолжала свою сагу мисс Гриффит, – женился меньше годаназад. На вдове лорда Фредерика Энстиса. Вы, наверное, видели ее на фотографиях.В «Сплетнике» – рядом с лошадьми. И в колонках ипподромной хроники.

У мисс Гриффит слегка перехватило дыхание, щеки чутьзапунцовели. Нил, чутко улавливавший настроение собеседника, понял: этот бракзатронул в душе мисс Гриффит самые снобистские и самые романтические струны. Вглазах мисс Гриффит аристократ всегда был аристократом, она словно и знать незнала, что репутация покойного лорда Фредерика Энстиса в спортивных кругах былавесьма подмочена. Фредди Энстис пустил себе пулю в лоб, когда стюарды сталипроявлять интерес к методам подготовки лошадей в его скаковых конюшнях. Нилувспомнились кое-какие обрывочные сведения о жене Энстиса. Она была дочерьюирландского пэра и женой военного летчика, погибшего во время Битвы за Англию.[4]

А теперь, судя по всему, она связала судьбу с паршивой овцойсемейства Фортескью, который «разошелся с отцом во взглядах», как напыщеннозаметила мисс Гриффит, что, скорее всего, означало какой-то постыдный случай вкарьере молодого Ланселота Фортескью.

Ланселот Фортескью! Вот это имя! А как зовут другого сына –Персиваль? Интересно, что за особа была их матушка? Странный вкус на имена…

Он пододвинул к себе телефон, набрал номер телефоннойстанции и попросил соединить его с домом по адресу: Бейдон-Хит, 34–00.

Через несколько секунд мужской голос произнес:

– Бейдон-Хит, три-четыре-ноль-ноль слушает.

– Мне нужно поговорить с миссис или мисс Фортескью.

– Извините. Нет дома ни той, ни другой.

Инспектор Нил мгновенно определил: его собеседник пребывал влегком подпитии.

– Вы дворецкий?

– Точно так.

– Мистер Фортескью серьезно заболел.

– Знаю. Сюда уже звонили. Но я что могу поделать?Мистер Валь уехал на север, миссис Фортескью играет в гольф. Миссис Валь уехалав Лондон и вернется только к вечеру, а мисс Элейн тоже нет – умчалась к своимдевочкам-скаутам.