Клубный маньяк - Иван Юрьевич Коваленко

Поэтому и призвание свое воспринимал именно как призвание — и дар за то, что когда-то был приучен слушать себя.

И если уйти от пространных рассуждений и изысканий, которыми он занимал себя во время пьяных прогулок, то все сводилось к следующему: мир, конечно же, чертовски плох. В нем слишком все неустроенно и поменять что-то в целом уже невозможно. Однако можно спасти отдельных людей. Например, прекрасных женщин, которые по слепоте своей не понимают, что тратят свою жизнь впустую.

Конечно, выручить всех ему не удастся — женщин слишком много. Однако от него никто и не требует невозможного. Он будет делать все по своей мере — ровно в тех масштабах, которые отведены ему судьбой. Судьба не может ошибаться, она же не мать.

Поэтому его прогулки постепенно превращались не в созерцание, а в исследование. Он наблюдал за женщинами и пытался их понять. И пытался понять, как оптимизировать свои усилия, чтобы не тратить их впустую. Как находить именно тех, кому суждено быть спасенными. По каким признакам выявлять их. И главное — что именно должен делать он, человек, имеющий призвание.

Пожалуй, это была финальная часть его взросления. Последней ступенью перед тем, как начались убийства. Расчетливые и безукоризненные. Жалко только, что слово «убийство» имеет такую негативную коннотацию. Ведь, по большому счету, жизнь — такая же условность, как и все в нашем мире. Можно сказать, что он убивал. А можно — что дарил нечто большее.

По крайней мере, он сам именно так все и воспринимал — как его подарок им, потерявшимся и заблудившимся. Прекрасным женщинам, которые ни за что не должны стать такими, как его мать. Потому что иначе на земле появятся и другие — такие, как он. И этого допустить было нельзя.

Удивительный мир — человеческие мысли. Порой в них все так переплетается!

…и искусственный интеллект

Их утреннее собрание в спецучастке походило на начало басни. Собрались вместе лебедь, рак и щука. По крайней мере, так выглядело на первый взгляд — все трое пребывали в разных измерениях.

Антонов, вконец измученный разводом, совершенно перестал спать. Выражение его лица было отсутствующим. Сотрудникам в таком состоянии обычно предлагают отпуск. Именно это первым делом и порекомендовал Тимофей, на что Антонов только раздраженно затряс головой. Очевидно, работа хотя бы как-то помогала ему отвлечься от той неразберихи, в какую скатилась его личная жизнь.

Сам Тимофей чувствовал себя прекрасно и пребывал в легкой эйфории. Вчерашняя беседа с Петром Андреевичем в хосписе вдохновила и ободрила его. Возможно, расследование все равно застопорится, но зато какую интересную задачу ему удалось решить!

С этой точки зрения, Варвара была единственной из них, кто каждой своей молекулой был сконцентрирован на деле.

Кстати, поздоровавшись с ней, Тимофей еще раз убедился для себя, что писать накануне Вере было ошибкой. Никакой другой человек не сравнится с Варварой. Если им суждено оставаться коллегами, то пусть так оно и будет, и если ему и нужно проявлять мужскую настойчивость, то никак не с двадцатилетней девицей, а именно с ней — с прекрасной женщиной, умеющей быть на высоте в любом из своих обличий. Даже в сегодняшнем образе Варвара была прекрасна и предельно строга. Ничто из внешнего ее не заботит, весь ум ее пребывает там — в пространстве миллиарда данных, которые пытается обработать ее IT-группа. Чтобы раскрыть наконец эти преступления и сделать мир чуточку справедливее.

Все трое, как обычно, собрались в комнате у Тимофея и сели лицом друг к другу. Тимофей — за своим столом, Антонов — у стены, Варвара — между ними. В ее руках были какие-то распечатки, и по всему ее виду становилось понятно: ей не терпится что-то рассказать. Видимо, ее IT-группа что-то раскопала.

Кстати, никто в отделении об этой бригаде хакеров (так их иногда называл сам Тимофей) ничего толком не знал. Таков был негласный уговор. Кто-то помогает своими «молчаливыми допросами», а Варвара — сотрудничеством с загадочными IT-специалистами. Возможно, они были ей чем-то должны, а возможно, это их личная инициатива — помогать полиции в сложных случаях. Кто они конкретно — тоже оставалось секретом. И, пожалуй, к лучшему, поскольку вся деятельность бригады находилась в «серой зоне». Это были мастера высшего класса: они в обход правил умели находить доступ к самым разным базам данных: перепискам в почте, аккаунтам в соцсетях и различных сервисах, к банковским данным и так далее. Делали они это, не оставляя следов, и нередко собранная ими информация направляла полицию по верному следу. Вернее, не сама информация, а ее анализ на совпадения и возможные гипотезы.

Разумеется, ничто из того, что эти специалисты добывали, нельзя было использовать в суде, потому что никаких ордеров или санкций на их деятельность не предполагалось. Но в этом, видимо, была главная особенность их полицейского участка: Тимофей что-то «чувствовал» во внутреннем мире подозреваемых, хакеры Варвары что-то сопоставляли в океане данных — и получалась убедительная база, которая остальным коллегам позволяла быстрее закрывать дела или отбрасывать безнадежные с точки зрения искусственного интеллекта или Тимофея версии.

Именно искусственный интеллект все чаще использовала в своей работе IT-бригада. Тимофей уже слышал про то, что человечество вступает в новую эру самообучающихся компьютерных алгоритмов и что эта эпоха изменит мир еще сильнее, чем интернет, но какое-то время относился ко всем этим мнениям со скепсисом. Пока сам на деле не убедился, как силен может быть искусственный разум.

Несколько раз IT-бригада с феноменальной скоростью обрабатывала огромные массивы данных и находила такие совпадения и тенденции, которые они, живые полицейские, искали бы не одну неделю.

— Мы внимательно слушаем, — обратился Тимофей к Варваре.

Сегодня на ней была белая блузка. Черная юбка до колен. На ногах — розовые с белым кроссовки. Тимофей в очередной раз пожалел, что родился мужчиной, а Варвару Бог создал женщиной.

— Я чувствую, мы близки к прорыву, — сообщила она и сделала небольшую паузу, чтобы каждый из присутствующих мог приободриться.

Антонов действительно прекратил тереть свое измученное лицо.

— Но не точно. Поскольку, как и для Тимофея, для моей IT-команды это тоже необычная задача. Обычно все сводилось к