Элементарно, Васин! - Галина Куликова

Пришел начальник смены охранников, которого Паровоз решилдопросить сам.

— Может быть, вы заметили человека, который обращал насебя особое внимание? Суетился, слишком быстро вошел или слишком быстро вышелиз здания? Или одет был странно?

— Странно — это как? — поинтересовался начальниксмены, наряженный в традиционные черные доспехи и без малейших признаковинтеллекта на круглой конопатой физиономии.

— Бейсболка слишком низко надвинута, воротник поднят,лицо шарфом замотано, черная повязка на глазу, что-то в этом духе…

Охранник задумался, но мыслительный процесс явно затянулся.

— Ну же! — поторопил его Филимонов.

— А ведь правда, — удивленно-радостно отозвалсяохранник. — Был странный один. Только как бы наоборот.

— Что — наоборот? — разозлился Эдуард. — Тыпо-русски можешь сказать, кого видел?

— Я обратил внимание на одного, — уставившись вневидимую точку на стене, сообщил конопатый страж. — Но только я лично невидел, как он входил в здание — к началу нашего дежурства он уже был в холле.Мы заступаем в двенадцать, так что вам надо спросить у тех, кто в утреннейсмене…

— Когда надо, спросим. Ты про себя расскажи, —подгонял Филимонов. — Меня интересует, что можешь вспомнить конкретно ты.

— Значит, было это часов около двух, а может, и позже.Точно не могу сказать — время так странно ощущается, когда ты на держурстве: толетит — не остановишь, то прямо ползет.

— А в этот раз — летело или ползло? — вкрадчивоспросил Эдуард.

— Я еще не разобрал, смена, считай, только началась!

— Ну, так на кого ты обратил внимание?

— В холле я увидел молодого парня. Усы такие у негопижонские — ниточкой. На него и обратил.

— Из-за усов?

— Не, не из-за усов.

— Слушай, я так и буду клещами из тебя информациютащить? Он что, себя странно вел? Озирался, с кем-то говорил?

— Нет, он ни с кем не говорил, не озирался. Он простопрохаживался по холлу туда-сюда. Довольно долго. Не знаю, куда он потом делся,я же не смотрел на него все время, не отрываясь. Так просто вспомнил, потомучто странный он был.

— Да в чем же странность-то? — едва сдерживаясь,прошипел Филимонов.

У него возникло страшное желание взять этого громилу заворотник и хорошенько встряхнуть, чтобы слова из него выскакивали побыстрее.

Чтобы немного снять напряжение, Паровоз чуть потянулся иперевел взгляд на голубое небо за окном. Однако по дороге к небу его взглядслучайно скользнул по лицу секретарши. Филимонов поразился — секретарша Ирина,похоже, так же как и он сам, с нетерпением ждала ответа охранника. Не отрываяот него глаз и, кажется, даже затаив дыхание.

Эдуард мгновенно вернулся с небес на землю.

— Он не вписывался в обстановку, — наконец-тосформулировал свои ощущения охранник. — Был одет, как будто он на курорте.

— В белых шортах или топлес? — не удержалсяЭдуард.

Охранник, не ощутив иронии, вполне серьезно ответил:

— Нет, он был в такой большой широкой рубашке.Гавайская, что ли, называется. С огромным воротником и разрезами сбоку.Очень-очень желтая, вся в блестящих синих сердечках. И еще у него былисолнцезащитные очки.

Филимонов снова стрельнул взглядом в Ирину и увидел, как онапрямо на глазах стала какого-то странного серого цвета.

Еще не вполне понимая, как все это оценить, Паровоз велелвызвать охранников утренней смены, точнее того, кто дежурил в холле, и могзапомнить этого господина в желтой рубашке и с усиками.

Однако тот клялся и божился, что никакой парень в гавайскойрубашке во время его дежурства в здание не входил. Такого павлина он бы точнозапомнил.

— Ага, фантом в вашем замечательном зданииобъявился, — рассердился Филимонов. — Не входил, не выходил,дематериализовался.

Оперативники, которых Паровоз мгновенно мобилизовал напоиски расписного субъекта, принесли грустную весть: во всем офисном центре нетни одного человека, похожего на описываемого субъекта.

Тогда опытный сыщик Филимонов дал двум самым толковымребятам задание исследовать окрестности здания и поговорить с теми, ктотеоретически мог что-то или кого-то видеть.

Спустя два часа они вернулись. Их доклад окончательноиспортил Эдуарду настроение. Субъект в желтой гавайской рубашке в три сминутами сел в такси через квартал. Громко сказал водителю: «На вокзал», иукатил.

— Черт его знает, как он тогда отсюда вышел? —недоумевал Филимонов. — И на какой вокзал отправился? Да и на вокзал ли?

В этот момент зазвонил его мобильный — руководствоинтересовалось, что происходит и почему в этом деле задействовано так многолюдей. Эдуард, как мог, объяснил ситуацию.

— И система видеонаблюдения у них как назло сломана,несколько дней уже ремонтируют. Поэтому приходится каждого охранника, несколькосмен, опрашивать, — оправдывался он.

Но все равно получил устное замечание и приказ поживеесворачивать столь бурную деятельность. Немного отдышавшись после неприятногоразговора, Паровоз решил всерьез заняться секретаршей Ириной, менявшей цветлица во время разговора о желтом субъекте, как хамелеон.

На протяжении всего расследования она неподвижно сидела насвоем стуле, уставившись в стол и сцепив на коленях руки. Раздосадованный происходящим,Филимонов выставил всех из комнаты и сурово поинтересовался:

— Ну и как его зовут?

— Кого? — секретарша едва шевелила губами. Губы унее тоже выглядели бесцветными, хотя она и подкрашивала их неяркой помадой.

— Того проходимца в гавайской рубашке с сердечками. Небойтесь, Ира, я знаю, вы хорошая девочка и не ожидали от этого типа ничегоподобного.

Секретарша посмотрела детективу прямо в лицо, из глаз еевыкатились две крупные слезы.

— Как вы догадались? — потерянно прошептала она.

— Работа такая. Рассказывайте, не бойтесь. Полагаю, онвас обманул, верно? А я постараюсь вам помочь. Но только если вы мне все-все онем расскажете.

И Ирина конечно же рассказала. Он представился ей Георгием,Жорой. Высокий брюнет, спортивный, но не качок, тонкие усики, экстравагантнаяодежда — типа гавайских рубах, замшевых ботинок и ковбойских шляп…

Они встречались по вечерам. Георгий поджидал ее в кафе науглу, и они шли в кино, в театр или в парк. Пикантная подробность — он ничегоне позволял себе, как призналась Ирина. «И в общем-то я его понимаю!» — подумалПаровоз, сочувственно глядя на окончательно поникшую секретаршу.

Ирина рассказала, что Жора частенько расспрашивал ее оработе, терпеливо выслушивал все ее рассказы о проблемах на службе, о сложномхарактере шефа, даже о ремонте в офисе. Однажды он зашел взглянуть на еерабочее место, и ее это тронуло.